Шебеко
Шрифт:
— Это потому, что ты денно и нощно корпишь над учебниками, понял?
— И что ты прикажешь делать?
Что? Да хотя бы махнуть к Лене. Наверное, хлопец так засел за книжки, что набрал целый воз знаний. И Коля сказал:
— Давай к Лене мотанем. Чувствует душа, что мы здесь кое-что вырвем для себя.
Валера проворно встал и кинулся в зал за одеждой.
— Кстати, — сказал он, когда вновь вернулся к Коле, — я решил рвануть в сельхозинститут. К брату… Витя говорит, что лучше брать на абордаж механический факультет. Якобы там меньше людей… Но как будет на самом деле, еще
— А я решил в Свердловск, в лесотехнический институт, — внезапно для себя проронил Коля.
«Почему именно в Свердловск? Мало других городов? И что я другим заливаю мозги?»
— Знаю! — отчужденно сказал Валера. — Наверное, с Аркадием договорился…
— Да нет еще! Собственно говоря, в Свердловск я могу доехать и без него.
— Но он же едет не один, но с товарищем. Вам можно и позавидовать… — пространно заключил Валеpa. — Едете втроем. К тому же у Аркадия там дядька. Доцент солидного института. Наверняка поможет…
«Поможет… — иронически скривил губы Коля. — Догонит, да еще добавит… Кто я ему?» Но вслух мысль не высказал. Напротив, ответил как можно беззаботней:
— Может, и так… Чем черт не шутит, когда бог спит, верно?
«И все же почему я вспомнил про Свердловск?» И здесь Коля четко осознал, что дело не в городе, и не в институте, а в нем самом. Он знал лишь деревенскую жизнь, и она ему нравилась. Воздух здесь чист, продукты с точки зрения экологии самой высокой пробы, и главное, все свое. Вот почему деликатная мысль так легко вошла в его сердце…
А Валере идея стать лесничим явно пришлась по нутру. Его темно-карие глаза заблестели от улыбки:
— Молодец, Коля. Далеко замахнулся… Только учти: будешь лесничим — меня не забывай. Обеспечишь лесом? А я тебе как механик — машину…
Валера был в своем амплуа — желание иметь выгоду в любой ситуации крепко всосалось в его кровь. Отлично зная об этом, Коля лишь отмахнулся:
— Договорились. Но пока мы плаваем лишь в небесах.
— Это точно! — почему то с грустью произнес друг. — Пока мы располагаем лишь розовой мечтой… Кстати, — оживился Валера, — недавно был в Первомайском. И знаешь, кого встретил? Валю! Передавала тебе ослепительный привет… Все интересовалась твоими планами. Я, конечно, не растерялся. Взял да ляпнул, что ты собираешься в Московский госуниверситет якобы на факультет радиоэлектроники. Валя изменилась на глазах. Схватилась за грудь, захлопала своими роскошными ресницами. «Вот это да!»— шепчут ее губы… И представляешь, у меня вот здесь, — и друг показал на сердце, — завихрился ураган… Но я, конечно, джентльмен, и виду не подал…
Коля рассыпал смешок, выслушав друга. Если бы позволяли обстоятельства, Валера в жизни бы своего не упустил. Палец в рот ему не клади — откусит, и спасибо не скажет. И в нем проснулась ревность:
— Так она же встречается с хлопцем. Фролов мне об этом рассказывал…
— Мало ли что встречается? Как поступим в институт — все девки будут наши. Запомни это раз и навсегда! Шутка ли — студент!
— Но пока мы с тобой всего лишь кандидаты в студенты, — поправил друга Коля.
— Пока — да, — миролюбиво согласился Валера. —
Друзья вспорхнули во двор. Валера решительно приблизился к мотоциклу и стал на ощупь проверять гайки и винты:
— Тянет?
— Пока тарахтит…
— Вот и прекрасно! Давай рванем на всей скорости…
— Ты вначале заведи мотор, — подсказал Коля, — а то он не слишком-то уважает посторонних.
Валера надулся. «Не с таким барахлом справлялись. Подумаешь, «Ковровец»… Мой «ИЖ» по всем параметрам выше на порядок». И он презрительно фыркнул:
— Не заведется, так заставим, верно?
Он резво поправил подкранник, сделал подсоску и крутанул заводку. Мотор зачихал, но снова смолк, будто набравшись воды. Красивые черные брови Валеры сошлись на переносице.
— Видимо, придется толкать…
— Вот с этого и надобно было начинать… А то — механик, высший разряд…
Валера вовсе обиделся. «Придет время, — с горечью заключил юнец, — как ты заговоришь совсем по-другому… — Он вновь бросил уничтожающий взгляд на мотоцикл. — Неужели с этой дрянью я не справлюсь?» Но запыленный мотоцикл загробно молчал и неизвестно что держал за пазухой. Рисковать в этой непростой ситуации авторитетом Валере не хотелось. И он коротко бросил:
— Ладно, садись ты за руль…
А Леня дневал и ночевал с мыслями о том, как бы покрепче выучить формулы и постулаты за десятый класс. То, что исход смертельных баталий за институт полностью зависит от математики — в этом он был убежден на все сто. От разгоряченных мыслей и дум, от возможных провалов, недочетов при штурме вузовских высот он заранее дрожал как осиновый лист. Хотя выступления учителей в памятный вечер и убедили его, что он лучший из лучших, но в океанских глубинах своего сознания он все же понимал, что на деле могут быть ситуации, обстоятельства, явно неподвластные ему. Здесь, в средней школе, на него напыщенно работал авторитет, а в безвестных краях его нет. Там он всего лишь абитуриент, и не больше. И вот эта неизвестность, страх перед борьбой за институт пуще всего и давили на него, заставляя удвоить энергию.
Когда во дворе тормознул мотоцикл, и когда к нему приблизились товарищи, Леня почувствовал лишь неудовольствие. «Носит вас нечистая сила… Как пить дать украдут два часа!» Но выбора за ним ребята не оставили — они ветром ворвались в добротный дом и окружили Леню.
— Садитесь! — Леня невольно должен был принимать добродушный вид. Он сорвался на кухню и притащил табуретку. — Что нового? Как ваша учеба? Институт хоть выбрали?
— Коля уже для нападения наметил Свердловск, — коротко выложил Валера.
— И что там?
— Уральский лестех… Звучит?
— Неплохо… — промямлил Леня, а сам отметил: «Ерунда, мелочь…»
— А что касается меня, — пояснил Валера, — то улыбается Чебоксарский сельхозинститут. Сдается мне, что мы все при деле… Только не знаем, где Леня будет куковать…
— Казанский авиационный, — внушительно изрек Леня и встал в насмешливую позу. — Ну как?
— Сила! — Коля искренне подивился размаху товарища.