Шиноби
Шрифт:
– Мне об этом постоянно говорят, Джирайя-сан, - улыбнулась ему я.
– Вы же тоже были ее другом, да?
– Да, - кивнул он.
– Она была хорошим другом...
Вот как? Ха.
Тем временем избиение "то-сана" закончилось, и Цунаде начала приводить его норму, попутно выговаривая за мое воспитание. Ну и женщина... Странная, однозначно.
– Ну и как тебе живется с... Орочимару, Хадзиме-тян?
– закончив все дела, поинтересовалась она у меня.
– Хорошо, - пожала плечами я.
– То-сан, он... Он сильный шиноби, и он заботится обо мне, и...
– Похоже, это у вас
– Только без рук!
– отскочила я от нее. А Орочимару... расхохотался.
– Цунаде очень любит детей, - отсмеявшись, выдал он.
– Прости, что не сказал тебе раньше. Впрочем, вижу, ты и сама уже успела убедиться...
Зараза. Редкостная зараза.
***
Читая доклад из штаба на границе со страной Земли, Сарутоби морщился. Он приложил достаточно усилий, чтобы оградить лучшего ученого от влияния извне и избавить его от привязанностей - но, похоже, они все пошли биджу под хвост.
Карада Хадзиме. Еще одна из этой попортившей ему нервы семьи. По результатам наблюдения - слабый шиноби, что простительно из-за возраста, и потенциально сильный ирьенин. Печатей и закладок не обнаружено, и вряд ли "Пурга" привлекла бы к своей работе ребенка, так что за влияние можно не опасаться. А вот привязанности... После смерти своей любовницы его ученик стал слишком нестабилен, и любая сильная привязанность может полностью все изменить.
И ведь не устранишь же, Орочимару тогда просто слетит с катушек, а оно не надо. Может, влиять через нее? Закладки поставить явно не получится, наверняка наследник Яманака, дружный с ее матерью, уже установил защиту на разум. Тогда - влиять придется аккуратно, осторожными беседами. Можно даже чему-нибудь научить ребенка, чтобы привязать к себе благодарностью... Да, пожалуй, надо будет через какое-то время устроить для ученика краткую командировку домой, уж приемную дочь он одну на фронте не оставит.
Вывод? По возможности, через какое-то время дать ей протектор и посылать на миссии, как и остальных. Умрет - хорошо, нет - тоже сойдет. В любом случае, он в выигрыше, да и Коноха не особенно проиграет, если Карада Хадзиме пойдет по стопам своего приемного отца.
За Орочимару с этого дня придется следить гораздо лучше.
Глава 3.
А, ксо! Больно! От удара об дерево я утратила контроль над техникой, и Мейсай Гакуре, скрытый камуфляж, развеялся. Однако уже хорошо - целую минуту против нюха Тсуме, пряча свою чакру и удерживая камуфляж, не всякий генин сможет простоять.
– Я думала, ты умнее, Хадзиме, - усмехнулась нахальная Инузука. Ужу два месяца, если у нее есть свободное время, мы тренируемся вместе, и она учится разыскивать спрятанного противника, я - прятаться, а потом я тренирую скорость, а она, если я халтурю - тайдзюцу. Вот и сейчас я получила вполне слабый для моей шестилетней тушки, но достаточно болезненный удар.
– Думать - вредно, особенно тебе, - усмехнулась я, прорабатывая план действий. Далеко от Инузуки я вряд ли убегу, долго не протяну, мне же еще в госпиталь надо, и именно по этой причине я не могу тратить много чакры. Значит, надо заканчивать все быстро и экономить чакру... и я даже знаю,
– Ах ты...!
– злится приятельница. Пора! Я начинаю складывать печати.
– Райген Райкочу!
Тсуме застывает, ослепленная вспышкой света - и я не теряю времени. Шуншин! Оказавшись около нее, я приставляю кунай и снимаю гендзюцу.
– Тренировка окончена!
– выносит свой вердикт Наваки, сидевший под деревом. За время общения с Цунаде я успела сдружиться с ее братом, и мы периодически тренировались вместе. Отпрыск Сенджу был бездарен в ирьедзюцу, но знал пару техник стихии Земли и мог кое-что в тайдзюцу, и поэтому присоединялся к нашим с Тсуме тренировкам, хотя мог тренироваться и отдельно с собачницей, будучи с ней в одной команде. Вот и сейчас он исполнял роль судьи.
– Победила Хадзиме.
Йес! Против тайдзюцу Тсуме мне нечего противопоставить, кроме как иллюзии, но я элементарно не всегда успеваю их применить, так что мои победы - редкость. Впрочем, шестилетка против генина одиннадцати лет... Да, нет ничего удивительного.
– Поздравляю, мелкая, - растрепала мне волосы собачница. Ее нинкен, Куромару, радостно тявкнул.
– Который это раз уже? Третий из семнадцати?
– Шиматта, вот подучусь немного, и надеру тебе задницу...
– проворчала я. Ответом мне был заливистый смех Наваки и Тсуме.
Впрочем, в таких спаррингах я не должна побеждать. Я - боец поддержки, и моя обязанность прикрывать своих и оказывать им первую помощь. Так что я должна уметь хорошо прятаться и оказывать помощь своим, а не тратить чакру на врагов, разве что в самом крайнем случае. Я не боевик.
– Не-а, я первый!
– отсмеявшись произнес Наваки.
– Я стану сильным, и тогда я стану Хокаге!
М-да, он действительно похож на Наруто...
Внезапно Тсуме вскинула голову и прислушалась, как и Куромару. Что? Кто-то идет сюда? Мы тренировались чуть в стороне от лагеря, скрываясь от посторонних глаз... Может, кто-то из сенсоров засек нас и решил заявиться на огонек? Я включила сенсорику...
– Шиматта!
– Что такое?
– недоуменно переводил Наваки взгляд с Тсуме на меня и обратно. Ну да, он не сенсор...
– Группа шиноби с запада, - ответила Инузука. А ведь наш лагерь на востоке!
– Трое шиноби, все - мужчины.
– Не одна группа, - помотала головой я; моя сенсорика за те три месяца, которые я тренировалась при штабе, усилилась.
– Шесть групп, одна из них идет левее нас, еще четыре проходят правее. В каждой по три человека уровня чуунина, большего сказать не могу.
– Атака?
– побледнел Наваки.
– Мы должны предупредить...
– Добраться до лагеря не успеем, мы отошли слишком далеко, да и они быстрые, - покачала головой приятельница.
– Прячемся или вступаем в бой?
Вах... Вот сейчас я вижу настоящую химе клана, а не ту грубую дикарку, которую показывали в аниме. Расчётливая, хладнокровная, привыкшая носить маски... Такая Тсуме-химе внушает мне уважение.
– Можно затаиться и устроить ловушку, - задумчиво произнесла я.
– У меня есть взрывные печати, их можно расположить по деревьям на их пути. Я могу их поймать в гендзюцу, Тсуме атакует Гацугой, а у Наваки есть Дорью Тайга, ну, тот поток грязи...