Шесть мессий
Шрифт:
Канацзучи вышел на балкон и, воспользовавшись решеткой для вьющихся растений, поднялся на крышу. Никто не видел, как он вошел, никто не видел, как он ушел.
К тому времени, когда Маленький Пит очнулся и поднял страшный шум по поводу убийств в его городском доме (по Танжэньбу, как степной пожар, распространился слух, что убийца не только отсек ступни одному из телохранителей, но подал на блюде и заставил Пита их сожрать), Канацзучи уже покинул пределы Сан-Франциско.
В трюме воцарилась странная тишина. Одновременно
— Gott im Himmel! [8]
Дойл шикнул на капитана. Они замерли, напряженно вслушиваясь. Кто-то направлялся по коридору к отсеку в сорока футах под ватерлинией, где пятеро мужчин стояли рядом с пустыми гробами.
Дойл взял лом у капитана Хоффнера, выхватил у Иннеса фонарь и закрыл задвижки, погрузив всех во тьму.
— Прижмитесь к стенке. Подальше от двери, — прошептал он. — Всем молчать, ни слова!
Они ждали и наблюдали. Футах в пятидесяти по коридору зажегся маленький огонек — кто-то чиркнул спичкой. Подпрыгивая в воздухе, огонек двигался в их направлении, погас, потом зажегся и продолжил движение другой. Дойл проследил путь шаркающих шагов и, когда приближающаяся фигура дошла до дверей трюма, двинулся навстречу и направил свет фонаря прямо в лицо человека, ослепив его. Тот вскрикнул, уронил спичку и прикрыл глаза.
8
Господь на небесах! (нем.)
— Что вы тут делаете, Пинкус? — спросил Дойл.
Айра Пинкус наклонился и стал тереть глаза, пытаясь избавиться от пляшущих пятен. В дезориентированном состоянии соврать с ходу было непросто.
— Я следил за вами.
— Вы выбрали весьма неподходящее время. Отойдите от двери, Пинкус, кто-нибудь может вас застрелить, — произнес Дойл, увлекая маленького человека за переборку и закрывая позади него люк.
— Я был на полпути вниз по трапу, когда погас свет…
— Потише!
— Ладно, — прошептал Пинкус. — О, Иннес, привет, рад видеть тебя снова.
— Привет.
— А тебя как зовут, приятель?
— Лайонел Штерн.
— Приятно познакомиться. Айра Пинкус. А это, должно быть, капитан Хоффнер; давно с нетерпением ждал возможности познакомиться с вами, сэр, у вас прекрасный корабль… Айра Пинкус, «Нью-Йорк геральд»…
— Почему этот человек шел за вами? — спросил Хоффнер Дойла.
— Я пишу серию статей о путешествиях на трансатлантическом пароходе, капитан, и я был бы очень рад возможности взять у вас интервью…
— Пинкус… — предостерегающе процедил Дойл.
— Да?
— Помолчите, или мне придется вас задушить.
— О! Ладно, молчу.
Наступившая тишина была прервана серией толчков, содроганий и прерывистых металлических стонов откуда-то со стороны кормы.
— Аварийный генератор, — пояснил механик.
— Пытаются его запустить, — сказал Дойл.
Хоффнер кивнул. Они прислушались.
— Но
— Этот генератор был проверен перед тем, как мы вышли из Саутгемптона, и продемонстрировал полную исправность, — заявил капитан Хоффнер.
— Так же как и двигатели, я полагаю, — указал Дойл.
Хоффнер уставился на него.
— Уж не намекаете ли на…
— Саботаж? — присвистнул не без ехидства Пинкус.
Это слово повисло в воздухе. Пинкус перевел взгляд с Дойла на Хоффнера как человек, наблюдающий за игрой в настольный теннис.
— Каковы ваши стандартные действия в такой ситуации?
— Команда раздаст лампы и проводит всех пассажиров, находящихся на палубах, в их каюты.
— И сколько времени это займет?
— Минут двадцать… может быть, полчаса.
— И значит, все пассажиры должны вернуться в свои каюты?
— Да, пока не восстановится подача энергии.
— Капитан, а кто-нибудь еще знает, что мы находимся здесь? — поинтересовался Дойл.
— Мой первый помощник, — ответил Хоффнер. — Да и все, кто находится на мостике.
— Это из-за меня? — хмуро уточнил Лайонел Штерн.
Собираясь ответить, Дойл отметил краешком глаза жадное любопытство во взгляде Пинкуса.
— Мистер Пинкус, настоятельно прошу отойти в сторону и постоять там.
— Это еще почему?
— Потому что у нас состоится приватный разговор, — пояснил Дойл, освещая ему путь фонарем.
Пинкус, не возражая, пожал плечами и последовал за лучом в дальний угол, беспокойно косясь на пустые гробы.
— Вы хотите, чтобы я встал лицом к стене?
— Если будете так любезны.
— Э, нет проблем, — буркнул Пинкус, фамильярно махнул рукой и отвернулся.
Дойл жестом подозвал остальных; фонарь он прикрывал полой пиджака, и все пять лиц были едва различимы в тусклом свечении.
— Мистер Штерн, — произнес Дойл, — эти люди не остановятся перед тем, чтобы убить вас, если это позволит им получить книгу.
— А почему бы нам просто не отдать ее им? — спросил Хоффнер.
— Но у нас нет ни малейшего представления о том, где она находится…
— Она находится в моей каюте, — сказал Дойл.
Послышались изумленные восклицания.
— Джентльмены, пожалуйста, — попросил Дойл, посветив на Пинкуса, вертевшего головой у стены. — Будет время для объяснений, когда мы окажемся в другой компании, если только вы не предпочтете прочитать о себе на первой странице газеты.
— Полностью согласен, — кивнул Хоффнер.
— Поскольку им, очевидно, известно, что книги не было в багажном трюме, наши безбилетные пассажиры резонно предположили, что она все еще находится в вашей, мистер Штерн, каюте, откуда ее уже пытались забрать, убив мистера Зейлига. Уверен, что именно к вам в каюту они планируют заявиться снова, под покровом тьмы.
— Почему сейчас? Здесь? Посреди океана? — спросил Штерн.
— Да, вблизи берега их шансы сбежать незамеченными были бы выше. — Дойл уже собирался развить свою мысль, но его перебил младший брат: