Шестерня

Блюм Василий Борисович

– Тебе отдельное указание, или помочь?

Шестерня окинул взглядом незнакомца: высокий, тощий, с головы до ног укутанный в балахон, кольца, ожерелья, точь-в-точь как тот, первый, с кем довелось говорить. А может тот и есть? Вроде бы похож. А вроде бы и нет. Хотя, кто их подземников разберет. Все на одно лицо. Был бы тот, наверное бы запомнил. Не так уж давно и говорили. Правда, вполне может статься, что и для них все пещерники тоже, на одно...

Воины угрожающе качнули копьями, и Шестерня

произнес:

– Я инженер.
– Предваряя ненужные вопросы, добавил: - Мы с твоим товарищем обговорили, что мое участие в работе будет не бесполезно.

Окинув Шестерню холодным взглядом, подземник поджал губы, но ничего не сказал, лишь, отвернувшись, что-то негромко бросил сопровождающим. Воины подошли к погибшим, положив копья, ухватили мертвецов за руки, в каждую по одной, потащили куда-то во тьму. Спустя короткое время вернулись. Следом, на некотором расстоянии, двигались четверо пещерников с носилками. Бережно погрузив кристалл на носилки, пещерники удалились. Следом ушли и подземники.

Пожав плечами, Шестерня повертел головой, наткнувшись на инженера, стоящего в прежней позе, схватившись за голову, поинтересовался:

– И часто у вас такое?

Тот опустил руки, сказал глухо:

– Второй раз. Но что-то мне подсказывает - не последний.

Ссутулившись, он побрел назад к рабочему месту. Проводив инженера глазами Шестерня бросил, обращаясь к груде камней по соседству:

– Прятаться долго собираетесь?

От чернеющей груды отделились две тени, приблизились, обернувшись помощниками. Бегунец поинтересовался опасливо:

– Что случилось с этими пещерниками?

– Они погибли, - бросил Шестерня кратко.

Зубило нахмурился, сказал с раздраженьем:

– Возможно, это покажется странным, но мы уже поняли. Вопрос в том - отчего они погибли?

Шестерня некоторое время смотрел на Зубилу, сказал задумчиво:

– Если на вскидку, я бы назвал это пробоем заряда.

– Пробоем чего?
– Бегунец вытаращил глаза.

Зубило прервал товарища, сказал с нажимом:

– Намного важнее, чем это грозит нам?

– Как минимум неплохим заработком, - ухмыльнулся Шестерня. Заметив непонимание во взглядах собеседников, пояснил: - Работа повышенной сложности соответственно и оплачивается.

– Работа повышенной сложности повышенно же опасна, - произнес Зубило сердито.

Насмешливо блеснув глазами, Шестерня произнес:

– Представления об опасности обычно сильно преувеличены, особенно, если соблюдать технику безопасности.

– Техника безопасности?
– произнесли парни эхом.

– Она самая. Не слыхали?
– Он улыбнулся уголком рта.

Вернувшись, Шестерня перекинулся с инженером парой коротких фраз, после чего целенаправленно двинулся куда-то во тьму. Помощники

двинулись следом, хмуро поглядывая по сторонам. И лишь когда в бледных отсветах фонаря из сумрака выступили знакомые очертания дома, с лиц исчезло напряжение.

Шестерня с ходу нырнул внутрь. Зайдя в дом, парни с удивлением обнаружили, как, стоя на четвереньках, мастер копается в груде ветоши в углу. Перебирая промасленное, потемневшее от пыли и копоти тряпье, Шестерня то хмурился, то довольно пыхтел, наконец, не поворачиваясь, произнес:

– Снимайте с себя доспехи.

– Снимать доспехи?
– полагая, что ошибся, протянул Бегунец неуверенно.

– Да, - повторил Шестерня терпеливо, - снимайте, но не все - железные. Остальные оставьте.

Расстегивая завязки панциря, Зубило с сомненьем произнес:

– Тебе виднее, но по-моему это не лучшая мысль.

Шестерня промолчал, дождавшись, пока спутники разоблачатся, указал на отобранную одежду:

– Одевайтесь.

Парни подчинились, брезгливо кривясь, облачились в предложенное. Осмотрев себя, Бегунец произнес с чувством:

– Грязное вместо чистого, кожа и тряпье вместо металла. Мастер, ты уверен, что так нужно?

Шестерня, что к этому моменту успел сменить одежду, и теперь занимался чем-то до невозможности странным, старательно оборачивая шлем обрывком кожаного передника, отозвался:

– Не уверен - знаю.
– Мельком взглянув на спутников, одобрительно кивнул, добавил: - И рукавицы не забудьте.

Зубило взял указанное двумя пальцами, сказал с гадливостью:

– Какие ж это рукавицы - название одно. Дыра на дыре. Едва держатся.

– Подлатать не долго.
– Шестерня покачал головой.
– А руки целее будут.

Глядя, как Шестерня пристраивает на голову шлем, Бегунец поинтересовался с улыбкой:

– А нам такое полагается?

Надвинув шлем поглубже, Шестерня потряс головой, проверяя, хорошо ли сидит, веско произнес:

– Шлем на стройке - первое дело. Без него никуда. Даром, думаете, местный инженер голову железом прикрыл?

– А кожей зачем обернул?
– Зубило фыркнул.
– При всем моем уважении. Выглядишь в нем, гм, как бы сказать помягче....

Бегунец укоризненно взглянул на товарища, не одобряя подобное обращение к мастеру. Однако, Шестерня не обиделся, сказал с усмешкой:

– Лучше смешным, да живым. Вам такое же сделаю. Вернее, сделаете сами.

Зубило скривился, будто хлебнул кислого, выдавил:

– Лучше шишек набью, чем вот так, другим на потеху.

Шестерня пожал плечами, хмыкнул:

– Коли голова лишняя, то и злато не поможет. Ладно, двинули. Пока эти, криворукие, окончательно работу не завалили.

<