Школа любви
Шрифт:
— Я еще не закончил.
Услышав бархатный голос Саймона, Фэй вздрогнула. От переполняющей ее страсти уже кружилась голова, и казалось, что волна желания вот-вот сметет последние барьеры, возведенные ее стремительно слабеющей волей.
— Тогда чего же ты ждешь? — довольно спокойно спросила Фэй, не решившись, впрочем, открыть глаза.
Саймон стал массировать ее ноги, и поглаживания его горячих ладоней вызывали у Фэй мучительные и одновременно сладостные ощущения. Начав со ступней, Саймон продвигался все выше и выше. Наконец, истомленная ожиданием Фэй почувствовала
— Должна признать, у тебя есть талант, — сказала она и, тихо вздохнув, открыла, наконец, глаза.
— Я, можно сказать, еще ничего особенного не сделал, — промурлыкал Саймон.
Его ладони поднимались все выше, пока, наконец, не коснулись края платка. Он мечтал об этом весь вечер — узнать, есть ли на Фэй что-нибудь под повязанным вокруг талии шелком. Его догадки, волнующие кровь и заставляющие сердце учащенно биться, оказались верными.
— Так ты на самом деле без трусиков?
Фэй дразняще улыбнулась.
— Конечно. Они у тебя в кармане.
Игривость Фэй не обманула Саймона — дрожащий голос выдал ее состояние. Он не знал, хватит ли у него сил продолжать ласки, ему хотелось немедленно овладеть Фэй.
— Я не был уверен, — глухо отозвался Саймон.
— Да, ты не мог быть уверенным в этом, — согласилась Фэй и задохнулась оттого, что сильные руки Саймона вдруг сжали ее бедра трепетно и страстно. — Наверное, я зря все это затеяла, — пробормотала она.
Глаза Саймона потемнели.
— Если хочешь, я могу прекратить. Только скажи.
Саймон склонился над ней, выжидающе глядя в глаза. Прошло несколько секунд, и руки Саймона вновь стали поглаживать бедра Фэй, медленно и нежно. Ей показалось, она ждала этого не несколько мгновений, а целую вечность. Эти руки… Они мучили и дразнили, соблазняли и очаровывали.
Фэй подумала, что, наверное, сразу умерла бы, если бы Саймон перестал гладить ее своими теплыми ладонями.
Словно прочитав ее мысли, Саймон на мгновение замер и вопросительно посмотрел на Фэй. Она испугалась, что все прекратится сейчас и она никогда не узнает, чем закончится эта умопомрачительная любовная игра.
Фэй облизнула сухие губы.
— Я не хочу, чтобы ты прекратил.
На красивом лице Саймона отразилось облегчение. Он протянул руку к флакону с маслом и, вылив на ладонь ароматную жидкость, сказал:
— Солнце оказывает особенно вредное воздействие на те участки кожи, которые обычно прикрыты купальником.
— Да, наверное.
Сердце Фэй готово было вырваться из груди, но она постаралась непринужденно улыбнуться, тем самым, поощряя Саймона и давая ему понять, что благосклонно отнесется ко всему, что он сделает.
Саймон едва не лишился самообладания, когда развязал платок, мешавший ему насладиться прекрасной наготой Фэй. Он провел ладонями по ее стройным бедрам, и Фэй закусила губу, чтобы не закричать, давая выход обуявшему ее неописуемому возбуждению.
— Я… — услышала она свой слабый голос, — я сейчас просто сгорю заживо…
— И в этом, буду виноват я, а не солнце, — пробормотал Саймон.
Саймону
Контроль над собой давался Саймону все труднее. Ему хотелось обладать Фэй полнее и глубже, чем это дано человеку, осязать ее тысячами рук и губ, обволакивать собою, пить ее дыхание, слиться с ней воедино…
Усилием воли Саймон заставил свой разум взять верх над переполняющей тело страстью. Нельзя поддаваться власти нахлынувших чувств. Несмотря на то, что его желание обладать Фэй граничит с безумием.
Саймон отдавал себе отчет, что вполне может потерять голову из-за этой женщины. После всего, что ему довелось пережить и испытать, он просто не мог допустить ничего подобного. Ему было достаточно ощущать сейчас тепло Фэй, его радовала возможность доставить ей удовольствие. Но подвергать себя опасности Саймон не хотел.
Он взглянул на Фэй. Глаза ее были закрыты, огонь страсти словно подсвечивал ее красивое лицо изнутри. И именно Саймон зародил в Фэй желание, значит, он должен сделать все, чтобы удовлетворить ее. Только это имело для него смысл в данный момент.
Фэй остро реагировала на каждое его движение, чутко откликалась на любую ласку. Все обуревающие ее чувства отражались на ее лице, и это вдохновляло Саймона на все более изощренную нежность. Даря наслаждение Фэй, он доставлял удовольствие и себе.
Фэй больше не могла терпеть эту изысканную пытку. Она поймала руку Саймона и положила между своих разведенных ног. Он понял, чего она хочет. Саймон лег рядом с ней на бок и, свободной рукой убрав волосы с ее лица, прошептал:
— Посмотри на меня.
Фэй открыла свои необыкновенные глаза и взглянула на него.
— Саймон… — умоляюще выдохнула она и вскрикнула, когда палец Саймона проник в глубь влажных складок.
Дыхание Фэй превратилось в сплошные учащенные порывистые стоны. Саймон делал именно то, что она ждала от него, ласкал именно так, как она хотела, и это удивительное взаимопонимание, возникшее на подсознательном уровне, полностью подчиняло Фэй его власти.
Саймон внимательно наблюдал за реакцией Фэй и, когда заметил, что она уже на грани, мощным броском оказался на ней и вошел в ее жаждущее любви лоно.
Фэй, будто безумная, выкрикнула его имя, и это оказало на Саймона невероятное воздействие. Их тела одновременно напряглись, и в следующее мгновение Фэй и Саймон взмыли к небесам на гребне волны неземного, сказочного экстаза.
Саймон медленно приходил в себя. Крик Фэй стоял у него в ушах, он словно заложил фундамент его собственного прекрасного нового мира. Сейчас Саймону казалось, что он готов отдать почти все, что имеет, только бы вновь пережить этот момент вместе с Фэй, находясь внутри нее.