Шпаргалка
Шрифт:
Но она проверяет меня. В ее глазах есть искра, которую я раньше не замечал. Я имею в виду, она видела меня без рубашки, наверное, около сотни раз, и я всегда думал, что она безразлична к моему телу. Не впечатлена. Теперь мне интересно, всегда ли она смотрит на меня так, когда я не смотрю на нее…
Надежда снова зарождается в моей груди, и я решаю превратить это в своего рода небольшой эксперимент.
Я тянусь к ящику и достаю простую белую футболку, несколько раз вытягивая шею из стороны в сторону, как будто мои мышцы так напряжены. Я поднимаю рубашку
Мне даже не жаль, потому что этот эксперимент дает очень убедительные результаты. Глаза Бри устремлены на меня, и она кусает губу почти до крови. Ее веки отяжелели, что говорит о том, что ей нравится то, что она видит.
Это не взгляд женщины с сестринскими чувствами.
Нет. Один. Кусочек.
Я оборачиваюсь, и в этот момент она отводит взгляд, словно все это время была невинной маленькой овечкой. Хотя щеки розовые. Довольно спелая клубника.
— Готов? — спрашивает она высоким бодрым голосом. Она не может смотреть мне в глаза, и вдруг я задаюсь вопросом, а может быть, текила не заставила ее нести чепуху. Может быть, это сняло ее фильтр. И, возможно, ребята были правы.
Что-то внутри меня щелкает. Возможно, я не выпил достаточно жидкости во время сегодняшней тренировки, или, может быть, у меня ранний кризис среднего возраста, но вдруг мне захотелось рискнуть. Сначала не думая, просто прыгая.
— Бри? — спрашиваю я, и мой тон ясно говорит о том, что что-то большое вот-вот рухнет.
Ее глаза расширяются
— Ага?
Я подхожу ближе. Можно было бы подумать, что у меня не хватит слов, но я столько раз прокручивал это в голове, что слово в слово знаю, что сказать.
— Послушай, о том, что ты сказала в видео…
Меня прерывает громкий стук в входную дверь.
Бри сразу чувствует облегчение и практически подпрыгивает на цыпочках, говоря:
— О! Кто-то у двери! Я открою!
Большой. Просто здорово.
Я открываю входную дверь, и Николь, агент Натана, врывается в комнату в великолепном сером деловом костюме, с большой кожаной сумкой на плече и большой доской из пенопласта под мышкой.
— О, хорошо. Ты уже здесь, — говорит она мне, проходя мимо.
Ее пятидюймовые черные туфли на шпильке цокают по деревянному полу, и я понятия не имею, как ей удается так быстро двигаться в этих вещах. Я бы хардкорно съела его на этой гладкой поверхности, если бы попыталась двигаться, как она делает в этих красавицах. Не Николь. Она скользит. Поплавки. Женщина, которая осмеливается вас связываться с ней. Я думаю, что у меня есть девушка влюблена.
Николь была агентом Натана с самого начала его карьеры, и она невероятна. Эта женщина — серьезная сила, и она печально известна тем, что заключает самые безжалостные контракты в НФЛ. Николь взяла карьеру Натана под контроль и довела ее до невероятных высот.
Я хочу Николь. Я предложила отплатить ей множеством объятий и слов поддержки, чтобы направить мою карьеру в правильном
В тот момент, когда Николь кладет то, что, как я могу себе представить, представляет собой какую-то презентацию из пенопласта (надеюсь, здесь есть блестки), из своей спальни появляется Натан. Я даже не хочу думать о том, что он собирался сказать мне там, в своей комнате. Никогда в жизни я не была так взволнована прерыванием. Судя по тому, как это звучало, он собирался легко меня подвести. Послушай, Бри, о том, что ты сказала в видео… Я очень польщён, но я просто хочу убедиться, что мы на одной волне, и ты знаешь, что мы всегда будем только друзьями.
Я вздрагиваю и обращаю внимание на Натана и Николь.
— Привет, Натан, извини, что беспокою тебя ночью. Я пыталась позвонить, но ты не ответил. Очевидно, ты был занят. Ее серые глаза озорно перебегают на меня, а затем снова на него.
Мы оба начинаем нести чепуху.
— О, мы только что…
— Лазанья!
— А потом пятно на рубашке.
— Обед с извинениями, а потом прямо домой!
Николь поднимает руку, как будто она заставляет замолчать класс детского сада.
— Позвольте мне пощадить вас обоих. Мне все равно. — Затем она улыбается и затягивает свой безупречный белокурый высокий хвост. У него такой очаровательный флип в конце, как у Барби. — Я здесь из-за срочной сделки, которую мне нужно обсудить с вами обоими.
— Мы оба? — Мы с Нейтаном говорим в унисон, и мне хочется пнуть нас за то, что мы так раздражающе настроены.
Натан придвигается ближе ко мне, пока Николь регулирует пенопластовую доску в вертикальном положении на журнальном столике, а затем открывает обе створки. На этот раз мы с Натаном задыхаемся от ужаса. О, Николь. Бедная женщина. Очевидно, что давление этой работы сказалось на ее мозгу.
Презентация определенно имеет блеск. Там также много моих и Натана фотографий, вырванных из глубоких ям Google. В основном это фотографии, на которых мы идем бок о бок в кофейню, снятые папарацци, или отдельные фотографии, на которых мы вырезаны и вклеены, чтобы выглядело так, как будто мы стоим вместе. Так много украдено из моего Instagram. Это поразительно, но самое худшее — это количество безвкусных сердечек, которые она нарисовала вокруг фотографий… и прилагаемый список детских имен, которые мы можем выбрать для нашего несуществующего будущего ребенка.
— Николь… — начинает Натан, но не знает, как закончить.
Ее глаза перемещаются между нами двумя и наблюдают за нашим общим ужасом.
— Боже мой, ты думаешь, я сделала это?! Оскорбление. Нет, именно поэтому я здесь сегодня вечером. Фанат сделал это для вас двоих и передал в агентство. Есть и другие подобные.
Что ж, это сразу меняет дело. У Натана те же мысли, что и у меня, и мы оба резко поворачиваемся друг к другу и кричим:
— Я называю это!
Я указываю на него.