Шанс для рода Шустовых. Том 4

Кун Антон

Дождался пока мужской голос стихнет. Звук удаляющихся шагов рассказал мне, что в комнате стало на одного человека меньше. Женщина все еще была там и гремела посудой.

Создал еще одну отмычку. Черт, как же мне надоело, что мои фантомы одноразовые! Осторожно поковырял в замке и отпер его. Приоткрыл дверь и стал наблюдать, как служанка сервировала огромный серебряный поднос. Женщина закончила и направилась к двери. Я незаметно проскользнул в комнату и пошел за ней.

Дверь распахнулась, и я увидел залитую светом залу. Посередине стоял

огромный стол. За ним сидели трое: Император, мать Насти и моя девушка.

Я улыбнулся, похоже с Настей было все в порядке. Она держала вилку и ковырялась ей в тарелке. Меня насторожило что-то. Я сам не понял, что, пока не всмотрелся в Настино лицо. Выражение было застывшее, глаза остекленели, с губы свисала ниточка слюны.

Девушка двигалась вяло, словно сомнамбула.

Глава 7

Я шагнул в комнату вслед за служанкой с подносом, сделал два шага и отодвинул взвизгнувшую от неожиданности женщину в сторону.

Император поднял на меня глаза и улыбнулся. Он умел держать удар. Не думаю, что ему было привычно, когда невесть кто, вот так врывается в его столовую. Но охрану он не позвал, а на взгляд служанки отреагировал лишь поднятием руки.

Женщина, сидящая от него по правую руку, лишь слегка подняла глаза и отвернулась, словно в моем появлении не было ничего необычного.

— Настя! — позвал я девушку, не обращая внимания на поведение Императора.

Девушка никак не отреагировала на мой голос. Она как сидела, склонившись над тарелкой, так и осталась сидеть в такой же позе, даже голову не повернула.

Я вспомнил, что Шалок владеет ментальным контролем и быстро сложил дважды два. Накинул на Настю защитный кокон. Он непроницаем для магии, и я надеялся, что смогу отсечь все возможности контроля.

Император приподнял бровь, наблюдая за моими действиями, но пока так ничего и не сказал. Просто отложил вилку с ножом в сторону и чуть отодвинул тарелку от себя.

Взгляд девушки стал чуть осмысленней. Настя медленно повернулась и посмотрела на меня. Выглядело так, словно она не понимает, что происходит. Будто только сейчас осознала, что находится во дворце.

— Милая, — позвал я ее, — ты меня слышишь?

Наверное, если бы я не был так сосредоточен на Насте, я бы заметил бросок.

Практически из положения сидя мать Насти вскочила на стол, что признаться было тяжело сделать в длинном платье. Она схватила столовый нож с острым кончиком и одним нечеловеческим прыжком преодолела больше половины расстояния до меня. Я шарахнулся назад. Во-первых, от неожиданности. Во-вторых, чтобы избежать участи куска мяса на тарелке. Женщина орудовала ножом, как швейная машинка иголкой. Пыталась ткнуть им в меня с частотой три удара в секунду.

Служанка закричала, попятилась и завалилась на спину, запнувшись за стул.

Император едва глянул на нее, и женщина тут же замолчала, поднялась, схватила упавший с подноса нож. Правда ее движения были гораздо

медленнее, чем у Настиной матери. Так что опасности с ее стороны было меньше.

Я сделал три шага в сторону служанки, подцепил ногой с пола серебряный поднос, оброненный ей, подбросил его, поймал в воздухе. Заблокировал им выпад ножом, и плашмя саданул служанку по головке, одновременно скользнув вправо, уворачиваясь от удара «швейной машинки».

Глаза прислуги закатились, и она вновь стала заваливаться, но вдруг замерла в какой-то неудобной позе, развернулась и бросилась на меня с откинутой назад головой, даже не глядя. Это уже вообще не в какие ворота не лезло.

Я ударил ей в грудь ногой с разворота. Женщину откинуло назад. Набросив на нее защитный кокон, чтобы лишить возможности контроля, я подставил серебряный поднос под удары столового ножа, крутанулся вокруг своей оси, чуть пригнувшись. Заметил, что служанка отлетела к стене, окутанная коконом, и теперь лежит там без сознания.

Император зааплодировал.

Его марионетка продолжала тыкать в меня ножом с остервенением берсерка. Я едва успевал уворачиваться и блокировать удары. От звона стали о серебро закладывало уши.

Мне удалось провести подсечку. Мать Насти упала, сильно подвернув левую руку. Кисть выгнулась под неестественным углом. Женщина вскочила, даже не обратив внимания на повреждение, и снова бросилась на меня.

Я создал фантом бетонного столба прямо на пути марионетки. Она врезалась в него лбом. Столб рассыпался желтыми искрами, а женщина замерла на секунду мотая головой и приходя в себя.

Можно было попробовать накинуть на нее кокон, ведь тогда контроль должен был исчезнуть. Я так и сделал. Император заржал в голос. Аж за живот схватился.

Женщина, все с тем же энтузиазмом, принялась тыкать в кокон ножом изнутри. Щит таял на глазах. Все-таки в нем есть какой-то запас прочности при нанесении физического урона.

Настя застонала в своем коконе и заморгала, окончательно приходя в себя.

Я схватил со стола такой же нож, какой был у Настиной матери и принял стойку. В одной руке серебряный поднос, который я держал за ручку, во второй столовый нож.

Император подошел ближе к Насте. Я не понял, что он делал, но кокон вокруг Насти вдруг начал истончаться. Черт!

Я накинул поверх первого второй. Сосредоточился и создал что-то наподобие руки-манипулятора. Схватил ей кокон с Настей внутри и перенес в дальний от Императора угол комнаты.

Манипулятор исчез одновременно с коконом вокруг императорской марионетке. Я не успел защититься подносом и получил мощный удар плечом в грудь и порез на боку.

Зато одновременно с уходом от следующего удара мне удалось рубануть ножом сверху вниз. Тело женщины выгнулось назад, но его амплитуды не хватило чтобы полностью уйти от удара. Я разрезал платье от горла и почти до пупка. А грудь у женщины была что надо. Сразу видно, что этой частью тела Настя пошла в мать.