Шантаж
Шрифт:
— В какие игры вы играете?! Чтобы платить меньше денег за услуги моих ребят, решили надавить на жалость?! Вот уж не думал, что вы такая мелочная!
Частный детектив продолжал бредить… Или это я брежу?! В глазах побелело, посерело, грязный снег с улицы вдруг заполонил кухню этой маленькой квартиры, где мне понравилось изменять гаду-мужу.
— Ал-лексей Иванович, я ничего не знала об акциях…
— Разве генерал Кольцов, не обрадовал дочурку, что приобрел на ее имя весьма ценные бумаги?!
— Н-нет!.. — почти
— Но ведь Сергей Горяинов управляет вашими акциями на основании доверенности, которую вы выдали ему на неограниченный срок, черт знает сколько лет назад!
В голове ужасный шум, там словно шел на посадку реактивный самолет. Взлетная полоса — мои нервы. В глазах серая пелена грязного снега. Выставила вперед руки, пытаясь в этой серости понимания чудовищного обмана нащупать какой-нибудь предмет, на который можно опереться. Голова ужасно кружилась…
Вполне возможно, что после нашей свадьбы, которую, несмотря на смерть отца, по настоянию Сергея мы отсрочили всего лишь на пару месяцев, новоиспеченный муж дал подписать мне какую-нибудь бумагу, сказав, что это пустая формальность. Я тогда Сергея чуть ли не богом считала, он умеет быть обаятельным, безоговорочно ему доверяла и могла, в принципе, подписать, не читая, любую бумагу. Кажется, Валера говорил, что основой благополучия фирмы «Новатор» были деньги от продажи оружия. Папа вложил большие суммы в компанию моего жениха, а взамен потребовал акции, дабы укрепить нашу «любовь» еще и финансовыми обязательствами. Но почему ничего не рассказал мне?
— Быть может, отец хотел подарить акции на вашу свадьбу, до которой, как известно, генерал Кольцов немного не дожил? — задумчивым голосом озвучил мои мысли частный детектив.
А мой умный, расчетливый жених решил этим воспользоваться. Он все десять лет мной пользовался.
— Ира, с вами все в порядке?! Почему вы молчите?!
— В-все в порядке, просто я не могу найти стул.
— Какой стул?!
Жалобно всхлипнула.
— Стул, чтобы сесть. Алексей Иванович, я ничего не знала об акциях и не помню, чтобы подписывала доверенность, хотя не исключаю такой возможности… Я десять лет нашего брака прожила в обмане. Мне постоянно указывали, что я никто, звать меня никак, и в случае нашего развода не получу ни гроша. Постоянно сознательно создавали ощущение моей полной зависимости от него, великолепного. Господи, как, наверное, «любящий» супруг потешался надо мной! Каждый день потешался…
Слезы обожгли горечью щеки.
— Н-да уж… — обескураженно пробурчал частный детектив. — Даже не знаю, что на это сказать… Ирина Владимировна, вам действительно лучше присесть, я ведь еще не рассказал про других держателей акций фирмы «Новатор».
Потянула спинку стула, отодвинула, ноги не держали, тяжело бухнулась на сиденье.
— И кто другие держатели акций? — напряженно спросили я, а по спине уже бежали иголки холода,
— Долгое время контрольный пакет ценных бумаг фирмы принадлежал вашему мужу. Но в последние полгода дела «Новатора» немного пошатнулись, и с целью привлечения инвестиций часть акций была продана. В общем, на данный момент самый большой процент акций у вас.
— Почему Сергей не продал мои акции?!
— Доверенность выдана только на право управления и не предусматривает возможность продажи.
— Какая оплошность с его стороны, — съязвила я.
— Видимо, ваш муж никогда не предусматривал возможность развода.
Конечно, зачем ему развод… Где он найдет еще такую идиотку! Держал меня при себе словно курицу, несущую золотые яйца, а если бы я начала сильно брыкаться, попросту убил бы… Сергей это прекрасно продемонстрировал тем вечером, когда ломал мне ребра. И после моей смерти получил бы акции в качестве наследства. Умно, хитро. Поэтому, когда муж почувствовал малейшую угрозу неповиновения, приставил ко мне соглядатая, а чтобы наверняка держать все под контролем, еще и прослушку решил установить. Я жива, пока хорошо себя веду.
— Ира, вы еще на связи?!
Хмыкнула. Сергей забыл пословицу о том, что на всякую хитрость найдется другая хитрость. Очень бы хотелось посмотреть на лицо моего дражайшего супруга, когда Валера расскажет ему правду.
— На связи, Алексей Иванович. Так что там с акционерами?!
— На данный момент вашему мужу принадлежит двадцать шесть процентов акций, а двадцать пять процентов совсем недавно, где-то полгода назад, приобрела компания «Агрус», внимание, учредителем которой является Сорокина Антонина Андреевна, в первом замужестве Довженко.
Сколько можно бить меня тяжелым по голове?! И самолеты продолжают то ли взлетать, то ли садиться, накручивая мои нервы на шасси. Чертовски больно!
— Это его жена?! — спросили мои помертвелые губы.
Удивительно, я еще способна говорить…
— Нет… Это мать Довженко Валерия Константиновича. Извините, что не раскопал информацию во время первого расследования.
Грязного снега в глазах добавилось.
— Ирина Владимировна, с вами все в порядке?!
Нет, какой уж тут порядок, туман перед глазами стал гуще, а к горлу подкатила тошнота.
— Не знаю, не уверена… Алексей Иванович, я потом перезвоню вам. Мне нужно обдумать информацию… — И отключила телефон.
В голове зазвучали голоса:
«— А сейчас, Валера, почему ты сейчас был таким холодным?! Почему сказал, что надоела?!
— Люблю… Каждую черточку, каждую клеточку, каждую волосинку… все в тебе люблю! Но разве подобный мне скот достоин такой богини?!»
«Обязательно. Вернусь в целости и сохранности. Но все равно, когда Димка уснет, буду просить твоих поцелуев. Люблю тебя… сильно».