Школа Авалон

Кэбот Мэг

Все еще чувствуя легкую тошноту, я завернулась в одеяло и потушила лампу. Тигра тут же прыгнула на свое привычное место на моей кровати.

Только сегодня она почему-то долго не могла успокоиться. Кошка нюхала там, где меня лизнул Кавалье. Я приоткрыла глаза: на мордочке Тигры застыло выражение, которое Джефф называет «улыбкой чеширского кота» — пасть чуть приоткрыта, глаза настороженные.

Потом, понюхав мою руку в последний раз, Тигра кинула на меня взгляд, как будто обвиниввпредательстве, спрыгнула с кровати и ушла спать в другое место.

Это означало,

что она серьезно обижена.

Я лежала и думала о том, что в моей жизни, наверное, действительно происходит что-то очень значительное, если даже моя собственная кошка больше меня не любит. Что, собственно, случилось на этой злосчастной вечеринке?

И что со всем этим делать?

Да и что я могу? Разве что поговорить с Лэн— сом? Мне все равно придется с ним общаться по поводу задания по мировой литературе. Может, удастся убедить его открыться своему другу? Для Уилла будет гораздо лучше, если он узнает обо всем от Лэнса, а не так, как придумал Марко…

Я очень жалела, что согласилась плыть с ними на яхте. Не хотелось смотреть, как Уилл с Дженифер держатся за ручки, будто голубки, и знать, что все это, по крайней мере со стороны Дженифер, — обман.

Я была абсолютно уверена: Марко сделает нечто такое, что потрясет всех или, в крайнем случае, одного Уилла.

Но… все-таки мне очень хотелось отправиться в плавание с Уиллом. Мне необходимо быть рядом с ним.

Господи, ну и влипла же я!

Грустно признавать, но, проснувшись утром, я уже не сомневалась в том, что поеду кататься на яхте с Уильямом Вагнером и компанией.

И не потому, что буду иметь счастье его лицезреть. Мне нужно исполнить свой долг. Я убедила себя в том, что только так смогу приглядывать за Марко. Ведь он наверняка собирается устроить сводному брату какие-то неприятности.

Только… зачем? Почему он хочет ранить Уилла? Вряд ли Уилл мечтает о мести брату. Может, все это из-за того, что случилось когда-то между их отцами? Неужели Марко решил отомстить за то, что папа Уилла женился на его маме? Если все, что говорят об адмирале Вагнере, — правда, тб вполне возможно. Но зачем он мстит Уиллу? Наказывать нужно адмирала Вагнера. По— моему.

Уилл ждал меня у памятника Алексу Хелею, стоявшему в конце улицы, которую местные прозвали набережной Иго. Вдоль набережной на воде покачивалось огромное количество яхт. Чтобы вывести яхту в море, требовалось провести ее вдоль всех открытых баров и кафе, где целые дни напролет люди сидели и любовались лодками. Это было похоже на модный показ на подиуме.

Алекс Хелей, написавший книгу «Корни», должно быть, жил в Аннаполисе, раз ему поставили памятник. Огромное каменное изваяние, окруженное фигурами поменьше; фигуры лежали у его ног, как будто слушая, как он читает им книгу. Уилл сидел, прислонившись к одной из фигур, и ждал меня.

Как только я увидела его, сердце сделало головокружительный кульбит. Наверное, потому что на какое-то мгновение показалось, будто по чудесному стечению обстоятельств мы на его яхте будем только вдвоем. Но тут неподалеку показалась золотистая головка Дженифер. Она, Лэнс и Марко сидели в надувной лодке, привязанной к причалу. Мое сердце больше не совершало никаких кульбитов, оно просто

упало.

Оно упало еще ниже, когда я увидела, что мои родители вышли из машины, чтобы поболтать с Уиллом. Они теперь считали его лучшим другом, ведь он разделил с ними тайскую трапезу и надевал плавки моего брата.

— Привет, — проговорил папа, опираясь локтем на плечо Алекса Хелея. — Хороший денек для плавания.

— Да, сэр, — ответил Уилл, выпрямляясь и глядя на нас. На нем были темные очки. Легкий бриз шевелил темные волосы и расстегнутый воротник синей рубашки. Посмотрев на меня, Уилл сказал:

— Рад, что ты поедешь с нами.

Мама не дала мне ответить и стала расспрашивать Уилла о том, что ее больше всего интересовало: давно ли он занимается парусным спортом, достаточно ли у них на яхте спасательных средств… и т. д. и т. п. Всю жизнь мечтала, чтобы мама мучила такими вопросами мальчика, в которого я по уши влюбилась и который пригласил меня на морскую прогулку.

Мама осталась довольна ответами Уилла, она улыбнулась мне и сказала:

— Желаю приятно провести время, Элли

Папа добавил:

— Пока, ребенок. — И они оба сели в машину и отправились обедать в «Чикен энд Рус Дилей».

Я посмотрела на Уилла и сказала:

— Прости.

— Нет проблем, — улыбнулся он. — Они беспокоятся о тебе, вот и все.

— Можем отправляться? — осведомилась Дженифер из лодки. — Мы пропустим лучшее время для загара.

— Господь не разрешает принцессам ходить неподрумяненными, — сказал Марко, и Дженифер игриво ему улыбнулась. Лэнс, сидевший у руля, просто улыбался им обоим, похожий на бога в майке, открывавшей бицепсы размером с грейпфруты.

— Меня достали туристы, которые на нас пялятся, — сказал он.

Несколько человек в майках с кричащей надписью: «Не надоедайте мне, я местный» подошли к нам с Уиллом, чтобы узнать, где причал «Вудвинда», туристического судна, совершавшего круизы по заливу. Уилл показал им, куда идти, потом взял что-то со дна лодки и Протянул мне. Это был спасательный жилет, слава богу, не толстый оранжевый, который делает людей, надевших его, похожими на утят, а тоненький, синий и очень стильный.

Пока я застегивалась, группа ребят примерно нашего возраста отошла от статуи Алекса Хелея и начала грузиться в небольшую моторную лодку, пришвартованную по соседству с нами. Они взяли с собой огромную надутую автомобильную камеру. Когда ребята попытались закинуть ее в лодку, порывом ветра камеру сдуло в сторону, и она ударилась о борт небольшой корабельной шлюпки, выглядевшей гораздо богаче, чем наша, в ней сидела пожилая пара, собираясь отплыть к своей яхте.

— Простите, — услышала я голос одного из подростков. Он втянул камеру в моторку.

— Простить? Да как вас вообще сюда пускают? — Пожилой мужчина был очень недоволен, он явно разозлился.

Я даже перестала застегивать спасательный жилет — ну и ну, у нас в Миннесоте никто такого бы не сказал.

— Послушайте, — сказал один из ребят в моторке, — мы же не нарочно…

— Почему бы вам не убраться туда, откуда вы приехали? — рявкнул пожилой, его жена сидела, поджав губы и плотно сдвинув колени.