Шайтан Иван

Тен Эдуард

В назначенное время я прибыл к месту формированию обоза. Караван собрался приличный. Двадцать телег армейского обоза, маршевая рота с пополнением новобранцев во главе с армейским поручиком, штабс –капитан, командовавший обозом. восемь телег купцов и каких-то гражданских, видимо, переселенцев. Меня и двух прапорщиков, следовавших к месту службы. Отношения с офицерами, старожилами, у меня как-то сразу не сложились. В первый же вечер, когда мы остановились на ночёвку, офицерская компания после представления, решила отметить знакомство обильным возлиянием вина, которым они запаслись с избытком. Вечеринка превратилась в банальную пьянку, старшие товарищи так напоили прапорщиков, что один быстро опьянел и

облевался, второй выглядел не лучше. Я сразу дистанцировался от них, мотивировав свой отказ пить вино слабым здоровьем, чем вызвал у них неудовольствие. На все попытки давить на слабо и не уважаешь, я просто проигнорировал и ушёл к телеге, в которой ехал. Ездовой обозник, щуплый солдат в поношенной форме, очень робел и с опаской посматривал на меня. Ночи уже были холодные. Я достал спальный мешок из овчины, расстелил его под телегой и, сняв мундир, сапоги, улёгся спать, положив рядом пистолет и шпагу. С этого момента, господа офицеры объявили мне игнор и демонстративно не замечали меня, чему я только обрадовался. Штабс— капитан поделился мыслями насчёт меня, дословно,

— хлыщ столичный, потрётся тут месяц, два, навесит орденок и обратно, а потом будет рассказывать, как он тут с горцами рубился. —

Я не обиделся, к тому же подобное часто встречалось во все времена. Так что дальнейшая дорога протекала спокойно. Кавказ этого времени сильно отличался от того, который знал я. В первую очередь большими лесными массивами предгорья и горы были покрыты настоящими густыми лесами, только равнинные районы были свободны от него. Воздух чистейший, вода в горных ручьях была такой холодной, что ломило зубы. Днём солнечно и тепло, чувствовал себя просто замечательно, попутчики не надоедали своим присутствием. После пары приёмов пищи из общего котла решил готовить себе сам. Предполагая такое, я купил несколько видов размолотых круп с большим шматом сала, копчёного мяса, лука, соль и специй, хороших белых сухарей. Свежие овощи и фрукты покупал в селениях, которые мы проезжали. Нападений со стороны горцев ожидать не приходилось, слишком много солдат и казачьи разъезды периодически сопровождали и передавали эстафетой друг другу. Не обращая внимания на беспробудно пьянствующих офицеров, нижние чины несли службу исправно. Фельдфебель с унтерами на ночёвках справляли караульную службу и постоянно дрючили новобранцев, поддерживая их в тонусе, чтоб не расслаблялись. На четыре вечер после плотного ужина я пил чай и наслаждался жизнью, глядя на ночное небо, усыпанное звёздами. В горах ночь опускается сразу, без сумерек, и звёзды просто огромные, и вот в мою нирвану вторгается деликатное кхекань

— Дозвольте обратиться, ваше благородие — передо мной возник фельдфебель маршевой роты, неуверенно переминаясь с ноги на ногу.

— Чего тебе, любезный? —с неудовольствием проворчал я

— Тут такое дело, господин подпоручик, господа офицеры бузят, вы бы разобрались —

— Фельдфебель, ты чего кота за яйца тянешь, доложи коротко и ясно — отчеканил я

— Тут торговец армяшка со своей семьёй на двух телегах с нами едет, так с ним его две дочки. Господа офицеры стали приглашать к себе, а те отказываются итить, как бы чего не вышло, ваше благородие — фельдфебель очень волновался.

— Мать вашу, алкашня хренова, веди, чего встал — с досадой высказался я.

Мы подошли вовремя. Господин штабс-капитан и поручик конкретно наехали на папашу, который старался прикрыть жену с дочками сбившихся в кучу.

— Сидоров, этих двух к нам в палатку, а этому в морду, ежели будет противиться — приказывал набычившийся поручик. Штабс- капитан, стоявший рядом глумливо, улыбался. Прапорщиков рядом не наблюдалось.

