Школа любви

Шелдон Дороти

— Знаю, что ты совсем другая. Но прости меня. Я не хочу испытывать судьбу. Слишком много неприглядного довелось мне увидеть в жизни.

Возможно, Саймон и верит в то, что она не такая. А может, сомневается в этом. В конце концов, это не имело особого значения. Наверное, он никогда не сможет доверить свое сердце женщине, а особенно такой, как она, Фэй: самостоятельной и независимой, стремящейся занять достойное положение в обществе, где власть и влияние принадлежат в основном мужчинам.

Фэй приложила палец к губам Саймона, давая

понять, что хочет закрыть эту тему. Он и так доверил ей многое из своих переживаний, рассказал о детстве и о трудностях, с которыми пришлось столкнуться в жизни. Ей не следует вынуждать его делать какие-либо признания.

— Думаю, в мире есть множество более приятных вещей, чем те, о которых мы с тобой, Саймон, так долго рассуждаем.

Их взгляды встретились. Фэй показалось, что в проницательных темно-серых глазах Саймона она увидела отражение каких-то невероятно нежных глубоких чувств. Но Фэй не смела, думать, что именно она была причиной его серьезных переживаний и эмоций. Он увлечен ею, и этого достаточно.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Саймон.

Фэй постаралась непринужденно улыбнуться.

— Мы можем поговорить, например, о звонке Маннингема. Он рассказал много интересного. О миссис Уэстмор.

На самом деле у Фэй не было ни малейшего желания заводить разговор о работе. Во-первых, потому, что в данной ситуации, когда они, возможно, в последний раз оказались в постели, говорить о работе вовсе не хотелось. Во-вторых, чем больше она узнавала Шэрон, тем меньше нравилась ей перспектива выступать против этой женщины.

Саймон ласково провел пальцем по ее щеке.

— Разве тебе хочется говорить о делах?

— Признаться честно — вовсе нет.

Саймон прильнул к ее губам. Фэй могла бы целоваться с ним нескончаемо долго, но нужно было успеть подарить Саймону еще кое-что… Отстранившись от него, Фэй взяла платок, который лежал сейчас возле нее, и села на живот Саймона.

— Может, все-таки расскажешь, как ты планировала использовать эту вещицу?

— Я собиралась воплотить в жизнь одну из своих безумных фантазий. Я слышала, что, если мужчине завязать глаза, восприимчивость других его органов чувств обостряется.

— Интересная теория, — хмыкнул Саймон.

— Мне тоже так кажется. Как ты считаешь, с женщинами происходит то же самое?

— Не знаю, но намерен проверить это.

Саймон приподнялся и обхватил губами ее сосок. Фэй приглушенно застонала. Воспользовавшись моментом, он выхватил платок у нее из рук.

— Хитрец, — выдохнула она.

Саймон улыбнулся.

— Думаю, ты не станешь сопротивляться.

Все складывалось замечательно. Фэй опасалась, что, услышав от нее признание в любви, Саймон замкнется, поведет себя отчужденно. Но нет, он довольно легко воспринял, сказанные ею слова. Она и не рассчитывала, что Саймон ответит ей взаимностью, просто хотела наслаждаться каждой минутой, проведенной с ним, каждым мгновением.

Саймон сложил платок по диагонали

и взялся за его края.

— Ну что ж, — сказал он, глядя Фэй в глаза, — сейчас мы узнаем, верна ли твоя теория.

Фэй затрепетала в предвкушении предстоящего «испытания». Ведь она намеревалась превратить в «подопытного кролика» Саймона и доставить ему удовольствие. Ей и в голову не приходило, что они поменяются ролями. Когда Саймон завязал ей глаза, Фэй показалось, что она очутилась в темнице.

Вдруг рука Саймона нежно обхватила ее за талию. У Фэй перехватило дыхание, по спине побежали мурашки. Сердце Фэй бешено колотилось в груди. Ни одному мужчине она не доверяла настолько, насколько доверяла Саймону.

— Саймон?

— Я здесь.

Он наклонился и поцеловал ее. Затем проверил, надежно ли завязан платок. Через несколько секунд послышалась приятная, успокаивающая музыка.

— Как ты? — спросил Саймон.

— Все отлично, — заверила Фэй.

— Прекрасно. А теперь проверим твою теорию. Сколько у человека органов чувств? Пять?

Фэй кивнула.

Саймон не мог дать ей большего, чем сегодняшнее свидание. Когда оно закончится, с ней останется не только ее любовь. Она сможет наслаждаться сладостными воспоминаниями. И он тоже.

Разве этого будет им недостаточно?

— Итак, с чего бы ты хотела начать? — спросил Саймон.

Фэй улыбнулась.

— Наверное, с осязания.

Саймон быстро прикинул в уме все возможные способы изучения восприимчивости тела Фэй. На его лбу проступили капельки пота. Нет, только не сейчас.

— Прости, но я с тобой не согласен. Самое приятное, мы оставим на потом. Давай начнем с органа вкуса. Я сейчас.

Саймон подошел к холодильнику-бару, осторожно открыл дверцу и, быстро изучив содержимое, выбрал плитку молочного шоколада с карамельной начинкой. Он аккуратно распечатал ее, откусил кусочек и стал жевать.

— Эй, что там происходит? — спросила Фэй.

Саймон рассмеялся.

— Ты готова?

— Я уже давно готова.

Саймон приблизился к Фэй и прильнул к ее губам. Она вздрогнула от неожиданности, но в следующее же мгновение поняла, что от нее требуется. Языком Фэй медленно и тщательно принялась исследовать рот Саймона, лаская и покусывая. Саймон вдруг с удивлением понял, что игра действует на него довольно возбуждающе.

— Ммм… Как вкусно! — произнесла, наконец, Фэй и безошибочно определила: — Шоколад.

— Отлично! Готова, к следующему тесту?

Вместо ответа Фэй провела кончиком языка по влажным губам, слизывая с них остатки шоколада. Она наверняка сделала это нарочно, зная, как эротично это выглядит! Однако Саймон нашел в себе силы не поддаться соблазну — ведь они только начали свой эксперимент.

— На этот раз будем проверять орган слуха. Согласна? — Саймон положил руки Фэй на свои плечи, потом обнял ее за бедра и скомандовал:

— Придвинься ко мне ближе и обхвати ногами мою талию.