Шанс на счастье
Шрифт:
– Он ничего не знает.
– Ну да, конечно.
Она не на шутку заводится, а я пытаюсь взять себя в руки, из которых то и дело все валится. Хочется просто лечь в кровать, укрыться теплым, пушистым одеялом, и ни о чем не думать. Обнять дочку и, как после выписки, вдыхать ее запах и не верить, что я прошла через это.
Я не собираюсь сдаваться и стою на своем даже спустя полчаса Сонькиных доводов. Руслан не виноват, что его отец решил разлучить нас. Так уж сложилось, что ему показалось, будто мы не пара друг другу. Я была преподавательницей Руслана, к тому же,
Я поверила в сказку, Руслан в то, что будет без проблем. У нас просто не получилось. И не важно, что в нашем расставании виноват только его отец. Я успела забыть и даже простить его, к тому же, у меня есть Ксюша, мне точно не стоит таить обиды.
– Так, в общем, – Соня переводит тему. – Работа есть. Полгода назад неподалеку открыли фирму. Она молодая, но перспективная. Им нужно лицо, – она вдохновляется и начинает рассказывать, а я внимательно слушаю. – Меня они отмели, а вот тебя их рекламщик одобрил, сказал, чтобы ты пришла в пятницу в три. Вот адрес.
Сестра протягивает мне клочок бумаги с адресом и номером телефона.
– Что за компания?
– О, ты такое любишь. Это американская компания, занимается брендовой одеждой известной фирмы L… Слышала о такой?
– Нет.
– Так вот, они единственные на всю Россию открылись у нас. Их уже скупают в ажиотаже, но им нужно лицо. Обещают нереальный гонорар. Ты сможешь выкупить эту квартиру и еще останется, представляешь?
Я задерживаю дыхание. С момента переезда в эту просторную двушку, я влюбилась в нее. Двухкомнатная, большая, в тихом спальном районе, недалеко от центра, да еще и в доме, где живет сестра, которая поддержала меня в трудную минуту. Съем тоже кусался, но вначале мне помогала Соня, а после я потихоньку начала справляться сама. Ипотеку мне, матери-одиночке с нестабильной непостоянной зарплатой, не давали, и я копила.
– Я обязательно пойду, – киваю. – Спасибо.
Через час, сразу после ужина, сестра с сыновьями уходит к себе, а я аккуратно иду к дочери и замечаю, что она уснула. Мне становится морально легче, но я прекрасно знаю, что она вернется с расспросами и просьбами снова. Даже если бы я и хотела, все равно не нашла бы Руслана. Проблема в том, что я не хочу. У него давно своя жизнь, а у нас с Ксюшей – своя.
Глава 2
– Я надеюсь ты уже там? – спрашивает Соня в пятницу.
– Почти, – виновато отвечаю, понимая, что еще даже не вышла из дома, а сестра думает, что я уже сижу и жду, когда меня позовут.
– Ты еще не вышла, да?
– Обуваюсь.
– Если ты просрешь этот контракт – вина на тебе, возможность я предоставила.
Она отключается, а я чувствую себя виноватой за то, что заработалась и вспомнила о собеседовании в последний момент. Бросив финальный взгляд в зеркало и убедившись в том, что выгляжу вполне приемлемо, выхожу из квартиры. Быстро закрываю дверь и спускаюсь по ступенькам. На улице меня уже ждет такси, водитель открывает для меня дверь,
Я вовсе не опаздываю, но Соня права: мне нужно было приехать заранее и ждать, когда меня позовут. Потерять контракт означает, что мне еще несколько лет придется собирать на личную квартиру, поэтому я нервно осматриваюсь по сторонам и регулярно нажимаю на смарт-часы, чтобы убедиться, что все же не опаздываю.
Когда машина останавливается у входа большого бизнес-центра, я едва не забываю заплатить водителю, настолько тороплюсь.
– Извините, – мямлю и оставляю ему щедрые чаевые.
Лифт на седьмой этаж везет меня безумно долго, поэтому когда я попадаю в коридор, выдыхаю. На часах без пяти три, когда я подхожу к секретарше, сидящей за стойкой.
– Здравствуйте, мне назначено.
Она не отвечает. Мажет по моему силуэту взглядом и снова утыкается в компьютер, делая вид, что меня здесь не существует.
– Деву…
Договорить не успеваю, потому что где-то справа открывается дверь и оттуда выходит невысокий мужчина со словами:
– Где эта Скворцова?!
– Я здесь! – тут же спешу ему навстречу. – Только что пришла.
Он окидывает меня взглядом, долго задерживается на ногах, на талии, на груди, замирает на глазах.
– Идеально! – восклицает он и хватает меня за руку. – Давай, пошли, фотограф заждался.
Я едва перебираю ногами на высоких шпильках, чтобы поспеть за мужчиной. Он вталкивает меня в кабинет, но на этом не останавливается, тянет куда-то в сторону. Там уже оборудована фотозона, стоит зонт для фотосъемки, несколько софтбоксов, ярко горят лампы, на стене висит моблок, а если по простому – белое полотно для фона. В центре размещен пуфик и кресло, на которых меня, видимо, будут снимать. Я уже молчу о множестве оборудования, половину из которого я не то, что не знаю, даже никогда не видела.
– Садись! – командует мужчина, размещая меня в центре под светом ламп. – Ну? – он оборачивается к нескольким присутствующим. – Где он?
О ком именно он говорит, не понимаю, но издаю смешок, потому что мне уже нравится этот человек. Он смешно разговаривает и жестикулирует, когда возмущается, его широкий лоб складывается в гармошку, а виски покрываются испариной.
– Ладно, познакомимся, раз уж наш фотограф куда-то испарился. Я Леонид, – он протягивает мне пухлую ладонь, в которой тут же скрывается моя маленькая ладошка.
– Анна.
– Да знаю я, – отмахивается. – Ждем тебя уже минут двадцать.
– Мне назначили на три, – оправдываюсь.
Он смеется, отчего в уголках его глаз собираются “гусиные лапки”.
– Ты мне нравишься, – незамедлительно сообщает он. – Знаешь, за сколько сюда приходят, даже если им назначено на восемь вечера?
– За сколько? – тут же спрашиваю, полностью увлекшись его ярким воодушевленным голосом и звонким заразительным смехом.
– Да с утра! – заявляет. – Я говорю, идите домой, а они стоят и ждут. Ты же… – он вкрадчиво меня осматривает. – Заставила всех нас себя ждать, поэтому не подведи.