Школьница
Шрифт:
– Да не нужна ей моя любовь! Она за этим идиотом бегает!
– Добивайся ее!
– У меня ни единого шанса. Если бы она мне хоть намек дала, я для нее ведь горы свернул бы. Но она всем видом показывает, что не нужен я ей. А теперь еще и предателем считает.
– Твое дело сказать что ты к ней чувствуешь, а дальше она сама разберется.
– Вот сейчас дождусь, пока она себе желудок прочистит, и обязательно признаюсь ей!
– А вот и я, – из темноты вышла Ната.
– Я тоже
– Ты что–то слышала? – настороженно спросил Сеня.
– Да! – глаза Сени наполнились страхом, – рычание своего желудка.
Сеня громко выдохнул, почувствовав облегчение.
– А что она должна была услышать? – Ната уставилась на Сеню.
– Не важно, – ответил тот.
Они с Виком взяли меня по обе руки и довели прямо до квартиры. Ната помогла мне снять обувь, а Вик куртку. Меня довели до кровати, и я, рухнув на нее, моментально отключилась.
Какой же это был трудный день.
Глава 7. На утро после
Как же болит моя головушка, словно кто–то стучит по ней отбойными молотками. Открыв глаза, я увидела потолок своей комнаты.
– Фух, слава Богу, я где уснула, там и проснулась.
Кое–как встав с кровати, я заметила, что одежда на мне не та, в которой я ложилась.
Так, что же моя память от меня прячет? Может, я по–пьяни все вещи свои перемерила? А почему на мне только один чулок? Пожалуй, для меня сейчас – это тайна, покрытая мраком.
Подойдя к зеркалу, я просто ахнула. Косметика расплылась, глаза как у панды, губы опухшие – одним словом, я похожа на чудовище. До ванны я не шла, а летела, чтобы быстрее смыть с себя всю эту "красоту". Тщательно смыв со своего лица косметику, я достала щетку, нанесла на нее пасту и приступила к чистке зубов. И вроде бы ничего не предвещало беды, но тут по квартире раздались чьи–то шаги. Я не предала этому особого внимания, так как подумала, что это Ната у меня ночевала. Когда дверь в ванну распахнулась, я так и ахнула, уже во второй раз за сегодняшнее утро.
– Черт, не успел!
– Ты что тут делаешь? – спросила я, как только дар речи ко мне вернулся.
– Очередь в туалет занимаю, – спокойно ответил он.
– В квартире моей ты что делаешь? Как ты здесь оказался?!
Я была в бешенстве не столько из–за его присутствия, как из–за того, что ни черта не помню, что случилось этой ночью.
– Сама меня пригласила, даже за ручку тащила за собой!
– Не ври! Я все прекрасно помню! Меня домой Сеня и Вик привели! Тебя тут и в помине не было!
– А с вечеринки ты как домой попала? – Матвей приподнял бровь и ухмыльнулся.
– С какой вечеринки?
Вот этого я точно не помню.
– С моей, – довольно
– Абсолютно.
– Зря, это была веселая ночка, – его улыбка стала еще шире, а сам он явно погрузился в воспоминания.
Я прополоскала рот и пошла в зал. Бегая из одного угла в другой, я пыталась вспомнить хоть что–то из вчерашней ночи. Но все мои попытки не увенчались успехом.
– Да успокойся ты, – сказал вошедший в комнату Матвей.
– Это ты споил меня, сволочь! – закричала я и стала колошматить его по голому торсу.
– Угомонись, сумасшедшая! Не спаивал я тебя! Это ты пришла ко мне на вечеринку в жопу пьяная, так еще и приставать начала! А теперь меня во всех грехах винишь!
– Ну уж нет! Не прикидывайся тут белым и пушистым! Это ты мне вчера на "Мисс Осень" свою ядреную смесь выпить дал!
– Я? Да Вавилова просто в наглую отобрала у меня бутылку! А ты знаешь, чего мне стоило без палева пронести ее в школу?
– Ох, бедолажка, обделили тебя, – я стала изображать сочувствие.
– Прекрати обезьянничать!
Сейчас он мне чем–то мою маму напомнил. Тоном своим командорским что ли?
– А теперь рассказывай, – я ткнула ему в грудь указательным пальцем, – что было сегодня ночью?
– Ты точно ничего не помнишь? – удивился он.
– Точно, – ответила я, – у меня просто черное пятно вместо сегодняшней ночи.
– Черт! – выругался Матвей, – А я ведь так старался, чтобы твой первый раз запомнился тебе на всю жизнь.
– Что?
От услышанного я рухнула в кресло. В глазах побелело, и все, что я вчера выпила и, возможно, съела, стало проситься наружу.
– Эй, ты чего? – заволновался Матвей, видя как я изменилась в лице, – Лишение девственности – это же не конец света. Рано или поздно это должно было произойти. Могу тебя заверить, я старался, чтобы тебе понравилось. Да и ты была не промах!
Господи, каких я только чувств в этот момент по отношению к себе не испытала: начиная от ненависти и заканчивая жалостью. Не так я представляла свой первый раз. А где романтика? Где свечи? Любовь–то где?
– Я не хотела, чтобы по–пьяни!
Я заревела как сумасшедшая, проглатывая окончания слов.
– Эй, прекрати ныть, – он сел на четвереньки и положил свои ладошки мне на коленки, – не было у нас ничего. Пошутил я. Мы даже спали в разных комнатах, вот и все.
– Что?!
Я готова была убить его в этот момент и расцеловать разом. В порыве злости я толкнула его ногой, и он рухнул на пол. Встав с кресла, я села поверх него и стала колошматить его кулаками.
– Сволочь ты! Негодяй! Да как ты мог? Ты знаешь, что я пережила за эту пару минут? Ненавижу тебя!