Шепот одержимости

Норт Кристал

Я смотрю на нее, восхищаясь ее красотой. Она действительно великолепна. У нее длинные светлые волосы, голубые глаза, соблазнительная талия и огромные сиськи. Честно говоря, это несправедливо. Она потрясающе красива, готовится выступить с прощальной речью, и у нее замечательные родители, которые ее просто обожают.

Я даже не могу заставить своего отца отвечать на смс раз в месяц, и хотя моя мама пытается, она, честно говоря, слишком измотана, чтобы дать мне больше, чем у нее уже дает. Не поймите меня неправильно, я люблю ее до смерти, но иногда мне кажется, что я ее воспитываю.

А не наоборот.

— Что? — Лиззи морщит нос, когда замечает, что я пялюсь и хихикаю.

— Ты такая красивая и такая умная. Мне просто интересно, если я найму ведьму, чтобы она произнесла заклинание, чтобы мы могли поменяться жизнями, будешь ли ты все еще любить меня или нет. — Поддразниваю я, заставляя ее покачать головой, хотя она и улыбается.

— Во-первых, ты еще великолепней. Во-вторых, в жизни есть нечто большее, чем заумная смекалка. И в-третьих, да, я бы все еще любила бы тебя, но я была бы очень раздражена. Мне нравятся мои сиськи.

— Эй, у меня тоже классные сиськи! — Я надуваю губы, заставляя ее хихикать.

— Потише, вы двое. — Рявкает мистер Уоббл, когда Лиззи смеется чересчур громко.

Он думает, что я плохо влияю на нее. Постоянно ругает нас за разговоры, хотя все остальные ученики тоже это делают. Он мало что знает о том, что у Лиззи есть дикая сторона, о которой знают не многие люди.

Лиззи передает мне записку, когда учитель стоит лицом к доске, и я быстро разворачиваю ее.

Лиззи:

Что мы будем делать на твое восемнадцатилетие?

Она спрашивает меня об этом по крайней мере раз в неделю. Фактически, как только мне исполнилось семнадцать, она начала спрашивать об этом. Обычно я избегаю этого вопроса, но поскольку я знаю, что скоро получу деньги...

Кора:

Ну, я подумала, может быть, ты захочешь быть моей парой на выпускном?

Я жду несколько секунд, прежде чем вернуть ей записку, и когда она читает мой ответ, ее глаза расширяются, а голова резко поворачивается, и она явно в шоке. Я застенчиво улыбаюсь, наблюдая, как она лихорадочно строчит свой ответ, прежде чем передать мне записку обратно. Ее запястье практически отваливается от того, как агрессивно она пихает ее в меня.

Лиззи:

Ты серьезно?! Боже, я думала, ты не сможешь позволить себе платье, поэтому не пойдешь! Я думала, мне придется силой взять тебя в заложники, чтобы затащить на эти чертовы танцы!

Я не собираюсь рассказывать ей, как именно я получила деньги, поскольку она даже не знает, что я вообще общаюсь с Виктором. Она, вероятно, подозревает, что я влюблена в нашего старшего учителя, но предположила бы, что это односторонне. Любой бы так

сказал. В конце концов, ему тридцать четыре. Если бы она узнала, что я отправляла ему фото в обмен на наличные, она бы сошла с ума. Сказала бы мне, что я веду себя безрассудно или что это ошибка. Она не поймет, что я ему небезразлична и что я хочу этого. Чтобы сделать его счастливым. Деньги — это всего лишь толчок, который мне был нужен, чтобы справиться с нервами и согласиться.

Думаю, я не могу ее винить в этом. Я веду себя немного безрассудно, но он такой красивый и добрый. Никто никогда не хотел меня так, как он. Черт, ни один другой парень никогда даже не смотрел на меня так, как он, когда мы одни.

Кора:

Я знаю, но мне удалось скопить немного больше.

Лиззи практически вибрирует на своем стуле, когда видит, что я написала, и лучезарно улыбается, когда снова возвращает записку.

Лиззи

Давай сходим по магазинам в субботу.

Я тихо стучу в дверь, проверяя коридор позади себя, прежде чем войти в класс. Я чувствую, что моя грудь может взорваться в любой момент от того, насколько возбужденной и дикой я себя чувствую. Адреналин заставляет мои руки дрожать, когда я закрываю за собой дверь.

— Кора! — Виктор широко улыбается, когда видит меня, и я слегка краснею, чувствуя себя застенчивой.

У него есть способ заставить меня почувствовать себя единственной девушкой, которая имеет значение, и это захватывающее чувство.

— Привет. — Я подхожу к его столу, ставлю свои книги и рюкзак, прежде чем подойти, чтобы обнять его.

Он долго обнимает меня, но я не возражаю.

Одеколон, которым он пользовался сегодня, не мой любимый — в нем есть пряность, от которой хочется чихать, и от которой также трудно дышать, — но, думаю, я могла бы привыкнуть к этому запаху. Может быть после того, как я закончу школу, он последует за мной, куда бы я ни увезла маму. Я еще не просила его, но хочу.

— Я думал о тебе весь день. — Шепчет Виктор, прежде чем наклониться и поцеловать меня.

Его поцелуй нежный и быстрый. Он не задерживается, но это наполняет меня порхающими бабочками. Я почти чувствую, что не могу дышать от того, насколько я взволнована.

Я смотрю на своего учителя истории, задаваясь вопросом, что же его привлекло во мне. Наверное, я привлекательна. Но привлекательность для кого-то — не единственная причина добиваться его расположения. В первый раз, когда он попросил разрешения поговорить со мной после занятий, я так нервничала, что завалила тест. Но когда он положил свою руку на мою, успокаивая мои нервы, я задалась вопросом, чувствовал ли он что-то такое же, как я.