Шип
Шрифт:
Известию, что найден очередной труп женщины с гвоздём в животе, Штефогло обрадовался, как долгожданному подарку судьбы. Пока машина неслась к месту убийства, он чуть ли не пел за рулём.
– Эх, есть, есть справедливость на белом свете!
– пальцы в такт музыке перебирали бугорки на руле.
– Ведь на волоске от фола уже висел, так подфартило же!
Штефогло присвистнул на последнем аккорде. Машина скрипнула и остановилась. Старлей на крыльях порхнул в полуподвальное помещение, где уже работала следственная группа.
Место
– Так жить нельзя, - пробормотал следователь, а в уме пронеслось эхом: "Да и не живут уже больше!".
– Вы что-то сказали?
– нарисовался рядом молодой участковый.
– Я говорю, докладывай, что тут да как...
– Убитая, Вера Ильинична Задуйская, тридцати шести лет от роду, безработная, не замужем. Неоднократно привлекалась к административной ответственности за пьянство, аморалку и хулиганство. Постоянные жалобы жильцов дома на асоциальное поведение и антисанитарию. Думаю - обычная бытовуха. Не поделила что-то с очередным хахалем-собутыльником. Убийство произошло несколько дней назад. Жильцы обратились, когда запах из квартиры стал невыносимым. Орудие убийства - обычный гвоздь, так и торчит в теле. Эксперты сейчас пытаются снять пальчики в квартире. Но это будет нелегко - пустой тары навалом, а посетителей залётных здесь всегда хватало...
Участковый ещё что-то бубнил, сверяясь с записями в блокноте, но Штефогло его уже не слушал. Он попросил сообщить ему после вскрытия, была ли женщина беременной. Хотя сам в этом почти не сомневался. Единственное, что настораживало - смена маньяком почерка. Это было первое убийство, совершённое в помещении. До этого всех жертв находили, так сказать, на открытом воздухе.
14.
Когда раздался неожиданный звонок в дверь и на пороге появился следователь из убойного отдела, Елена Васильевна даже не удивилась. В её одинокую квартиру редко кто захаживал. Но этого посетителя она ждала и уже нервничала, что он так долго не появлялся.
– Вы ничего не хотите мне рассказать, Елена Васильевна?
– прямо с порога заявил Штефогло.
– Раздевайтесь и проходите на кухню. Там и поговорим.
Она провела незваного долгожданного гостя, усадила за стол с сушками и поставила чайник.
– Вы, наверное, хотите меня спросить, где я была двадцать первого ноября вечером?
– как ни в чём не бывало, задала вопрос хозяйка, разливая чай.
Старший лейтенант, грызший бублик, закашлялся.
– Скажу сразу - алиби у меня на девятнадцать часов нет. Была дома, одна.
– Откуда вы знаете так точно дату и время?
– откашлявшись, выдавил старлей.
–
– Я хотел бы вам верить, но не могу понять, почему и как вы это ощущаете.
– Я тоже, ума не приложу. Ничего не понимаю, честно говоря. Могу только сказать, что я как будто вмиг переношусь в другое место и нахожусь там в момент убийства. Ужас! В этот раз гвоздь входил так туго...
Елена Васильевна изменилась в лице, казалось она сейчас потеряет сознание. Штефогло помог ей сесть, налил стакан холодной воды из крана.
– Спасибо, - пожелтевшие щёки библиотекарши стали розоветь, - как мне избавиться от всего этого? Зачем вы вытащили меня из психушки - там хоть шанс был, что подлечат...
– Скорее - залечат! Надежды на тамошнее исцеление - ноль целых шиш десятых, - старлей задумчиво тёр лоб.
– Я считаю, что ваша единственная надежда на избавление от приступов бреда - если нам удастся поймать злодея и выяснить, что за связь существует между вами.
Старший лейтенант сделал глоток, не отрываясь взором от хозяйки.
– Я понимаю, что это очень трудно и неприятно. Но попробуйте, всё же, ещё хоть что-нибудь вспомнить из своего последнего марева. Любая мелочь может оказаться важной и привести нас к убийце.
Штефогло цедил чай, растягивая время, и с сожалением наблюдал, как морщила лоб и отрицательно качала головой женщина.
+ + +
Вернувшись в отделение, Штефогло первым делом зашёл к экспертам. Как он и предполагал, убитая оказалась беременной.
– И убита она, могу сказать с большой вероятностью, не позже семи часов вечера двадцать первого, - добавил эксперт.
– Это показало вскрытие?
– Труп сильно разложился и такой точный ответ вряд ли возможен. А вот то, что свет в квартире не был включён, и окна не зашторены - это показатель. Сейчас рано темнеет. После семи в этом подземелье - хоть глаз выколи.
– Может убийца, уходя, автоматически щёлкнул выключателем?
– Ага, и раздвинул снова занавески? Нет, всё произошло, пока с улицы падал хоть какой-то свет.
Приняв выводы эксперта к сведению, старший лейтенант направился к себе. Здесь его ждала новая порция дополнительной информации. В полученном рапорте об осмотре места преступления он нашёл две интересные зацепки.
Во-первых, под кроватью была обнаружена ученическая тетрадь, исписанная примечательным текстом. На каждой странице корявым почерком было выведено крупными буквами: "Скоро рожать. Кормить нечем. Отдам новорождённого хорошим людям за небольшое вознаграждение". И далее - номер телефона. Несколько листиков отсутствовало и позволяло предположить, что объявление уже было вывешено.