Шарада Шекспира
Шрифт:
Доктор Адамов выпил лекарство и уснул. Звонок сыщика разбудил его.
– Мне необходимо поговорить с вашей дочерью, - сказал Смирнов.
– Когда это будет удобно?
Лев Назарович спросонья не сообразил, о чем идет речь. Боль в груди, утихшая во время сна, возобновилась. Она была не острой, а ноющей.
– Что?
– спросил хирург, прижимая руку к сердцу.
– Могу я поговорить с Асей?
– Зачем?
– всполошился Адамов.
– Не втягивайте
– Я буду осторожен, - настаивал на своем сыщик.
– Просто задам ей несколько вопросов.
– Задайте их мне, если уж вы не можете без этого обойтись! Я знаю все, что касается моей дочери!
– Вы не волнуйтесь, Лев Назарович…
– Оставьте Асю в покое!
– перебил Адамов.
– Ребенок здесь ни при чем!
– Какой же она ребенок? Ей четырнадцать лет!
– не сдавался Всеслав.
Они препирались минут десять, после чего сыщик решил уступить. «Ладно, - подумал он.
– Узнаю, в какую школу ходит девочка, побеседую с ней по дороге».
– А с вашей женой можно поговорить?
– С Кристиной? Сколько угодно.
Адамов прислушивался к растекающейся в груди боли, слова Смирнова доходили до него как бы издалека. Может, все же обратиться к кардиологам?
Перспектива самому оказаться в руках эскулапов отчего-то его не радовала. Черт с ним, само пройдет! Боли явно невротического характера, они - следствие переживаемого им стресса. Уладятся неприятности, уйдет и болезнь.
Адамов тяжело вздохнул, закрыл глаза. Боже, до чего он дошел! Посторонние люди, следователи, сыщики, копаются в его личной жизни, вытаскивают на свет божий интимные подробности, сплетни, слухи, обсуждают их с другими. Мог ли он подумать?!
Пока доктор стонал и ворочался на своей кровати, господин Смирнов ехал в клинику пластической хирургии. Не мешало бы выяснить, чьи голоса он слышал ночью, прячась в подсобке. Скорее всего, это были дежурные сестрички.
Главный врач охотно пришел ему на помощь и сообщил фамилии всех сотрудниц, остававшихся на ночь, - их было четверо: докторша, две медсестры и санитарка.
– Ночью у нас было происшествие, - доверительно поведал он Всеславу.
– Девушки запуганы, боятся собственной тени. Им показалось, что по коридору бродит маньяк! Хорошо, хоть крик не подняли, не разбудили пациентов!
– Вы обыскали помещение?
– невинно поинтересовался сыщик.
– Конечно! Только никого не нашли, кроме несчастного полудохлого котенка. Медсестра Терехина подобрала его на улице и тайком притащила сюда. У нас это строжайше запрещено! Она жалостливая, видите ли! Решила спасти умирающее от голода и холода животное. Но домой почему-то не понесла, а спрятала котенка в одной из кладовок. Он так ослабел, что даже мяукать не мог, вот все и проморгали. Безобразие! Посреди ночи девицы заскучали, отправились поглядеть, жив их подопечный или нет, что-то треснуло, стукнуло… ну и паника обеспечена. Такой переполох устроили, мама родная! Убийца им померещился!
Смирнову все стало ясно. Именно голоса Терехиной и второй дежурной сестры
– Могу я побеседовать с ними?
– спросил он господина Семенова.
– Ради бога! А вы что, полагаете, в коридоре действительно кто-то прятался?
От такого предположения гладкое, полное лицо и несколько подбородков главврача покрылись красными пятнами.
– Все возможно.
– Допросите как следует этих вертихвосток!
– рассвирепел Семенов.
– Развели тут бардак! Я им покажу!
Поскольку злиться больше было не на кого, все негодование он излил в адрес дежурных сестер. Сыщик не вмешивался. Когда поток угроз и ругани иссяк, главный врач объяснил, что поговорить с нерадивыми сотрудницами раньше завтрашнего дня не удастся, они отсыпаются после ночи.
Еще полчаса Семенов жаловался на дичайшие слухи, которые гуляют по клинике и обрастают жуткими подробностями, как снежный ком.
– Одни болтают, что среди нас завелся маньяк, - прошептал он, оглядываясь на дверь.
– А другие… мне даже повторять неловко… выдумали, будто Садыкову зарезала Кристина Адамова! Из ревности! И что она перережет всех, кто строит глазки ее мужу!
Во взгляде главврача мелькал неподдельный ужас, его пухлые руки дрожали.
– Моя секретарша Майя чуть ли не личную охрану себе требует, - продолжал он.
– Боится ходить на работу. Якобы следующей маньяк собирается убить ее! Вы слышали где-нибудь подобный бред?!
Смирнов с трудом сохранял невозмутимое выражение лица. Майя Орлова и тетя Поля его не подвели! Слухи расползлись быстрее, чем он рассчитывал. Посмотрим, что это даст.
Из клиники сыщик позвонил жене Адамова и договорился о встрече. У него теперь есть отличный предлог для разговора - сплетни. Кристину подозревают в убийстве! А это уже не шутки.
Госпожа Адамова согласилась прийти в кафе «Волна» на набережной. Раз надо… Через час она будет ждать Всеслава у входа.
Он позвонил домой, Еве, но к телефону никто не подошел. Значит, бродит по магазинам или ушла на занятия. Что ж, пусть развеется. Приобретение пары модных платьев, туфель, сумочки и прочих весенних обновок рассеет мрачные фантазии.
Сыщик поехал к месту встречи. Он предпочитал беседовать с дамами в слегка романтической обстановке. Кафе «Волна» было оборудовано под кают-компанию старинного парусного судна - с картинами морских баталий на стенах и привинченными к столам медными светильниками. Кухня отличалась изобилием рыбных блюд.
Смирнов проторчал минут сорок в автомобильной пробке, а когда добрался, Кристина уже стояла у входа, опершись на ограждение в виде толстенной якорной цепи.
– Госпожа Адамова?
– на всякий случай спросил он.
Жена хирурга кивнула, выразительно посмотрела на изящные золотые часики.
– Я смогу уделить вам не более часа. Муж приболел, не хочу надолго оставлять его одного.
– Лев Назарович? Что с ним?
– удивился Всеслав.
– Сердце.
Они вошли в тепло ярко освещенного зала, заняли угловой столик. В круглые окна виднелись мутные воды реки с плывущими по ней кусками льда.