Шанель № 666
Шрифт:
Ремонт у Гарри с Боженой длился уже месяцев восемь. Они упорно пытались сделать из «Старой Сосны» что-нибудь максимально приближенное к замку.
– Ах да, конечно, – Марк вздохнул и печально посмотрел на пол, истоптанный грязными лапами Фредерика.
– Мы поехали, – поспешно сказала я, проследив этот взгляд.
– Удачи.
После свалившегося на нас богатства, мы продали старую машину Марка и купили две новых. Марк надеялся, что такие покупки подвигнут меня научиться водить, но почему-то не подвигло. Я знала, что со своей фантастической рассеянностью вечно буду
Всю дорогу составляли приблизительное меню. Божена самозабвенно произносила длинные, красивые названия кулинарных чудес, кои собиралась явить миру. Хотя эти названия мне совершенно ни о чем не говорили, я согласно кивала, зная, что главным поваром все равно будет Божена, я же, как всегда, стану подсобным рабочим, и не все ли равно, для каких названий крошить капусту…
– Ива, хватит спать наяву.
– А что такое?
– Приехали, вылезай.
Мы находились у дверей самого большого продуктового магазина в городке. По магазинам, особенно продуктовым я ходить ненавижу, но в компании Божены это ужасное мероприятие доставляло удовольствие даже мне. Переходя от прилавка к прилавку, подруга напоминала алхимика, выбирающего ингредиенты для создания Философского Камня. В эти мгновения она была великолепна, прекрасна и грандиозна.
Не хочу сказать, что вообще не умею готовить, умею и очень даже не плохо, но я во всем привыкла полагаться на интуицию, специи определяю на нюх, сыплю на глазок, а Божена такой преступной халатности никогда не допускает. Ей даже известно, куда именно какие пряности следует добавлять.
Пока она священнодействовала, копаясь в овощах, я закупила шампанского и французского вина. Мы с Боженой очень трепетно относимся ко всему французскому…
– Ива! – ее голос извлек меня из бездны воспоминаний о Париже. – Давай отнесем все это в машину!
Она едва удерживала ворох здоровенных пакетов.
– Ты уже все купила?
– Да что ты, я только начала.
Мы отволокли «начало» в машину и вернулись в магазин.
– Так, так, так, – бормотала Божена, погруженная в свой внутренний мир, – для мяса по-французски все взяли, для рыбы в соусе бешамель…
– Бешамель, бешаме му-у-у-учо! – пропела я.
– Не сбивай меня, Ива своими глупостями. Так, для перепелок с шампиньонами тоже все есть… Так, а что же сделать лучше, свинину в пивном тесте или утку с трюфелями?
– С трюфелями? – переспросила я. – С конфетами, что ли? Какая гадость.
– Нет, в данном случае трюфели – грибы.
– Надо же, – удивилась я такой новости. – Тогда давай с трюфелями, пусть все умрут от зависти.
– Сделаем, если найдем их где-нибудь, если нет, пожарим поросенка.
– А на десерт?
– Не беспокойся, я помню. Приготовим ромовый торт и кофейные пирожные, они мне всегда превосходно удавались… да и не забыть китайский салат…
– Будем готовить неделю.
– Не забывай, у нас есть еще Гарри с Марком.
– А вдруг
– Не устроят, не переживай. – Божена еще раз окинула взором прилавки и удовлетворенно кивнула. – Кажется, всё, можем возвращаться.
– Погоди, надо же Марку подарок купить.
– Верно.
С этим справились быстро, приобрели роскошный иллюстрированный справочник по археологии, поддельную «древнегреческую» амфору и букет цветов с лентами.
К нашему приезду любимые мужчины завершили уборку и, наивно полагая, что на этом все законченно, распивали пиво.
– О, наши дамы вернулись, – блаженно заулыбались они.
– Угу, – кивнула Божена – Значит так, в машине восемь пакетов, все, что в них необходимо помыть, почистить и порезать тонкими ломтиками.
Радость на лицах Гарри и Марка померкла, они переглянулись и тяжело вздохнули. Вскоре наша кухня стала похожа на поле битвы при Ватерлоо. Божена колдовала с отрешенным выражением лица, и мы, волей-неволей, прониклись важностью момента.
– Лук! – потребовала подруга, и я едва ли не с поклоном протянула ей мелко нарезанный слезоточивый газ.
– В чем дело?! – прогрохотала колдунья. – Мне нужен лук колечками, а ты мне суешь кубиками!
– Да, да, да! – Гарри поспешно накромсал заветные колечки и протянул супруге.
В это время, мы с Марком, затаив дыхание, медленно резали грибы, изо всех сил стараясь, чтобы кусочки ничем не отличались от эталона, лежащего перед нами.
– Ива, куда ты пашешь такими кусищами! – прошипела Божена. – Ломтики должны быть тонкими, но не настолько тонкими, как у тебя, Марк!
Постепенно мы достигли таких больших успехов, что я стала подумывать о создании собственного небольшого ресторанчика: Божена была бы шеф-поваром, Гарри, Марк помощниками, а я бы приходила вкусно поесть…
– Ива, я не пойму, это у тебя порезанный укроп или порубленные бревна? Немедленно измельчи!
– У Марка еще бревнее, – оправдывалась я, не совсем понимая, куда же еще мельчить.
– Ябеда. А еще жена, называется.
Работа кипела.
Ровно в семь начал сходиться народ с цветами и подарками. Парадный Марк принимал поздравления, рядом, вся из себя разодетая, улыбалась я. «Эх, – подумалось мне, – вот если бы Марк откопал что-нибудь невероятное, исторически бесценное и его бы пригласили на телевидение. И я бы пошла вместе с ним. Он принимал бы поздравления от профессоров, министров и президента, а я бы стояла рядом в роскошном изумрудном платье… или лучше сиреневом, нет, на такое ответственное мероприятие лучше надеть что-то вишневое…»
– Ива! – Марк слегка пихнул меня в бок. – Ты опять уснула? Идем за стол.
Все быстренько расселись-разместились, открыли шампанское, наполнили бокалы.
– У меня есть тост, – сообщил, поднимаясь, Микаэль, и я устроилась поудобнее, потому что его тосты никогда не длились меньше пятнадцати минут.
– Я хочу выпить за моего лучшего друга Марка. А так же за его прекрасную половину Иву. Они замечательные люди, чудесная пара, я искренне желаю им счастья и вечной любви. В тот день, когда я познакомился с Марком…