Шанна
Шрифт:
— Ваш энтузиазм заражает меня, капитан, — усмехнулся Траерн. — Мне казалось, что большинство жителей колоний — скучные люди.
— Я не знаю ни одной столь прекрасной страны, сэр, и столь многообещающей, — уверил его Натаниэль, немного смущенный пылкостью своих чувств.
Оба помолчали. Послышались стук входной двери и шаги по мраморному полу, приближавшиеся к столовой. Траерн повернулся — на пороге стоял Рюарк, опершись одной рукой на дверной косяк. Увидев, что старик занят, он пробормотал извинение и повернулся, чтобы уйти.
— Нет, Джон Рюарк, входите, мой мальчик, —
Рюарк подошел к ним, и Траерн представил их друг другу. Они обменялись коротким рукопожатием. Капитан с кривой ухмылкой пристально рассматривал короткие бриджи Рюарка.
— Вы вполне приспособились к здешнему климату, сэр, — сказал Натаниэль, указывая на его одеяние. — Мне тоже иногда приходит в голову такая мысль, но боюсь, что моя жена будет в отчаянии, если увидит меня щеголяющим, как полуголый дикарь.
Живот Траерна затрясся от смеха, а Рюарк, усаживаясь за стол, бросил подозрительный взгляд на капитана.
— Это правда, господин Рюарк вскружил голову некоторым леди своим костюмом, — добродушно заметил сквайр. — И когда я встречаю какую-нибудь молодую девушку, готовящуюся стать матерью, мне кажется, я знаю ответ на вопрос, кто будущий отец.
Рюарк почувствовал себя неловко под весело-испытующим взглядом Натаниэля. Он с живостью принял из рук Милана чашку дымящегося кофе и внимательно наблюдал, как слуга наполнял его тарелку различными яствами. Когда негр поставил перед ним вазу с фруктами, Рюарк обратился к Траерну:
— Я зашел за чертежами лесопилки, если вы их просмотрели, сэр. После обеда мы начнем закладывать фундамент. А строительство пивоварни закончим до конца месяца, я не вижу причин для задержки.
— Хорошо, — согласился Траерн. — Пока вы завтракаете, я велю принести чертежи из кабинета.
Разговор перешел на другие темы, и снова возник вопрос о колониях. На расспросы сквайра Рюарк отвечал, в общем, то же самое, что говорил капитан. Покончив с завтраком, Натаниэль вытер рот, отложил в сторону салфетку и снова обратился к Траерну:
— Когда вы приедете в колонии, сквайр, вам понадобится кто-нибудь, знающий страну так же хорошо, как этот господин. У нас с женой дом в Ричмонде, а имение родителей — в двух днях пути от нас. Уверен, что они будут рады принять вас. Если вы серьезно намерены приехать, я мог бы отправить туда жену и слуг, а на обратном пути те же экипажи встретили бы вас. Мои кучера, разумеется, знают дорогу, но вы могли бы взять с собой и своего человека.
Рюарк слегка нахмурился. Он подумал о Шанне и о возможной разлуке. Перспектива поездки с Траерном в колонии без Шанны не обещала ему слишком приятного путешествия.
— О, конечно, конечно! — с энтузиазмом согласился Траерн. — Это хорошая мысль. Не сомневаюсь в том, что господину Рюарку будет приятно побывать на родине.
Рюарк пришел в мрачное уныние, и не мог как следует скрыть этого состояния.
Но, словно не замечая этого, Натаниэль Бошан продолжал, чуть повысив голос:
— И непременно возьмите с
— Может быть, в октябре, — подумал вслух Траерн. — К этому времени в колониях заканчивается сбор урожая, и я мог бы увидеть, какими ресурсами вы располагаете. — Он поднялся с кресла и протянул через стол руку Натаниэлю, также вставшему из-за стола. — Договорились. Едем обязательно.
Когда Траерн с капитаном вышли в холл, направляясь к выходу из дома, Шанна, наблюдавшая за ними, подождала, пока Джейсон запрет дверь, и спустилась вниз, надеясь застать Рюарка одного в столовой. В спешке Шанна надела лишь легкое домашнее платье поверх тончайшей ночной рубашки. Она рассчитывала поговорить с ним наедине и действительно нашла его сидевшим спиной к двери и сворачивавшим на столе чертежи. Он тихо насвистывал какую-то мелодию. Рюарк сунул чертежи под мышку и повернулся, намереваясь выйти из столовой, но остановился как вкопанный, оборвав мелодию в середине фразы. Шанна вошла в столовую. Она с решительным видом посмотрела на Рюарка.
— Черт возьми! — воскликнул он. — Таинственное появление нимфы, покушающейся на мою добродетель! Да к тому же почти раздетой!
Глаза Шанны быстро опустились, и щеки ее покрыл легким румянец, когда она поняла, насколько легкомысленно одета. Торопясь застать Рюарка, она не успела застегнуть платье, и прозрачный батист ночной рубашки не мог ничего скрыть от его взгляда.
— Итак, господин Рюарк, вы явно старались не показываться мне на глаза. Вчера вас не было за обеденным столом.
С этими словами Шанна захлопнула дверь и осторожно шагнула к нему, словно почуявшая добычу голодная кошка, которой хочется полакомиться.
Рюарк рассеянно улыбнулся, но глаза его загорелись при виде щедрой красоты Шанны, нежные груди которой почти не скрывала прозрачная рубашка.
— Я был занят, Шанна. Строительство завершается. Как бы мне ни хотелось быть рядом с вами, я не мог оттуда уйти.
— Ну, разумеется! — с некоторой подозрительностью проговорила она. — Вы даже написали об этом отцу. Это вас вполне устраивало, чтобы не встретиться с другим Бошаном.
— Мадам? — Брови Рюарка поднялись в невысказанном вопросе.
— У вас с ним нет ни одной общей черты. — Шанна чуть откинула голову назад, не спуская глаз с Рюарка. — Действительно ли я мадам Бошан? Или эта фамилия лишь удобное прикрытие для вас?
Рюарк повел плечами.
— Я не имею возможности доказать вам это, Шанна, однако суд, несомненно, проверял мои имя и фамилию. И вы сами, конечно, спросили у добрейшего Хикса мою фамилию, прежде чем увидеть меня, и, таким образом, у меня не было никаких возможностей для выбора. Вы вполне можете считать себя мадам Бошан, но если эта истина вас не устраивает, можете называть себя мадам Рюарк или как вам будет угодно по-другому. Но клянусь вам…