Шелковые узы
Шрифт:
Она не успела ответить, как четверо спешащих пассажиров, налетев на них, так толкнули Неваду, что она не удержала равновесия. Только мгновенная реакция Джонни спасла ее от падения, и Невада оказалась в его объятиях, прижатая щекой к льняному отвороту его кремового костюма.
— Проклятье! — сказала Невада в его грудь. — Они почти расплющили меня…
— Давайте поднимемся на борт, там поменьше народа, — торопливо сказал Джонни и, защищая ее рукой, повел ее и мисс Анабел по длинному трапу на блестящую палубу самого современного и роскошного океанского
Пассажиры первого класса сновали по великолепному лайнеру водоизмещением в двадцать тонн, размещаясь в дорогих отдельных каютах, криками прощались с друзьями на берегу, входили и выходили в двери большого салона, переполненного детьми, камердинерами, горничными и чемоданами. Склонившись над перилами прогулочной палубы, отплывающие неистово махали остающимся на пристани, оглашая воздух криками и смехом. Беспрестанно хлопали пробки открываемого шампанского.
Невада быстро поняла, что они будут путешествовать в каюте первого класса, и упивалась своим открытием. Вежливый, одетый в форму стюард — стройный, с тщательно причесанными волосами под форменной кепкой — , провожал их к каютам и гордо рассказывал о пароходе «Звездный свет».
— На нем имеется полдюжины салонов, все в золоте, хрустале и зеркалах, и больше восьми сотен кают. Отдельные каюты, которые вы занимаете, самые большие на «Звездном свете» и имеют ванны с горячей и холодной водой, так что у вас не будет никаких неудобств в течение всего плавания. — Его глаза заблестели, когда он сказал:
— Невозможно отыскать более прекрасного судна, чем это, — гордость Атлантики, пароход «Звездный свет». Конечно, у нас прекрасная кухня, кушанья готовит целая армия французских поваров, и меню так разнообразно, что можно каждый раз заказывать новые блюда в течение всех девяти дней вашего плавания.
Стюард продолжал поучительный монолог, сообщая заинтересованным пассажирам, что им будут предоставлены все удобства. Что весь штат обслуги парохода к их услугам все двадцать четыре часа в сутки. Проведя их через широкий холл с обшитыми деревом стенами, он отпер дверь, поднял руку, приглашая их пройти вперед в большую светлую каюту, где уже стоял огромный букет свежесрезанных цветов, корзина с фруктами и большая бутылка охлажденного шампанского.
— Это — номер леди, — сказал стюард, пересекая застеленную ковром каюту, чтобы поднять занавеси над иллюминаторами. — Каюта джентльмена, — он поглядел на Джонни, — следующая дверь.
Заверив, что весь багаж будет вскоре поднят и горничная придет помочь с распаковкой, стюард показал Джонни его отдельную каюту. Джонни дал щедрые чаевые, и стюард ушел, сказав на прощанье:
— Мы должны отойти через полчаса, сэр.
Джонни, расслабившись, подождал точно двадцать восемь минут, затем постучал в двери каюты Невады и мисс Анабел. Невада открыла и увидела Джонни, прислонившегося мускулистым плечом к дверному косяку и улыбающегося ей.
— Я решил выйти на палубу, посмотреть отплытие. Кто-нибудь хочет присоединиться ко мне?
Ее глаза округлились.
— Неужели
Не дождавшись ответа, она завертелась вокруг.
— Боже мой, куда я подевала этот проклятый жакет? Мисс Анабел, я не могу найти…
— Забудь о своем жакете, детка, и иди с Джонни, — сказала мисс Анабел.
— А вы не пойдете? — спросил Джонни. Озабоченная наблюдением за распаковкой вещей, мисс Анабел отказалась. Она улыбнулась и покачала головой, когда Невада, вне себя от волнения, потащила за руку Джонни, приговаривая:
— Пойдем скорее! Если мы пропустим отход, я никогда себе этого не прощу!
На палубе они встали у перил вместе с другими пассажирами, размахивая руками и смеясь, и сердце Невады забилось сильнее, когда огромный пароход стал отходить от пристани на реке Гудзон. Капитан и два его опытных помощника искусно вывели огромный лайнер в фарватер и дальше, в открытое море. Крики и свист раздавались вокруг, а Невада кричала и свистела громче всех.
Веселая суматоха царила вокруг. Невада потянула Джонни за лацкан пиджака. Улыбаясь, он наклонил голову. Невада встала на цыпочки, дотронулась рукой до его загорелой щеки и приблизила губы к его уху:
— К черту Нью-Йорк! Это потрясающее зрелище почище всякого столетнего юбилея!
Глава 16
Сначала на борту «Подлунного игрока». Затем в Новом Орлеане. В Нью-Йорке. И теперь здесь, в открытом океане. И везде, где они были, одно и то же. Женщины смотрели на него, флиртовали с ним, вешались на шею Джонни Роулетту! Невада устала от этого. Она хотела выбежать к ним, визжать и кричать, махать руками, отогнать их прочь, как стаю кружащих в ожидании стервятников, намеревающихся напасть и сожрать Джонни. Такими они были в глазах Невады.
Еле сдерживаясь, Невада возвратилась с мисс Анабел в их отдельную каюту в первое утро морского путешествия. Завтрак в главном обеденном зале прошел отвратительно, несмотря на то, что еда была великолепной. Невада даже не распробовала пышные гречишные оладьи, глазированную ветчину, омлет и варенье из инжира. За соседним столом сидели две привлекательные, шикарно одетые леди, в продолжение всего завтрака рассматривающие и улыбающиеся Джонни, как будто он был более аппетитным, чем ягоды и взбитые сливки перед ними. Хуже того, Джонни тоже улыбался им с симпатией, и, когда завтрак был закончен, он извинился, покидая Неваду и мисс Анабел, и присоединился к этим женщинам.
Горестно вздыхая, Невада последовала за мисс Анабел в их солнечную каюту и бросилась ничком на кровать. Сжав челюсти до боли, скрежеща зубами, она плотно зажмурила глаза и ударила кулаками по матрацу.
— Дитя мое, что случилось? — спросила мисс Анабел, откладывая в сторону розу на длинном стебле, украшавшую их стол за завтраком.
— Черти бы взяли их обеих, — выпалила Невада, перевернувшись на спину, а потом усевшись на кровати. — И Джонни Роулетта вместе с ними.
— Невада! Ты не должна так говорить…