— Отставить — приказал я

— Какого чёрта, подпоручик, вы командуете моими людьми и вообще, пошли вы е…й

матери —

— Фельдфебель увести людей в расположение и без команды не подходить, проверить караулы, выполнять! —

— Слушаюсь — и он быстро повёл солдат к месту ночлега.

— Вас прошу со мной к палатке —

— Слушай ты, хлыщ столичный, а ну, пошёл вон отсюда, щенок — поручик подскочил ко мне.

Я недолго думая провёл ему хуг правой, стараясь дозировать силу приложения, поручик упал как подкошенный

— Тебе тоже разъяснить текущий момент, капитан? –спросил я у оторопевшего капитана

— Нет, не надо— испуганно икнул он

— Фельдфебель — крикнул я в темноту. Он появился сразу, стоял где-то рядом.

— Я, ваше благородие —

— Вот что, любезный, доставить вашего поручика и капитана в палатку, сомлел, болезный и чтоб до утра я больше вас не слышал и не видел, выполнять фельдфебель. —

Такой вечер испортили, дебилы.

Утро было богато на события, мой возница уже ждал моего пробуждения с котелком тёплой воды

— Вот, ваше благородие, вода тёплая, значится, г-н фельдфебель просил передать, еже ли что надо вы мне скажите, а я мигом всё исполню.—

Следом явился торговец, армянин с благодарностью и просьбой не стесняться, если мне что-то потребно, он постарается выполнить мою просьбу. И под занавес явились господа офицеры, помятые, но уже опохмелившиеся. Говорил капитан, а поручик хмуро молчал. Я приготовился к худшему варианту событий, дуэль?, да ради бога чем угодно, подраню дебила, делов-то. Какая-то нездоровая самоуверенность выперла из меня, но всё обошлось.

— ЭЭЭ г-н подпоручик хотели попросить вас, забыть о вчерашнем недоразумении, право слово, перебрали вчера, с кем не бывает. —

— Уже вчера забыл и торговца попросил не вспоминать, но прошу вас, господа, впредь вести себя подобающим образом.—

— Да, конечно, не сомневайтесь — и капитан дёрнул поручика, вскинувшего голову и хотевшего что-то сказать, они удалились. До Грозной добрались на 7 день, меня высадили и выгрузили мои вещи на постоялом дворе, где я снял комнату, очень даже приличную. Хозяин оказался родственником торговца армянина, он сообщил мне, что всё оплачено на всё время, которое я остановлюсь в Грозной, мелочь, а приятно. И тут всё прошло на удивление быстро, дежурный офицер принял мои документы и попросил меня подождать. Грозная была действительно крепостью, с земляным валом и 10 метровой стеной, с орудиями разных калибров и часовыми на стенах. Гарнизон составлял пехотный батальон, эскадрон драгун и казаки, крепостная артиллерия. Вокруг крепости располагались предместья. Меня вызвали в канцелярию.

— Вот, господин подпоручик — поручик протянул мене пакет с документами

— Служить будете в Семёновском полку —

— В Семеновском, так в Семеновском, мне как-то без разницы — и я повернул к выходу

— Постойте, подпоручик, вышло небольшое недоразумение — остановил меня штабной

— Вам придётся возвращаться, Гришаев, — крикнул он в коридор. Появился ефрейтор, чистый и ладный

— Я, ваше благородие —

— Вот, Гришаев, поможешь господину подпоручику с отправкой в станицу Семеновку, в Семёновский полк. —

— Слушаюсь, пойдёмте ваше благородие, вы где остановились? — я сообщил ему о постоялом дворе.

— Вы тама будьте, вашбродь, а я, что узнаю, так сразу к вам — и пропал, как дух растворился. Я не стал бродить по городу и на извозчике добрался до постоялого двора. Заказал обед, цыплёнок оказался выше всех похвал, тело ело, а душа пела, и как следствие меня разморило и потянуло ко сну. В дверь постучали.

— Входи, — вошёл Гришаев

— Завтра Ваше благородие, поутру, заедут за вами, в Семеновку возвращаются станичники, доставят вас до места, только они плату просят, руб. —