Шоковая терапия
Шрифт:
– Нет. Перед тем как переехать сюда, он был на обследовании. Врач сказал, он в прекрасной форме. Легко протянет еще лет тридцать.
– В таком случае зачем напрасно тратить время, желая ему смерти? Мы же не будем ждать тридцать лет, верно? Ты должна попросить о разводе!
– Я так не могу, Терри! – Гильда повернулась ко мне. – Сколько можно повторять? Я не могу его бросить.
– Еще как можешь. Он человек небедный. Наймет медсестру, та будет за ним ухаживать. Как думаешь, сколько у него денег?
Она
– Не знаю. Много. Сто пятьдесят тысяч, а то и больше.
– Ну, в таком случае он сможет позволить себе сиделку, а ты получишь свободу.
Гильда отвела взгляд.
– Если он умрет, Терри, – тихо, но отчетливо произнесла она, – я получу его деньги. И разделю их с тобой. Что бы ты сделал, будь у тебя сто пятьдесят тысяч долларов?
– К чему такие разговоры?
– Терри, прошу! Ответь на вопрос! Что бы ты сделал с деньгами?
Внезапно я задумался, каково это – иметь в распоряжении такую сумму. От этой мысли по спине у меня побежали мурашки.
– Будь у меня этот капитал, я бы удвоил его в течение года. Открыл бы магазин в Лос-Анджелесе. Купил бы три-четыре фургончика, посадил бы в них мастеров-ремонтников и тем самым закрыл бы весь район. Специализировался бы на хай-фай-аппаратуре ручной сборки. На этом можно заработать кучу денег.
– Ты бы хотел этим заняться, верно? А я была бы рядом, чтобы радоваться твоим успехам.
Я изумленно уставился на нее:
– В чем смысл этого разговора, Гильда? Умирать он не собирается. Если ты и получишь деньги, то только в старости, когда толку от них уже немного. Так в чем смысл? Разведись! Забудь про деньги! Зато будешь свободна!
Она покачала головой:
– Не могу я развестись. Я перед ним виновата. Муж покалечился из-за меня. Как же мне его бросить?
Сделав глубокий вдох, я рассерженно спросил:
– И что теперь делать?
Гильда не спеша ушла из спальни в гостиную. Я последовал за ней. На веранде она остановилась.
– Что делать, Терри? – произнесла она, глядя мимо меня. – Прекратить наши встречи, вот что. Все проще простого. Больше всего на свете я презираю женщин, изменяющих мужьям. И себя – с тех пор, как мы стали заниматься любовью. Нужно это заканчивать. Иного способа нет. Нам нужно перестать встречаться.
Ее слова стали для меня чертовски жестоким ударом.
– Но послушай…
– Терри, я не шучу.
– Вот только давай без поспешных решений. Поговорим об этом завтра ночью. Такое не…
– Завтра ночью меня здесь не будет, – сказала Гильда. – Я не приеду. Нужно прекратить все прямо сейчас.
Я попытался обнять ее, но она вырвалась:
– Терри, прошу, не усложняй. Пойми, такой исход нравится мне не больше, чем тебе. Но я вдруг поняла, как мерзко себя веду, и это нужно прекратить. Мне пора. Больше нам не следует встречаться.
Она говорила так искренне, в
Сбежав по ступенькам, Гильда быстро пошла в сторону гаража.
Я стоял на месте и смотрел, как отъезжает ее «бьюик». Не может быть, чтобы все было так серьезно. Наверное, ее замучила совесть. Завтра ночью она приедет снова.
Я убеждал себя напрасно. Гильда не приехала.
Следующим вечером я ждал ее на веранде. Когда стрелки часов показали половину двенадцатого, я понял, что не дождусь ее, и совершенно упал духом.
Потом была пятница. Я знал, что по пятницам Гильда приезжает в Глин-Кэмп и закупается на всю неделю.
Я отправился в поселок и стал ждать ее там.
Но она не приехала.
Через некоторое время я отправился бродить по главной улице. Искал Гильду повсюду, но не нашел.
В полдень я наконец смирился с тем печальным фактом, что и сегодня мне не суждено ее увидеть. По пути на парковку я был в таком отчаянии, что готов был перерезать себе горло.
Не успел я сесть в грузовичок, как увидел шерифа Джефферсона. Тот направлялся ко мне, а за ним следовал молодой человек в модном городском костюме. Этого парня я раньше не видел.
Прятаться было поздно, и я помахал Джефферсону, притворяясь, что рад его видеть.
– Знакомься, это Мэтт Лоусон, – сказал шериф. – Мистер Лоусон, это Терри Риган. Я вам о нем рассказывал.
Лоусон решительно протянул мне руку. Казалось, он только что закончил колледж: просто писаный красавчик.
Я обменялся с ним рукопожатием.
– Мистер Риган, – начал он. – Если я верно понял слова шерифа, вы занимаетесь ремонтом всех телевизоров в этом районе.
– Ну, не всех, конечно. Но по большей части так и есть.
– Вы обсуждайте дела, джентльмены, – сказал Джефферсон, – а я пойду. Обещал доку сыграть в шашки.
Он пожал руку Лоусону, сказал, что ждет меня в гости, и ушел к себе в офис.
– Вижу, вы спешите, мистер Риган, – произнес Лоусон, – так что буду краток. Я из «Нэшнл фиделити». Продаю страховку на телевизоры. Хотел узнать, не поделитесь ли вы списком клиентов. Тогда мне не придется впустую обивать пороги. Понимаю, что бесплатно вы с ним не расстанетесь. Предлагаю четверть комиссионных от всех моих продаж.
В тот момент у меня не было настроения обсуждать дела, но я сразу сообразил, что предложение выгодное. Я же не дурак, в конце концов.
– А что за страховку вы продаете? – спросил я.
– Обычную: на сам телевизор, все ремонтные работы и запчасти. Мне понадобятся только имена и адреса ваших клиентов.
– Ну ладно. Записная книжка в грузовичке. Я вам ее одолжу. Как сделаете копию, занесите книжку шерифу, а я заберу, когда буду в поселке.
Лоусон сказал, что так и поступит.