Сходняк
Шрифт:
Она закрыла глаза и закусила губы. «Нет, — решила Лена, — я не стану молить о пощаде, не буду плакать будь что будет».
Охранники по очереди насиловали ее, и, кажется, эти скоты не знали усталости. Чудовищная экзекуция продолжалась долго — может быть, час, а может быть, и два. Наконец они оставили ее в покое. Дверь распахнулась, в комнатушку брызнул поток света.
Лена медленно оделась и пошатываясь вышла в кабинет начальницы. Баба Груня сидела за столом и что-то писала. Взглянув на узницу исподлобья, она насмешливо поинтересовалась:
— Ну, получила удовольствие? Ладно, иди подумай.
В кабинет вошла надзирательница.
— Уведи
Уже выходя из кабинета, Лена обернулась и тихо проговорила:
— Теперь моя самая большая мечта — посмотреть на твою рожу, баба Груня, когда тебя найдет Владислав Игнатов!
Глава 21
Что— то не складывалось. Что-то не вырисовывалось. У него создалось впечатление, что где-то он прокололся. Но где? И точно ли он сам виноват, точно ли он чего-то недодумал, не просчитал? А может быть, он просто стал жертвой коварного плана, о котором не догадывался?
Евгений Николаевич подошел к окну и выглянул на улицу. Внизу за решеткой ограды вокруг здания Министерства внутренних дел сновали люди, вереницы машин и автобусов. Вдалеке у станции метро в этот ранний час лоточники подготавливали свои торговые места, раскладывая бананы, апельсины, яблоки, помидоры… Он всегда, когда обмозговывал какие-то непростые дела, подходил к окну и рассеянно глядел вниз, в то время как его мысли уносились далеко-далеко…
Накануне утром Урусов вызвал в этот кабинет старшего лейтенанта Артема Свиблова — здоровенного брюнета, неизменно сопровождавшего его в поездках на Речной вокзал, — и отдал ему приказ: в радиусе двухсот метров от ресторана «Золотая нива» на Дмитровском выставить дозоры. Хитрый Урусов прекрасно понимал, что, хотя Варяг, как и подобает уважаемому законному вору, приедет на большой сходняк без охраны, все равно за ним на подстраховку увяжутся какие-нибудь его «солдаты». И он решил на всякий случай подстраховаться. Урусов не ошибся. Варяг и впрямь взял с собой людей — тройку разведчиков, которых и повязал, вернее, чуть не повязал старлей Исаев. Этим троим удалось от мудака старлея уйти. Но это была еще не беда.
Беда пришла поздно вечером, когда Урусов узнал, как подло его обманули.
Просто— таки надули, как сопливого лоха у метро, клюнувшего на предложение сыграть в «беспроигрышную лотерею». Его люди повязали Варяга прямо в банкетном зале на глазах у заговорщиков. Засунули в багажник джипа. Джип укатил, а его люди ушли из ресторана через служебный выход. Но потом вдруг выяснилось, что сунули Варяга не в черный «рейнджровер», а в темно-синий «шевроле-блейзер».
«Рейнджровер» постоял-постоял у «Золотой нивы», да и уехал ни с чем… А откуда взялся этот «блейзер», одному аллаху ведомо.
Урусов понимал, что его ребят в этом винить не стоит. Они выполняли приказ. И в суматохе сунули клиента в джип, но не могли же они знать, что это не тот джип! Вот только как же так получилось, что этот хренов «блейзер» подкатил к ресторану в нужный момент — когда Игнатова уже волокли по коридору к выходу Значит, кто-то дал сигнал. Значит, в ресторане у них был свой человек, связник.
И сейчас Урусова беспокоило только одно — кто задумал против него эту хитроумную игру? Спросить об этом он мог только у одного человека, с которым он уже несколько месяцев контактировал по этому делу, — у Александра Ивановича Сапрыкина. Но Сапрыкин ему настрого запретил звонить на работу, в Кремль. А на дачу в Жуковку-5 Урусов вчера звонил весь вечер, но
Подозрения Урусова в том, что с ним ведут двойную игру, подтвердились и укрепились, когда майор Шапкин, которого он с отрядом спецназа отправил на дачу на Никитину Гору, позвонил ему поздно вечером и доложил, что опоздали и на даче уже побывал кто-то до них.
— Кто, мать вашу, там побывал! — заорал вне себя от ярости Евгений Николаевич. — Кто там мог быть?
— Евгений Николаевич, товарищ генерал… — продолжал невозмутимо Шапкин.
— Мы туда не одни приехали.
— Да? — насторожился Урусов. — Ну-ка давай подробности!
— Чтобы не привлекать внимания, мы на Никитину Гору отправились на служебном «москвиче». Как раз перед поселком на шоссе нас обогнала «хонда» с одним пассажиром. Мы сначала не придали этому значения — ну «хонда» и «хонда»… Пока по поселку колесили, пока дачу эту искали, прошло минут пятнадцать, если не двадцать. Словом, подъезжаем к месту — видим: стоит перед дачей Нестеренко та самая «хонда», которая нас подрезала. Тогда мы немного вперед проехали. Только собрались выходить — видим: вылетает из калитки такой плотный блондин, мужик лет сорока пяти. Ну, выбежал он на аллею, сел за руль и рванул…
— Так что ж вы его не взяли? — оборвал собеседника Урусов.
— Евгений Николаевич! — обиженно воскликнул Шапкин. — Нам же надо было в дом зайти — все там осмотреть! У нас был приказ дачу проверить, а не «хонду» преследовать!
— И что же в доме? — нетерпеливо поинтересовался генерал.
— Пусто. Ни людей, ничего… Все раскидано — бумаги, одежда… Явно шмонали.
— Что, водитель «хонды»? — предположил Урусов.
— Вряд ли это тот, из «хонды». Если бы он один там шмонал — полчаса-минут сорок не меньше бы у него на это ушло. Там явно орудовала бригада. Я так думаю, Евгений Николаевич, что тот блондин тоже не меньше нашего удивился тому, что увидел. Там явно кто-то побывал еще раньше.
— Выводы? — злобно пробурчал Урусов.
— Значит, полный облом, товарищ генерал, — после паузы смущенно проговорил исполнительный майор Шапкин.
«…Все верно, — подумал Урусов, отходя от окна и садясь в кожаное кресло. — Все правильно сказал майор Шапкин. Облом. Значит, за его спиной кто-то ведет свою тайную игру».
Но кто этот невидимый и неведомый игрок? А точнее, целая команда, потому что ему дали добро на операцию по устранению Игнатова и заверили, что вся ответственность возлагается именно на него, генерал-полковника Урусова. Но выходит, не все так просто. Выходит, параллельно с ним они пустили по следу Варяга еще одну бригаду. И эта бригада сыграла на опережение!
На даче Нестеренко, как понял Урусов из отрывочных обмолвок Алика Сапрыкина, Игнатов хранил в тайнике часть воровской казны — общака. И эта часть общака была лакомой добычей для очень многих. Для тех законных воров, которые заложили своего смотрящего, и для кремлевских заговорщиков во главе с Аликом Сапрыкиным, и для самого генерала Урусова. Но, Дя по всему, общаковские деньги пропали. Шмон на Даче Нестеренко — не случайность, и неизвестные шмонари искали — и по всей видимости, нашли — то, что им требовалось. И Варяг ускользнул у него из рук — как ирный сазан слетает с крючка в тот самый момент, когда незадачливый рыбак норовит подвести ему под хвост садок.