Шекспир
Шрифт:
Томас открыл дверь и тут же об этом пожалел. Незнакомец втолкнул его внутрь.
— Тебе никогда не советовали, не совать нос туда, куда не следует? — спросил человек в черном плаще и надвинутой на лицо шляпе.
— Советовали, — сознался Томас.
— А зачем суешь? Рыскал, рыскал и нашел рукопись. А зачем искать то, что искать не просят? Зачем печатать то, что уже один раз принесло издателю неприятности?
Томас с трудом успевал осознавать, что ему быстро говорит
— Говори, откуда взял рукопись? — потребовал он.
— Переписывал сонеты по одному, — начал врать Томас, — за несколько лет собрал все.
— Неправда, — спокойно произнес незнакомец, — невозможно переписать сто пятьдесят четыре сонета.
— Я старался, — не отступал Томас. Ему совсем не хотелось расставаться с рукописью, а именно это от него, скорее всего, и потребует пришедший.
— Итак, — человек железной хваткой сжал его горло, — от тебя ничего не останется и от твоего магазина тоже, если ты не скажешь, откуда взял рукопись.
— Украл у графа Саутгемптона, — пролепетал Томас, — вроде Шекспир был любовником его жены и посвятил ей сонеты. Графу сие было неприятно. Он их велел выкрасть. Или забрать. Короче, рукопись хранилась у него в кабинете, в замке.
— Ха-ха-ха, — рассмеялся незнакомец, — ревнивый граф! Неплохо. Неси рукопись сюда, — потребовал он.
Томас надеялся, что рукопись все-таки оставят ему. Но жизнь была дороже, и он пошел к потайному ящику стола. Поковырявшись, вытащил стопку исписанных листков.
— Давай, — человек протянул руку.
Он просмотрел первые несколько страниц.
— Похоже вроде на мамин почерк, — произнес он тихо, затем кинул рукопись на стол, взял стоявшую рядом свечу и поднес огонь к листкам.
— Что вы делаете? — Томас кинулся спасать рукопись, но был отброшен сильным ударом в угол.
Человек окинул взглядом помещение и провел свечкой по книгам, которые мгновенно вспыхнули. После он быстро пошел к выходу. У двери он обернулся. Томас пытался безуспешно тушить полыхавший пожар.
— Зря ты ее искал. Моя мать не хотела, чтобы сонеты, посвященные мужчине, которого она любила всю жизнь, издавали. Такова была ее воля.
— Кто была ваша мать? — внезапно отвлекся от борьбы с огнем Томас.
Человек снял шляпу и посмотрел ему прямо в глаза.
— Ее Величество королева Елизавета Первая, — произнес он и вышел на улицу.
К тому времени его сигнал заметили и, как договаривались, подожгли дом с другой стороны.
Наутро прохожие и соседи увидели лишь догоравшие головешки. Ричард Филд тоже вышел на улицу посмотреть, что произошло.
— Торп сгорел вместе со своим магазином, — объяснил ему знакомый, — говорят, свечка упала на книги.
Ричард охнул и побежал к жене.
— За детьми следи! А то бегают тут. Упадет свечка — и пиши пропало, — задыхаясь от быстрой ходьбы, прокричал он Марте…
— Тут такая произошла история! — Филд ворвался в квартиру Уильяма как ураган, сметая все на своем пути. — Не ожидал, что ты дома. Но раз дома, то это хорошо.
— Не кричи, — Уильям удивленно посмотрел на друга, — садись и успокойся.
— Успокоиться? Не получится, — Филд плюхнулся на стул, чуть не свалившись на пол, — такое произошло!
— Рассказывай. А то пока ты только причитаешь. Что у вас там? Еще один ребенок?
— Шутишь? Насмехаешься? Ладно, слушай. Вчера Торп напечатал твои сонеты. То есть напечатал, наверное, раньше. Но в магазине они появились вчера.
— Почему ты не пришел ко мне сразу? — заволновался Уильям.
— Я вчера приходил. Тебя дома не было. А в театр бежать некогда было. Да и там ты не всегда бываешь.
— Записку бы оставил. Я бы сам к тебе зашел.
— Ну не оставил. Ничего не соображал. Так был поражен тем, что случилось! Представляешь, столько лет прошло, и вот они, сонеты. Нашлась рукопись все-таки, — тарахтел Ричард, — уж мы думали — всё. А вот и не всё!
— Так, и что теперь делать?
— А делать ничего не надо, — заявил Филд, — история закончилась, не успев начаться.
— Что ты имеешь в виду? — Уильям не успевал осознавать информацию, которую на него обрушивал друг.
— Сегодня утром встаю и думаю: что-то пахнет дымом. Пойду, думаю, выйду на улицу, посмотрю, что случилось. И что я вижу? — Ричард замолчал, вопросительно глядя на Уильяма.
— И что ты видишь? — набрался терпения Шекспир.
— Вижу, что весь дом Торпа вместе с магазином и типографией сгорел! И сам Торп сгорел тоже. Случайно упала на книги свечка, Торп кинулся тушить огонь. Но было поздно. Дом вспыхнул и сгорел вместе с Торпом.
Уильям представил себе всю картину и недоверчиво покачал головой:
— То есть не стал выбегать на улицу и спасать себя, а спасал книги? Странно…
— Ничего странного. Тебе не понять, — возмутился Филд, — у него и отец печатал книги, и он печатал книги. Не мог он так взять и оставить все гореть.
— А то, что накануне он начал продавать сонеты, пропавшие много лет назад? Это не совпадение?
— В чем тут совпадение? — удивился Ричард. Уильям вспомнил, что друг ничего не знает о приходившем к нему человеке в черном плаще и его настойчивой просьбе сонеты не издавать.