Шанна
Шрифт:
— Траерн, разумеется, уже взбесился, — озабоченным тоном проговорил он. Указав пальцем на пленников за спиной Шанны, он пробормотал: — Нам могут понадобиться дополнительные руки, когда Траерн решит заявить о себе. Ведите девушку в дом, и выпьем по кружке.
Солнце докатилось до горизонта, и скоро ночь должна была раскинуть над островом свой бархатный плащ. Когда Шанну ввели в дом, она оглянулась в надежде увидеть Рюарка, но не обнаружила никаких признаков его присутствия. Она с обидой спросила себя, не нашел ли он на пристани какую-нибудь девушку, чтобы скоротать время.
Короткая
— Кармелита, ты, как всегда, прекрасна, дорогая. Тряхнем стариной?
В дальнем конце общего зала громко прозвучал подзадоривавший голос:
— Он поставил на тебя, Кармелита, и теперь пытается выиграть пари.
Вскинув темную голову, Кармелита с вызывающей улыбкой грубо сунула кружку в протянувшуюся к ней снова руку англичанина, выплеснув часть содержимого на его штаны.
— Это охладит твой зуд, пока я закончу работу, похотливый жеребчик. Я лягу в постель с тем, с кем захочу, и вряд ли это будешь ты, костлявый гусак.
За столом долго не умолкали раскаты хохота, пока Гаррипен взглядом не заставил своих подчиненных замолчать. Сгорая от нетерпения продемонстрировать свое искусство обращения с женщинами, Пелье положил руку на талию Шанны, намереваясь притянуть девушку к себе. Инстинктивно Шанна размахнулась сжатыми в кулаки связанными руками, желая оттолкнуть от себя это потное тело. Хороший тумак угодил ему под ребра. Пораженный метис, у которого к тому же перехватило дыхание, покачнулся. Чтобы сохранить равновесие, он попытался понадежнее поставить ногу, но Шанна, ловко подведя носок ноги под его пятку, нанесла сильный удар. Пелье повернулся вокруг собственной оси и, подняв тучу пыли, всей тяжестью обрушился на пол.
Та из обслуживавших пиратов женщин, что была поменьше ростом, плоскогрудая и неопрятная, собиравшаяся было наполнить кружку Пелье, в ужасе закричала. Шанна уже поняла опрометчивость своего поступка: она поставила Пелье в смешное положение…
— Эй, Робби, поднимайся. Что хорошего валяться под столом одному! Ты забыл про девушку.
Самолюбие француза было страшно уязвлено, не говоря уже о том, что, падая, он сильно ударился. Он поднялся с налитыми кровью глазами и с багровым от гнева лицом уставился на Шанну.
— Ты, напыщенная сука, я тебя научу! — Он буквально давился словами. — Ты у меня станешь настоящей шлюхой, которая является, как только ее позовут.
Он грубо потянул ремень, увлекая Шанну за собой по комнате, пока не остановился перед большим, зиявшим в полу отверстием. Вытащив из-за голенища нож, он, к ее удивлению, разрезал ремни, освободив ее и от ошейника, и от кожаных браслетов-наручников. Шанна вопросительно нахмурилась, а он с глупой
— Если, конечно, вы не желаете, чтобы я вам помог, — осклабился он и шагнул к ней, но Шанна уклонилась от его рук и повиновалась. Она спустилась в темный отвратительный колодец и посмотрела вверх, спрашивая себя, что ее ожидает. Лестница была сразу же убрана, отверстие накрыли тяжелой железной решеткой. Шанна в замешательстве осмотрелась при проникавшем сверху слабом свете. Под ногами у нее была куча строительного мусора, находившаяся прямо под отверстием. Не хочет ли Пелье запугать ее полной изоляцией и темнотой? Эта мысль была, разумеется, наивной, так как ее гораздо больше пугали его отвратительные руки.
Послышавшийся в темноте шорох подействовал на Шанну как ушат ледяной воды. Тишину прорезал раздавшийся рядом с ней резкий писк. Взглянув вниз, она увидела пробегавшую по ее ногам большую крысу. Крик Шанны вызвал прилив радости у Пелье. Потянувшись вверх, Шанна ухватилась за решетку, но пират накатил на нее тяжелую бочку, чтобы ее нельзя было сдвинуть с места. Вскоре послышался шум целой стаи крыс. Они смотрели на нее, блестя глазами. Задыхаясь от ужаса, Шанна отступала в сторону, подальше от этих отвратительных животных.
Теперь уже она стала задыхаться от зловония в колодце и едва сдерживала тошноту. Она догадалась о назначении этой ямы. Маленькие красноглазые фурии становились все наглее. Теперь ее рассматривали уже с полдюжины крыс, их становилось все больше, и они подходили все ближе. Шанна отступила еще на шаг и почувствовала, что ее нога по щиколотку увязла в отвратительной слизи. Одна крыса подбежала к ней вплотную, и она поддала ее ногой, отбросив к остальным. Из темноты появлялись все новые и новые грызуны. Они стали подходить к ней группами. Судорожный стон вырвался у Шанны, когда она, отступая, оказалась по колено в зловонной воде. Сверху донесся сардонический смех, и в отверстия решетки ей протянули корку хлеба и кусочки мяса. — Вот, миледи, — прозвучал насмешливый голос Пелье, — вот ваш ужин! — Он злобно хихикнул. — Конечно, если вам удастся уберечь его от ваших маленьких друзей. А вот этим утолите жажду, милели. — Он искренне веселился, когда лил пиво прямо через решетку на пищавших крыс, сражавшихся между собой за куски пищи, которые он бросил вниз вслед за пивом, — Не скучайте по мне. Ваши друзья составят вам компанию, пока я снова не буду к вашим услугам.
Его шаги затихли через какое-то время, и Шанна, сама голодная как волк, молча смотрела на жадных грызунов. Блестевшие капли влаги напомнили ей, как пересохло у нее в горле. Она кашлянула. Крысы, занятые теперь поисками остатков пищи, разом повернулись к ней. Ее нога задела что-то твердое, и она нащупала рукой кусок доски. Она была твердой и вполне реальной, чего нельзя было сказать обо всем окружавшем здесь Шанну. От голода у нее ныло в животе, во рту пересохло, усталость парализовала волю, а страх подрывал обычную решительность. Она боялась, что в любой момент может расплакаться и станет умолять о том, чтобы ее вытащили из этой адской ямы.