Шоу двойников
Шрифт:
Но холодные глаза человека по прозвищу Топор никак не отреагировали на слоганы болельщиков.
"Очень осторожный, - подумал Николай.
Шаг-шаг. Глаза противника приблизились. Стены, пол и потолок вокруг перестали существовать. Осталось только насыщенное смертью расстояние.
"Глаза спокойные, - отметил про себя Николай.
– Нет, он не сделает глупость, не замахнется сверху. Поднятую руку легко поймать встречным движением в локте, и тогда сустав не выдержит. Достаточно опытный в драке, чтобы так купиться. Боковой удар исключается - слишком узко. А что бы сделал я?"
Появилось
Николай смотрел только на глаза, карие кружочки с черным зрачком в центре. Со светлоглазыми легче - сразу видно, когда зрачок расширится...
Чуть изменился взгляд противника и переместился вниз. Но прежде чем рука его начала движение, Николай уже знал - тот решил ударить заточенным концом штыря в живот. Николай не отвел взгляда - ни когда смертоносный кусок металла устремился к его телу, чуть выше и правее пупка, чтобы разорвать печень, ни когда он сам, левой рукой отведя наконечник, правой, в которой был зажат нож, полоснул лезвием вдоль стержня и чуть наискосок, словно затачивал бутафорский карандаш.
Все уместилось в мгновение. Наблюдающие даже не поняли, что произошло, пока не увидели валяющийся на полу металлический штырь, срезанные полоски кожи, заменявшие рукоять, и суставы пальцев, которые только что сжимали грозное оружие.
Противник скорчился, прижимая к себе окровавленную руку, и тут же упал, как раз под ноги напиравшим позади охранникам.
– Легче, чем соску, - изящным движением Николай закрыл нож-бабочку с черной рукоятью и черным клинком. Именно этим ножом он любил вырезать на столешнице.
– Сзади!
– истошно крикнула Маша.
Несколько человек появились с другой стороны коридора, и первым на их пути оказался Ники.
Один из них, сжимавший в руках дробовик, опередил остальных на полшага. Вместо того, чтобы выстрелить, он перехватил ружье за ствол и размахнулся, намереваясь врезать Ники прикладом по черепу. Спасая голову, Ники присел, и тут перед глазами у него оказалась живот, перетянутый ремнем. У Ники даже хватило времени подумать, куда бить - выше или ниже пряжки... Время в драке течет неадекватно. Он бы еще долго так думал, но рефлексы оказались сильнее, и следующее, что он созерцал, был его собственный кулак, сминающий тело противника в районе солнечного сплетения.
Ники оказался джентльменом.
– Ух, - как-то устало сказал Ники.
Кулак продолжал двигаться дальше, вдавливая внутренности, человек, которому эти внутренности принадлежали, по инерции двигался навстречу боли, а дробовик, прикладом которого он только что собирался разбить голову Ники, полетел вперед.
Дробовик пролетел как раз над макушкой, а тут вдруг Маша, стоявший позади, поймала оружие. Мгновение она стоял неподвижно, удивленная, как это ловко у нее получилось.
– Стоять, суки!
– заорала вдруг она, потрясая дробовиком.
Трик-трак.
Это дробовик в ее руках будто бы самостоятельно проделал движение вверх-вниз, дослав патрон.
И грохнул выстрел.
– Убедительно, - Ники обвел глазами замерших охранников.
– Бони и Клайд, - заметил Николай.
– Не помню только, кто из них был девицей?
А
* * *
– Ну я, я, я, - с горячностью признавался Ники, как будто долго терпел.
– Я водил вас всех за нос это время. Это я был тем самым актером-двойником, который летал в Цюрих. И я был похож на того мужика, что на фотографии. И я стащил эту фотографию, когда увидел ее среди вещей сыщика.
– Ну, об этом я и сам догадался - заметил Николай.
– Только всего, что похож на фотографию? Только и всего, что был актером-двойником?
– Нет, - нехотя ответил Ники.
– Там похитрее пьеса разыгрывалась. Падлы, козлы, - он смачно плюнул на пол.
– Эта сука, которая меня ангажировала, сказала, что собираются снимать какой-то рекламный клип. А потом со мной встретился спонсор, хмырь в синем костюме и сказал, что если я не сделаю того, что он задумал... Проинструктировал, блин. В общем, никакими съемками не пахло. Пахло довольно скверно.
– Ну и как же тебя проинструктировали?
– В Цюрихе, в мотеле, не помню названия, взять у портье ключи, подняться в номер и забрать вещи. А потом выписаться из отеля, причем вести себя так, чтобы запомнили. Воспользоваться документами мужика, чьи вещи я стащил, - он посмотрел на Николая, - и переехать в Австрию. Дальше - в Германию, Францию. Использовать шенгенскую визу на полную катушку, у того она была, а потом еще попутешествовать по миру, в свое удовольствие. Вместе с документами мне отдавали и кредитные карточки двойника. Все могло быть клево, понятно? Но только...
– Что - только, - переспросил Николай.
– Среди вещей, которые я забрал в гостинице, не оказалось чемодана. Им был нужен чемодан...
– Чемодан с деньгами, такими раскрашенными бумажками, которые можно обменять на все, что угодно, - подсказал Николай. А ты не задумывался, что сталось с тем, чьим двойником ты был? С тем, кто вез этот чемодан с печатной продукцией.
– Нет... то есть, я не собирался задумываться. Мне всучили его документы взамен моих и посоветовали никогда и никому не попадаться на глаза.
– Твоего двойника должны были убить в этом гребаном Цюрихе, - предположил Николай.
– Но зачем понадобился двойник?
– растеряно спросила Маша.
– Чтобы запутать швейцарскую полицию?
– И не только полицию. Тот человек был всего лишь курьер, а хозяин денег ты что думаешь, он не стал бы искать, не захотел бы вернуть украденное? пояснил Ники.
– Стал бы, - согласился Николай.
– У меня однажды монетка в щель закатилась, так я ее пол дня оттуда вытаскивал. Нужно было создать видимость, что курьер сбежал с деньгами. Вот зачем и потребовался двойник. Вы поменялись местами. И документами - тоже. Потом полиция должна была обнаружить труп стриптизера из России. Но это был бы не твой труп, Ники, а курьера. Вы же похожи, и на документах - одно лицо! Полиция начинает расследовать это убийство. И никому не придет в голову связать появление трупа "стриптизера" с побывавшим в то же время и в том же городе бизнесменом из той же страны - курьером. Мало ли их, русских бизнесменов шляется по Цюриху?