Шаман
Шрифт:
Он поднялся, взял лампу и поднес ее к лицу Олдена.
— Олден. Послушай меня. Каким ножом Кофф убил ее? Что это было за оружие, Олден?
Но тот так и не открыл глаз. Олден Кимболл сделал вид, что не слышит голоса Шамана.
К утру, когда он коснулся Олдена, то ощутил сильнейший жар. Старик был без сознания. Когда он кашлял, то во все стороны разлетались зловонные мокроты алого цвета. Шаман взял Олдена за запястье, но едва сумел нащупать пульс — сто
Он раздел Олдена и начал растирать его тело спиртом; когда он на миг оторвался от этой процедуры, то увидел, что день уже в самом разгаре. В комнату заглянул Алекс.
— Господи! Он выглядит ужасно. Ему больно?
— Не думаю, что он вообще что-то чувствует.
Ему было трудно рассказать Алексу всю правду, а тому оказалось сложно услышать все это, но все же Шаман не стал от него ничего скрывать.
Алекс всегда трудился бок о бок с Олденом, делил с ним тяготы сложной и грязной повседневной работы на ферме; старик часто давал ему уйму поручений по дому. Олден стал для него залогом постоянства в то время, когда Алекс чувствовал себя безотцовщиной и восставал против родительского авторитета Роба Джея. Шаман знал, как сильно его старший брат любит Олдена.
— Станешь сообщать властям? — спокойно спросил Алекс. И лишь его брат мог понять, какая буря бушует в его душе.
— В этом нет смысла. У него пневмония, и она очень быстро развивается.
— Он умирает?
Шаман кивнул.
— Так будет лучше, — сказал Алекс.
Они сидели и обсуждали шансы на то, что кто-то из семьи Олдена выжил. Никто из них не знал, где мормонка-жена и дети старика, которых он бросил прежде, чем поступить на службу к Робу Джею.
Шаман попросил Алекса обыскать хижину Олдена, и тот отправился выполнять просьбу брата. Когда он вернулся, то лишь покачал головой:
— Три бутылки виски, две удочки и ружье. Инструменты. Всякая мелочь, которую он ремонтировал. Грязное белье. И это. — Он протянул брату какие-то бумаги. — Список, в нем только местные. Думаю, это наверняка список членов Американской партии в этом городе.
Шаман не стал смотреть на него.
— Лучше сожги это.
— Ты уверен?
Тот кивнул.
— Я хочу провесить остаток своей жизни здесь, заботясь о них, как о пациентах. Когда я буду приезжать к ним домой в качестве врача, я не хочу знать, кто из них принадлежал к «партии ничего не знающих», — пояснил он. Алекс понимающе кивнул, после чего унес обнаруженный им список.
Шаман послал Билли Эдвардса в монастырь, чтобы тот передал сестрам имена некоторых пациентов, которых нужно было проведать, и попросил матушку Мириам Фероцию сделать обход вместо него. Сам же ушел спать.
В это время
— Я не хочу хоронить его здесь, на ферме, — сказал Шаман.
Алекс сначала задумался, но потом кивнул.
— Можем отвезти его в Нову. Думаю, среди тамошних мормонов еще остался кто-то из его друзей, — сказал он.
Они отвезли гроб на бричке в Рок-Айленд, а затем погрузили его в плоскодонку. Братья Коулы сели рядом на ящик из-под лемеха. В тот день из Вашингтона отправился в долгое путешествие на запад поезд с телом Авраама Линкольна. И в тот же день на воду спустили лодку с телом одного изменника.
В Нову гроб перенесли на пароходную пристань, и Алекс остался там, чтобы постеречь его, в то время как Шаман съездил в дом престарелых, где объяснил управляющему цель их приезда.
— Олден Кимболл? Не знаю такого. Вам нужно спросить разрешения у миссис Бидамон, чтобы похоронить его здесь. Ожидайте. Я спрошу ее.
Он вскоре вернулся. Вдова проповедника Джозефа Смита сказала ему, что помнит Олдена Кимболла как преданного мормона и иммигранта, а также дала свое разрешение на его похороны на местном кладбище.
Маленькое кладбище располагалось на территории приюта. Реку отсюда не было видно, но кто-то разбил здесь сад, да и за газоном явно следили. Двое крепких мужчин вырыли могилу, и Перли Робинсон, который был старейшиной этой общины, долго читал что-то из Книги мормонов, пока тени от деревьев не стали длиннее.
После церемонии Шаман заплатил общине за услуги. Похороны обошлись ему в семь долларов, включая четыре доллара пятьдесят девять центов за сам участок.
— Еще за двадцать долларов я могу заказать ему хорошее каменное надгробие, — предложил Робинсон.
— Хорошо, — сразу согласился Алекс.
— В каком году он родился?
Алекс покачал головой.
— Мы не знаем. Пускай просто выгравируют: «Олден Кимболл. Умер в 1865 году».
— Вот еще что… Можем под этим выгравировать «святой».
Но Шаман взглянул на старейшину и покачал головой.
— Просто имя и дату смерти, — сказал он.
Перли Робинсон сказал, что им придется подождать судно. Он поднял красный флаг в знак того, что здесь есть пассажиры, и совсем скоро они уже сидели на палубе под палящим солнцем, которое заходило над Айовой в кроваво-красном небе.
— Как думаешь, почему он ушел от «ничего не знающих»? — спросил наконец Шаман.
Алекс сказал, что этим он не слишком удивлен.