Шепот одержимости
Шрифт:
Когда он уехал в колледж, мы стали незнакомцами.
Однако теперь его глупая сексуальная ухмылка прочно закрепилась на лице, и это навевает всевозможные воспоминания. Он выглядит таким знакомым, но в то же время другим. Но злой, жесткий блеск в его глазах заставляет меня почувствовать, что это просто какая-то ловушка. Маленькая глупая уловка, которую хулиганы разыгрывают над своими жертвами. Наверняка мы уже переросли это?
— Ты можешь делать все, что захочешь. — Бормочу я, отворачиваясь от него, надеясь, что шутка, которую он разыгрывает, не слишком
— Верно.
Тьфу. Это меня раздражает. Он такой высокомерный и зацикленный на себе. Он стал хуже с тех пор, как ушел, или я просто привыкла к тому, что его нет рядом?
— Скажи мне, Кора, у тебя есть парень? — спрашивает он, и мое сердцебиение учащается на ступеньку.
— Нет. — Быстро отвечаю я.
Слишком быстро. Слейтер улыбается, искоса поглядывая на меня, волосы падают ему на лицо, и он прикусывает пухлую нижнюю губу.
— Нет? Может быть, парень постарше? Кто-то, кто больше не учится в средней школе? — Настаивает Слейтер.
Я хватаюсь за трибуну, пытаясь удержать себя от того, чтобы не броситься прочь от него. Вот теперь это действительно похоже на ловушку.
— Нет, никого. Я одна. — Настаиваю я, но Слейтер смеется.
Он наклоняется, его дыхание овевает мою кожу, когда он шепчет мне на ухо.
— Я тебе не верю. Я думал, ты должна была быть моей, или ты уже забыла?
Его хриплые слова заставляют меня нахмуриться еще сильнее. Я медленно поворачиваюсь, глядя в его великолепные голубые глаза, чертовски сбитая с толку.
— О чем ты говоришь? — Спрашиваю я, пытаясь понять, чего он хочет или на что намекает.
Мой разум лихорадочно соображает, пытаясь вспомнить, когда я могла сказать ему что-нибудь подобное, но он пожимает плечами.
— Думаю, мы еще увидимся, сестренка.
И вот так он уходит, оставляя меня гадать, что, черт возьми, только что произошло. К тому времени, как мне приходит в голову попросить его не называть меня так, он уже ушел.
5
КОРА
Мне не приходится долго размышлять или зацикливаться на Слейтере, потому что мой телефон звонит, и я вижу, что Виктор прислал мне сообщение. Я хватаю свою сумку и бегу вниз по лестнице. Оказавшись на парковке, я направляюсь в самый дальний угол. Здесь сзади нет света, поэтому мне приходится пользоваться телефоном, чтобы смотреть себе под ноги, потому что лунного света не хватает.
Наконец-то я вижу машину Виктора и набираю скорость. Как только я подхожу к машине, он открывает ее, и я забираюсь на заднее сиденье, как он и просил.
Я сразу понимаю, что каким бы одеколоном он ни пользовался сегодня вечером, этот аромат мне совсем не нравится. Слейтер был одет во что-то такое,
— Ты прекрасно выглядишь. — делает комплимент Виктор, и я киваю в знак благодарности.
Теперь, когда я здесь, я нервничаю. Общение со Слейтером отвлекло меня, и меня немного подташнивает из-за сильного запаха, которым я окружена.
Моя нога дергается, когда я пытаюсь израсходовать часть накопившейся внутри энергии, но это не помогает. Двигатель машины выключен, поэтому в ней слишком тихо, и я не могу отделаться от ощущения, что это могло быть ошибкой.
Что, если нас поймают? Что будет с Виктором? Черт, что будет со мной? Моя мама сойдет с ума, меня могут выгнать из школы раньше, чем я ее закончу. Мое сердце бешено колотится, а дыхание учащается, когда мой разум принимает мои тревоги и бежит вместе с ними. Чем больше ужасного одеколона наполняет мои легкие, тем хуже я себя чувствую.
— О, ты нервничаешь. Все в порядке, иди сюда. — Виктор придвигается ко мне ближе, отчего становится только хуже, потому что я почти задыхаюсь от его одеколона. — Я не могу перестать думать о видео, которое ты мне прислала. Надеюсь, деньги помогли тебе. Я подумал, что мы могли бы сделать одно видео прямо сейчас. Более длинное. Вместе.
Я качаю головой, не зная, что сказать. Все было по-другому, когда я была в безопасности в своей постели, и у меня был полный контроль над тем, что он видел и что я делала. Если я позволю ему сделать это, все может зайти дальше, чем мне комфортно. А я этого не хочу. Я определенно не хочу, чтобы это записывалось.
Виктор начинает поглаживать мое бедро через джинсы, и я качаю головой. Это кажется слишком реальным. Это кажется чем-то большим. Я знала, что на самом деле в классе ничего не может произойти. Ничего больше, чем поцелуй, но в темноте его машины мы — он — мог бы пойти гораздо дальше.
Это действительно то, чего я хочу?
Я колеблюсь.
Виктор хватает мою руку и кладет ее на свой твердый член, заставляя меня потереть его. Нет, нет, нет, нет. Это мой переломный момент. Давясь, я вырываю свою руку из его, распахиваю дверцу машины и выпрыгиваю.
Я вся дрожу, хватая ртом воздух, и ночной воздух смывает его мерзкий запах. Я начинаю бежать к безопасности футбольного поля, стремясь оказаться как можно дальше от него. Я была неправа. Я не готова к… этому... не с ним.
Но Виктор гонится за мной.
— Подожди! — Виктор кричит, догоняя меня.
Зачем я надела долбаные шлепанцы?
— Все в порядке? — спрашивает мрачный голос.
Тень выходит из-за двух машин, пугая меня до чертиков. Я натыкаюсь на твердую, мускулистую грудь и, подняв глаза, вижу Слейтера. Он пристально изучает меня, склонив голову набок, выражение его лица непроницаемо.