Шериф с Мэр-Ривер
Шрифт:
— Ты подняла тревогу?
— Это произошло лишь несколько минут назад. Он взял моего коня. Я решила подождать тебя…
Ее спокойствие было неестественным. Тим все понял, и все же спросил:
— Ты отпустила его на свободу?..
Глава одиннадцатая
Девушка и глазом не моргнула.
— С чего ты взял?
— Я убежден, что ты это сделала.
— В любом случае это не мешает нашим планам.
Тим представил себе, как аукнется в городе такое известие.
— Это было неостроумно с твоей стороны, — сказал он.
— Я не могу позволить, чтобы они убили его.
— Давай немного изменим твою версию. Скажем, что я вернулся сюда и обнаружил тебя запертой в камере. Иначе они спросят, почему ты промолчала о том, что он сбежал.
— Тебе незачем покрывать меня, — сказала она натянуто.
— Я не обязан, но буду, — сказал он, тяжело вздохнув. — Вот что значит — выбрать шерифом женщину!
— Я знала, что делала, Тим! — в ее голосе прозвучало упрямство.
Он ободряюще похлопал ее по руке:
— Я знаю.
— Ты такой же, как и другие! Тебя не беспокоит, что с ним случится, потому что он индеец.
— Ладно-ладно, — сказал он устало. — Посмотрим, что получится. Обрадуем город известием, что Вульф сбежал.
Версия Тима была далеко не безупречна, но он приложил все усилия, чтобы Мэд-Ривер в нее поверил. Бегство Вульфа стало сенсацией и поводом для изрядных волнений в некоторых кварталах города.
Например, весьма обеспокоенный Флэш Моран явился в тюрьму с требованием особой защиты для него самого и салуна «Счастливчик Паломино». Алмаз в переднем зубе шулера сверкал и переливался, пока он, заикаясь от волнения, передавал свою просьбу. Заметив в углу офиса Тима, Флэш демонстративно повернулся к шерифу:
— У Вульфа особые счеты ко мне и к салуну. Так что теперь я — в опасности.
Сьюзан спокойно спросила:
— Что это у него за причина так сильно ненавидеть тебя, Моран?
— Он псих! Разве этого недостаточно? Он ненавидит людей!
— Не замечала, — сказала Сьюзан.
Шулер впился в нее взглядом.
— Я знаю, что ты и твой дружок-помощник не любите меня, — сказал он. — Но я имею право на защиту, как и любой другой гражданин!
— И получишь ее, как и любой другой, — подтвердила Сьюзан.
Флэш Моран постоял некоторое время в нерешительности и, сердито глянув на обоих, вышел. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь жужжанием мухи за оконным стеклом.
Сьюзан слегка улыбнулась:
— Твой старый друг, кажется, обеспокоен.
— Вижу. А я-то всегда полагал, что он и Вульф — в хороших отношениях.
— Так думала и я, — согласилась она. — Может, за этим стоит кто-то еще, кого он боится и о ком не хочет говорить?
— Возможно.
— Думаю,
Прошло несколько дней — относительно спокойных, если не принимать во внимание ссору с перестрелкой, в которой один из соперников был ранен в руку, да пьяные выходки в салунах. У Сьюзан было в обычае к утру выгонять пьяниц из тюрьмы — как только протрезвеют. Всякий раз, по возможности, она взимала с нарушителей порядка штраф. Обычно в тюрьме оставалось кое-какое имущество тех из них, кто с наличными знакомства не водил. Это избавляло город от необходимости платить за прокорм целой уймы праздношатающихся личностей. Тим обычно одобрял ее методы.
Во время окружного судебного разбирательства над теми двумя, что устроили дуэль на револьверах перед «Счастливчиком Паломино», председательствовал Юдж Гордон Парсонс. Когда приговор был оглашен и штраф взыскан, судья распустил суд, задержав шерифа и Тима, чтобы прочитать им нотацию.
— Я не стану мириться с расхлябанностью, которая привела к побегу из тюрьмы, — предостерег их старик. — И если Вульф не будет арестован, придется произвести замену в личном составе…
Сьюзан вежливо выслушала его и пообещала:
— Мы сделаем все возможное, Юдж!
Старик посмотрел на нее с подозрением:
— Удивлюсь, если окажется, что вы что-то можете… На улице Тим сказал ей:
— Уверен, что он знает, что Вульфа отпустили.
Сьюзан пожала плечами:
— Тогда ему известно: мы знаем, кто в ответе за налеты. А доказать он ничего не может.
— Такой день может наступить, — предостерег Тим.
Если бы он знал, какой оборот примут события…
Несколько дней кряду судью не было видно в городе. Банкир Нильсон явился к шерифу и потребовал, чтобы двери в доме судьи взломали.
— Парсонс пропустил уже несколько встреч со мной, — объяснил он свое требование. — Всякий раз, когда я посылаю к нему посыльного, оказывается, что дверь дома, где живет судья, заперта. Что-то тут не так.
— Мы проверим, — пообещала Сьюзан.
Тим скакал рядом с шерифом. Он знал, что судья был холост и славился как скряга: жил экономно, даже кухарку не держал. Его часто видели в дешевых ресторанчиках. В городе поговаривал и, что даже там он всегда выбирал из меню самое дешевое блюдо.
Действительно, все двери в доме судьи оказались заперты. Но Тим отыскал вход в погреб, откуда шла лесенка в комнаты. Он предложил Сьюзан выбор: подождать во дворе или идти вместе с ним.
— Пойду с тобой, — решила она.
Тим подозревал, что смерть пришла к старику во сне. Он держался на расстоянии от девушки, идя впереди, когда они поднялись в основные жилые комнаты. Чтобы уберечь Сьюзан от неприятного зрелища, Паркер пошел первым. И правильно сделал. Судью они обнаружили на полу его кабинета.