Шарлотт-стрит
Шрифт:
Сначала Сара мне сочувствовала и окружала меня заботой. Она даже взяла отпуск на остаток недели, чтобы сидеть со мной, но шок затмил все это, прежде чем я успел уяснить, что происходит со мной и вокруг меня. Я стал подозрительным и нервным. Мне хотелось одного: не выходя из дому, смотреть по телевизору какие-нибудь незатейливые, не очень возбуждающие программы и быть уверенным в том, что мировые устои не нарушены. Через некоторое время Сара — и думаю, это естественно — перестала столь явно выражать мне сочувствие.
«Ради Бога,
Сейчас я могу ее понять. Тогда не мог. Я был настолько поглощен собой как жертвой, что не видел ничего вокруг. Может быть, она просто делала то, что советовала ей мать, — пыталась заставить меня выскочить из этого порочного круга. Но к сожалению, так просто от этого не отделаешься. В тот день я отвечал за внутришкольную безопасность. И я был тем учителем, которого выбрал Дилан на роль жертвы. Да, только потому, что я оказался в классе напротив его дома, но именно эта случайность так меня напугала. Она доказывала, что мир куда более опасен, чем казалось.
И конечно, я был зол. Я злился на Дилана, злился на весь мир, злился на Сару за то, что она разочаровалась во мне как в мужчине, — не важно, так ли это было на самом деле. Моя жизнь изменилась, когда Дилан взялся за винтовку. В некотором смысле ему удалось убить во мне учителя. И во всяком случае, он убил наши отношения.
Нет.
Я сам виноват.
— В общем, — нарушила мою задумчивость Эбби, — я ее удалила из друзей.
— Мм?
— Удалила ее из друзей. Это нечестно. Она знает, что ты можешь все это прочитать и тебе будет больно от этого. Ну вот я ее и удалила.
Я улыбнулся, думая, что она шутит, но она, отхлебнув чаю и сохранив то же выражение лица, продолжила щелкать мышкой.
— Ты… Подожди, что ты сделала?
Она подняла глаза и пожала плечами с невинным видом.
— Так будет лучше. Доверься мне.
Довериться ей? Я ее едва знаю.
— Эбби, какого черта?
Я был в ярости.
— Ты ничего обо мне не знаешь. Как я могу тебе доверять в этом? Ты никогда не видела Сару, ты не представляешь всей ситуации. И все равно ты берешь и удаляешь ее, как будто так и надо. Она узнает! Она увидит, что я удалил ее из друзей!
Не могу в это поверить.
— Ты хотя бы представляешь, как это выглядит? Нельзя вот так вмешиваться в чужую жизнь. Нельзя вот так взять мой компьютер и сделать из меня идиота в ее глазах. Мы только начали снова общаться друг с другом, и ты все порушила.
Мне удается контролировать себя, даже когда меня достают, а потому считаю, что нельзя заставлять людей страдать, но сейчас Эбби нужно было дать понять, что она перешла все границы. Мы пару раз неплохо пообщались, и теперь она считает, что может лезть в мою жизнь?
— Эбби, я должен тебе
— Джейсон, ты ничего не должен.
Я сбился с мысли. Она молча смотрела на меня.
«Ты ничего не должен». Ей-то легко произнести эти слова.
— Тебе нужно оставить все в прошлом. Да, ты сделал ошибку, но если ты не перестанешь на этом зацикливаться, то никогда больше не совершишь ничего хорошего. Ты по-своему неплох, Джейсон, но в таком состоянии ты ничего не стоишь. Нельзя позволить, чтобы прошлое влияло на твою жизнь. Тебе не нужны эти постоянные напоминания: «Сара замужем. Саре хорошо. Саре ты больше не нужен». Тебе следует начать все заново. Тогда, может быть, вы снова сможете общаться, но к этому времени ты уже станешь другим — таким, каким тебе нужно.
Не знаю, в чем дело: в ее словах или в тоне, которым они были сказаны, — но это казалось разумным, и я в конце концов успокоился, несмотря на то что мой внешний вид говорил об обратном. Может быть, мне нужен кто-то, способный все решать за меня. Иногда такое случается.
А потом… Потом случилось кое-что странное. Эбби наклонилась ко мне. Она была так близко, что я чувствовал на своем лице ее дыхание, ощущал запах ее шампуня. Она гладила меня по ноге и — эта девушка в моей футболке, такая красивая, такая близкая — казалась мне самым сексуальным существом в мире.
Она поцеловала меня. Нежно и спокойно.
Эбби отстранилась, откинула челку, улыбнулась, глядя в окно, и вновь повернулась ко мне.
— Я хочу, чтобы мы были друзьями.
Я недоуменно моргнул.
— Прости?
— Я не то, что тебе так нужно.
— Но ты меня поцеловала. В общем, мы поцеловались. Но ведь меня поцеловала ты.
— Я просто хотела покончить с этим. Иначе бы мы оба об этом думали все время, а это не то, что нам нужно.
Я опять моргнул.
— Прости?
— Так намнооого лучше, — заключила она, обнимая подушку, — и в любом случае на самом деле я ее не удалила.
Она улыбнулась.
— Не понял, что ты сказала?
— Я не удалила ее. Я же не совсем уж ненормальная. Нельзя прийти к кому-то домой и начать удалять его друзей в «Фейсбуке».
— Это я и хотел довести до твоего сознания.
— Вообще обидно знать, что ты мог так обо мне думать. Но в принципе это возможно.
Я взглянул на экран ноутбука.
— Итак! — воскликнул Дэв, когда мы сидели в кафе на той же улице. — Я решил загадку!
Мы пошли завтракать и взяли с собой Эбби. У меня в голове до сих пор царил некоторый сумбур. Мне еще не приходилось встречать людей, способных так быстро перескакивать с одной мысли на другую. Все мои знакомые имели привычку подолгу обдумывать каждое свое высказывание. Они подолгу вынашивали ожидаемое от них решение и были уверены в том, что «импульс» — это торговая марка. Но, так или иначе, эта встреча придала мне сил.