Шибуми
Шрифт:
Хел покачал головой:
– А ты и вправду крепкий орешек, Фред, вроде какого-нибудь окаменевшего доисторического ящера, а?
– Со временем даже душа покрывается коркой. Ты, конечно, не захочешь выпить со мной на прощанье?
ЧАСТЬ ПЯТАЯ
СИТЁ
ШАТО Д’ЭШЕБАР
Мускулы его точно плавились в обжигающе горячей воде, тело словно лишилось веса; Хел погрузился в дремотное
– У тебя был очень усталый вид, когда ты вернулся вчера вечером, – проговорила Хана, нарушив сонное молчание.
– Это упрек? – пробормотал он, не разжимая губ.
Она тихонько рассмеялась.
– Совсем наоборот. Усталость дает мне некоторое преимущество в наших играх.
– Ты права.
– Твоя поездка была… удачной?
Он кивнул.
Хана никогда ничего не выпытывала у него о его делах; ее воспитание не позволяло ей проявлять излишнее любопытство, но оно же научило ее вести себя так, чтобы он мог говорить о своей работе, когда только пожелает.
– Это было твое дело? То самое, которым ты занимался в Китае, когда мы встретились?
– Из той же области, только раздел другой.
– А те неприятные люди, которые приходили к нам, они тоже в этом замешаны?
– Они не участвовали в этом прямо, но они – враги.
Тон Николая изменился:
– Послушай, Хана. Я хочу, чтобы ты немного отдохнула. Поезжай в Париж или на Средиземное море на несколько недель.
– Ты вернулся всего лишь десять часов назад и уже пытаешься от меня избавиться?
– Могут возникнуть кое-какие проблемы с этими “неприятными людьми”. И мне хотелось бы, чтобы ты была в полной безопасности. Как бы то ни было, – он улыбнулся, – у тебя, по крайней мере, появится возможность провести время с парочкой здоровых молодых парней.
– А как же ты?
– О, я буду вне пределов их досягаемости. Я отправляюсь в горы; буду разрабатывать пещеру, которую мы с Беньятом открыли. Там им меня ни за что не найти.
– Когда ты хочешь, чтобы я уехала, Никко?
– Сегодня. Как можно скорее.
– А ты не думаешь, что здесь, в горах, под защитой наших друзей, я могла бы быть в большей безопасности?
– Цепь порвалась. С мисс Стерн произошло несчастье. Кто-то донес.
– Понятно.
Она легонько сжала его ногу своими ногами.
– Будь осторожен, Никко.
Вода остыла настолько, что можно было уже слегка пошевелиться. Хел пощелкал пальцами, посылая потоки воды потеплее к своему животу.
– Хана! Я обещал тебе напомнить кое о чем. И вот я делаю это.
Она улыбнулась и покачала головой:
– Я думала об этом в последние дни, Никко. Нет, нам не стоит говорить о будущем. Это было бы слишком глупо для таких людей, как ты или
– Ты хочешь уехать отсюда?
– Нет.
– Тогда что же?
– Давай не будем строить планов. Будем жить вместе по месяцу в год – не больше. Может быть, так будет всегда, всю жизнь, но каждый год только один месяц. Ну как, ты согласен?
Он улыбнулся, поудобнее устраивая свои ноги между ее ног.
– Я очень люблю тебя, Хана.
– Я очень люблю тебя, Николай.
– Клянусь неверующими яйцами Фомы! Что это здесь происходит?
Рывком распахнув дверь банного домика, Ле Каго ворвался внутрь, внося с собой непрошеную струю холодного воздуха.
– Вы что, сотворили тут свой маленький “уайтаут”? Рад снова видеть тебя, Нико! Тебе, должно быть, было ужасно одиноко без меня?
Он наклонился над длинной деревянной ванной, уткнувшись подбородком в ее край.
– Тебя я тоже очень рад видеть, Хана! Знаешь, одежда тебя только портит! Скажу тебе правду – ты восхитительная женщина. И похвала эта звучит из уст самого замечательного мужчины в мире, так что ты можешь ею гордиться.
– Убирайся отсюда! – прорычал Хел; не то чтобы его смущала нагота, но Ле Каго, если только он не собирался пойти перекусить, мог разглагольствовать так до бесконечности.
– Он кричит, чтобы скрыть свою радость от встречи со мной, Хана. Это старый трюк. Матерь Божья, да у тебя чудесные соски! Ты уверена, что среди твоих предков не было басков? Эй, Нико, когда мы проверим, есть ли воздух и свет на другом конце пещеры Ле Каго? Все в полном порядке. Баллоны с воздушной смесью уже внизу, гидрокостюмы тоже. Все готово.
– Я готов отправиться прямо сегодня.
– Когда сегодня?
– Через пару часов. Уйди же, наконец.
– Ладно. Значит, у меня есть время навестить твою португальскую служаночку. Ну что ж, меня уже тут нет. Вам обоим придется примириться с неизбежностью – на ближайшее время вы лишаетесь моего общества.
Он захлопнул за собой дверь, и струйки тонкого, почти рассеявшегося пара закружились в воздухе, образуя маленькие водовороты.
После короткой постели и легкого завтрака Хана принялась упаковывать свои вещи. Она решила поехать в Париж, ибо в конце августа этот город относительно пуст – все зажиточные добропорядочные парижане отправляются на отдых.
Хел немного поработал в своем садике, который лишился некоторой своей утонченности за время его отсутствия. Там-то и набрел на него Пьер.
– О, месье, все приметы, предвещающие погоду, перемешались.
– Неужели?
– Да, да, именно так. Два дня лил дождь, а теперь и северный и восточный ветер дуют с одинаковой силой, а вы… вы знаете, что это означает?
– Я полагаюсь на тебя. Надеюсь, ты все разъяснишь мне.
– В горах будет опасно, месье. Настало время “уайтаута”.