Шелковая вендетта
Шрифт:
Она выразила большую радость по поводу того, что я зашла.
– Ленор... ты недавно вернулась из Парижа! Это сразу видно, моя дорогая, правда, Касси? Такая элегантная! Как тебе удается быть такой тоненькой? А я расплылась... даже моя горничная уже видит, что бесполезно пытаться затянуть меня в корсет. Однажды наступает момент, когда бросаешь попытки выглядеть лучше, чем ты есть на самом деле. Давайте выпьем шерри. Касси, позвони, пожалуйста. Скажи, чтобы нам принесли к вину сухого печенья.
Касси позвонила, а Джулия разлила
– Ну, это здорово! – сказала она, поднимая бокал. – Как в старые времена. Помните... в Шелковом доме? Сколько с тех пор всего произошло. Бедного Филиппа уже нет... а-ты, Ленор, – вдова. Ты никогда не думала снова выйти замуж?
Действительно ли в ее глазах промелькнуло некое сожаление? Хотела ли она показать, что помнит о том, что было когда-то между мной и Дрэйком?
– Я осталась вдовой, – ответила я.
– Бедная Ленор! Должно быть, ты сама сделала этот выбор.
Я промолчала. Она снова наполнила свой бокал и быстро выпила.
– Быть женой политического деятеля оказалось не так уж занятно, – сказала она. – Иногда я думаю, что лучше бы уж я, как ты, осталась вдовой. – Она пожала плечами. – Ну, я хотя бы знаю, как порадовать себя.
Касси чувствовала себя неловко, и я уже подумывала, как бы поскорее уйти, когда в гостиную вошел Дрэйк.
– Это ты, Ленор, – сказал он, ринувшись ко мне и беря меня за руки.
– Рада видеть тебя, Дрэйк, – сказала я.
– Я слышал, что ты была в Париже.
– Я не так давно вернулась.
– Выпей с нами шерри, дорогой, – сказала Джулия.
– Нет, благодарю.
Она поджала губы.
– Полагаю, ты считаешь, что я уже выпила слишком много.
– Я не упоминал этого обстоятельства.
– Нет, но ты говоришь это всем своим видом. Когда ты выйдешь замуж, Ленор, сначала убедись, что твой муж не будет к тебе относиться слишком критически. Это так надоедает.
Дрэйк не ответил на это и повернулся ко мне.
– Надеюсь, в Париже дела идут хорошо.
– Да, очень. Графиня – прекрасный организатор.
– Полагаю, ты тоже. Касси держит нас в курсе ваших дел.
Повисло тягостное молчание.
– Тебе следовало выбрать тот же род бизнеса вместо политики, Дрэйк, – сказала Джулия. – Может быть, тогда ты чаще появлялся бы дома... если тебя удерживает только это.
Румянец на ее щеках становился все ярче. Я подумала, сколько она успела выпить до нашего прихода. Она повернулась к нам:
– Он так редко бывает дома... так, залетает ненадолго, когда ему необходимо быть в городе. И рвется скорее обратно в деревню. Я верно говорю, Дрэйк? Вечно носится со своими глупыми старыми избирателями. Не очень-то благодарная работа, верно? В последний раз ему еле-еле удалось наскрести голоса.
Дрэйк попытался внести ноту светскости в этот разговор.
– Обычная на выборах ситуация, – сказал он.
– Он, конечно, надеялся на пост в правительстве. Но в политике ничего нельзя предугадать
Дрэйк примирительно засмеялся.
– Боюсь, ты права, – сказал он.
– А я думаю, что это очень интересная профессия, – сказала я. – Конечно, здесь многое зависит от удачи и от того, какая партия пользуется популярностью, но следить за развитием страны должно быть очень интересно.
– Еще шерри? – спросила Джулия.
Мы с Касси отказались, а она наполнила свой бокал до краев.
Дрэйк нахмурился.
– Джулия, может, не стоит?
Она засмеялась.
– Он говорит – не стоит! Это потому, что здесь вы. А так ему безразлично, сколько я пью. Она надеется, что однажды я напьюсь до смерти.
Неожиданно она заплакала. Все это было ужасно неловко. Я знала, что она изрядно перебрала. Дрэйк подошел к ней и положил руку ей на плечо.
– Джулия не очень хорошо себя чувствует, – сказал он.
Он достал платок, вытер ей глаза и мягко отобрал у нее бокал.
Она страстно приникла к нему. Касси поднялась.
– Ну, нам пора. Мы еще зайдем к тебе, Джулия.
Джулия кивнула.
Дрэйк проводил нас до дверей. Он взял меня за руку и сказал:
– Ленор, мы должны встретиться. Можно я буду ждать тебя в парке... где мы когда-то... там, где утки?
Я кивнула.
Когда мы вышли из дома, Касси сказала:
– Как неудачно все вышло. У нее было тяжело на душе. Ты видела, как она пьет. Она очень несчастлива. Так страстно любит Дрэйка... а он ее не любит. Он – очень хороший и пытается притворяться, но ведь это видно, правда? Обычно она не так плоха. Думаю, это из-за тебя. Она всегда ревновала его к тебе, Ленор. Я уверена, что если бы Дрэйк смог полюбить ее, это спасло бы ее.
– Он – ее муж.
– Это не имеет значения. Он никогда не любил ее по-настоящему. Он женился на ней из-за карьеры, это все знают.
– Не думаю, что все было именно так.
– Когда-то все мы считали, что он любит тебя.
Я не ответила.
– Но он женился на Джулии. Наверное, потому что она богата. Люди делают ошибку, вступая в брак по этой причине. Он тоже понял это, но слишком поздно.
– Я думаю, ты неверно судишь о нем. Никто не знает истинных причин, по которым люди совершают те или иные поступки.
– Конечно, ты права, и мне отчаянно жаль их обоих. Должно быть, он тоже думал, что все будет совершенно иначе, когда женился на ней... и она тоже так думала. Но у них сразу не заладилось... а теперь стало «овеем плохо. Тяжелая атмосфера их дома подействовала на меня очень угнетающе.
Мне было не по себе от предстоявшей встречи с Дрэйком. Так странно было встретиться с ним в нашем парке при таких грустных обстоятельствах. До сих пор это место ассоциировалось со счастливыми временами.