Школа чародеев

Хоукинс Рейчел

— Так я что, вообразила грубую мебель?

— В общем да.

— А за пределами здания? Не в обиду, но все выглядит довольно плохо.

Госпожа Каснофф тихо засмеялась. — Нет, заклинание используется только в общественных комнатах дома: гостиных, аудиториях, и т. д. Геката должен поддерживать свой стиль, разве нет?

Я обернулась в дверях офиса мисс Каснофф и ещё раз посмотрела на гостиную. Сейчас я смогла рассмотреть, как диваны, кушетки, даже

шторы слегка мерцают и колеблются.

Странно.

Я думала, что у госпожи Каснофф будет самая большая, самая роскошная комната в доме. Ну, знаете, заполненную древними книгами, с тяжелой дубовой мебелью и окнами высотой от пола до потолка.

Здесь были книги, но они были сложены вертикальными стопками рядом с тремя из четырех стен. Я попыталась разобрать названия на корешках, но те которые не выцвели, были на не известных мне языках.

Вместо этого, она привела меня в маленькую комнату без окон. Здесь сильно пахло ее лавандовыми духами, и чем-то другим более сильным, с горьким запахом. Через мгновения я поняла, что это был чай. Маленький электрический чайник кипел на краю обычного маленького стола, а не деревянном чудовище, которое я себе представляла.

Единственным предметом в офисе госпожи Каснофф, который был таким, как я представляла, был ее стул. Скорее не стул, а трон: высокое, тяжелое кресло, покрытое фиолетовым бархатом.

Стул с другой стороны стола был ниже на добрые 5 дюймов, и, когда я села, я сразу почувствовала себя 6 летним ребёнком.

Наверно так и было задумано.

— Чаю? — спросила она, после того как устроилась на своем фиолетовом троне.

— Конечно.

Ещё несколько минут прошли в молчании и она подала мне чашку густого красного чая. Не спрашивая, она добавила молоко и сахар.

Я сделала глоток. Этот вкус напомнил мне о том чае, который делала мне моя мама в дождливые зимние дни: дни, которые я проводила, свернувшись калачиком на диване, читая или болтая. Знакомый вкус успокаивал, и я позволила себе немного расслабиться.

Наверно, так и было задумано.

Я взглянула на неё. — Как вы?…

Миссис Каснофф лишь махнула рукой. — Я ведьма, Софи.

Я нахмурилась. Я никогда не любила, когда мной манипулировали. Будь то змеи или Бритни Спирс.

— Так вы знаете заклинание, которое делает чай похожим на… чай?

Миссис Каснофф отпила немного и я удивилась, видя, что она пытается сдержать смех. — Вообще то, немного больше. — Она указала на чайник. — Открой.

Я наклонилась вперёд, чтобы сделать это.

Он был пуст…

— Ваш любимый напиток это утренний Ирландский чай вашей матери. Будь то лимонад, или горячий шоколад вы б его получили. Это основное заклинание комфорта, что очень удобно для расположения

людей.

Вау… Она хороша. Я никогда раньше не пыталась использовать это заклинание.

Хоть мне это не нравилось, я собиралась сказать, что была впечатлена.

— А что, если бы моим любимым напитком было бы пиво? Вы бы дали мне его?

Она подняла свои плечи так изящно, что это нельзя назвать пожатием плеч. — Могла бы и возразить?

Вытащив кожаную папку из стопки на ее столе, она снова села на трон.

— Скажи мне, Софи. — Спросила миссис Каснофф, — что именно ты знаешь о своей семье?

Она откинулась на спинку стула и положила одну ногу на другую.

— Не много. — Ответила я. — Моя мама из Тенесси, оба её родителя погибли в автомобильной катастрофе, когда ей было 20…

— Я не это имела в виду. Что вы знаете о родственниках вашего отца?

Сейчас она не пыталась скрывать свои намерения. Вдруг я почувствовала, как что-то важное зависит от моего следующего ответа.

— Всё что я знаю — это то, что мой отец колдун и его зовут Джеймс Эйтертон. Мама познакомилась с ним в Англии, и он сказал, что вырос там. Но она не была уверена, что это правда.

Вздохнув, миссис Каснофф поставила свою чашку и начала рыться в кожаной папке. Она опустила свои очки ниже, чем они находились и пробормотала. — Давайте посмотрим, я только что видела… Ах да, вот оно.

Она полезла в папку, но потом резко остановилась и взглянула на меня.

— Софи, то, что мы здесь обсуждаем, должно остаться в стенах этой комнаты. Твой отец попросил меня поделиться с вами этим, когда придёт время, и я считаю, что это время пришло.

Я ничего не смогла сказать, поэтому лишь кивнула.

Видимо этого хватило, и она протянула мне черно-белое изображение. Оттуда на меня смотрела молодая женщина. Она выглядела на несколько лет старше меня, и по тому, как она была одета, я догадалась, что картинка было 1960-х годов. На ней было темное платье, которое развевалось около икры, будто легкий ветерок только что поймал его. Волосы у нее, скорее всего, были светлые или рыжие.

Позади неё я смогла разглядеть крыльцо зала в Гекате. Ставни тогда были белые…

Она улыбалась, но улыбка выглядела натянуто.

Её большие глаза были широко открыты и будто светились.

И выглядели знакомо.

Я ни у кого не видела таких глаз, кроме моего отца…

— Кто… — мой голос дрожал. — Кто это?

Я взглянула на миссис Каснофф и увидела, что она пристально на меня смотрит. — Это — сказала она, наливая себе ещё одну чашку чая, — Ваша бабушка, Люси Бароу Эйтертон.