Шагай, пехота !
Шрифт:
После гибели старшего лейтенанта Степанова я был назначен начальником штаба полка. Дел и забот, естественно, прибавилось. Но работы я не страшился: четыре месяца в должности ПНШ многому меня научили.
Но мое повышение по службе было омрачено тяжелой для всех нас утратой. Погиб, как солдат на боевом посту, командир полка подполковник Сергей Дмитриевич Васильков. Выходец из рабочей семьи, оп всю свою сознательную жизнь посвятил делу служения рабочему классу. Семнадцатилетним юношей Васильков вступил в красногвардейский отряд и с оружием в руках защищал свободу и независимость молодой советской республики, с 1919 по 1921 год состоял в личной охране В. И. Ленина.
Новым командиром полка был назначен майор И. Ф. Хильчевский, который до этого командовал 1155-м стрелковым полком нашей дивизии.
Самым радостным событием в декабре для нас, фронтовиков, как и для всех советских людей, было, конечно, контрнаступление Красной Армии под Москвой, начатое 5 декабря. Оно продолжалось свыше месяца, и каждый день мы слышали по радио, узнавали из газет все новые и новые наименования подмосковных сел и городов, освобожденных от врага, а 16 декабря гитлеровцы были выбиты из Калинина, над которым снова взвился красный советский флаг.
Все мы восхищались стойкостью и мужеством защитников столицы, сумевших отбросить гитлеровцев от ее пригородов за пределы Московской области.
На нашем же участке фронта противник, сильно укрепившийся на западном берегу реки Миус, до конца декабря активных действий не предпринимал, ограничиваясь редкой артиллерийской, минометной и ружейно-пулеметной стрельбой, иногда проводя одиночными самолетами разведывательные облеты наших позиций.
* * *
Новый, 1942 год 343-я стрелковая дивизия встретила, удерживая свои позиции на рубеже Курлатская, Абрамовка.
Помнится, стояли в те последние дни декабря и первые дни января на редкость сильные для тех мест морозы с частыми снегопадами и вьюгами. Но нам было тепло не только потому, что все получили добротное зимнее обмундирование. Согревало нас и сердечное тепло наших дорогих земляков-ставропольцев, приславших в полк новогоднее письмо-поздравление. "Знайте, боевые товарищи, говорилось в письме, - что все наши дела и мысли всегда вместе с вами. Каждый ставрополец самоотверженно трудится на своем посту и в любую минуту с оружием в руках готов пойти на фронт, чтобы вместе с вами до последней капли крови защищать социалистическое Отечество..." Далее сообщалось, что бывшие красные партизаны и красногвардейцы Ставрополья, Терека и Кубани призвали трудящихся края создавать добровольческую кавалерийскую дивизию для отправки на фронт.
Ставропольцы, как известно, выполнили свое обощание. Кавалерийские части терских и кубанских казаков старших и младших поколений пополнили 2-й кавалерийский корпус генерал-майора Л. М. Доватора, геройски погибшего под Москвой 19 декабря и посмертно удостоенного звания Героя Советского Союза. А из газет и радиопередач нам было в ту пору уже известно о дерзких рейдах конников Доватора по тылам противника. Бесстрашные воины крепко громили немецко-фашистских захватчиков.
6 января 1942 года 343-я стрелковая дивизия получила приказ передать свой рубеж обороны другому соединению и перебазироваться в Ростов-на-Дону для до-укомплектования. Однако уже во второй половине января новый приказ круто изменил очень недолгую, более или менее спокойную, без взрывов и выстрелов, даже непривычную для фронтовиков тыловую жизнь. Дивизия была срочно переброшена эшелонами по железной дороге до станции Кучемовка (восточнее города Купянска).
Оттуда, не задерживаясь, мм совершили марш в район Балаклеи северо-западнее
Командному составу полка было известно, чем продиктовано такое развитие событий. Разгром немцев под Москвой, Тихвином, а чуть раньше под Ростовом создал благоприятные условия для наступления советских войск на юге. Командование Юго-Западного направления с одобрения Ставки Верховного Главнокомандования начало перегруппировку сил, сосредоточивая их на дальних подступах к Харькову. В январе - феврале намечалось провести ряд наступательных операций, используя в них доукомплектованные части и соединения, имеющие боевой опыт.
В конце января наш полк занял оборону на рубеже Красная Гусаровка, колхоз "Первое Мая", Шуровка.
Это совпало с опубликованием Указа Президиума Верховного Совета СССР о награждении большой группы советских бойцов и командиров за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом доблесть и мужество. Среди них были и наши воины. Ордена Красного Знамени был удостоен командир батальона лейтенант Ф. П. Письменский, ордена Красной Звезды - комиссар полка С. X. Ибрагимов, которому недавно было присвоено воинское звание батальонный комиссар, медали "За отвагу" - лейтенант А. С. Даутов, красноармейцы В. П. Литвинов, А. Н. Уваров и другие.
Обстановка была напряженной. Ни один день не обходился без стычек с врагом, без перестрелки или артиллерийской дуэли. Отбивая атаки противника, мы и сами нередко переходили в контратаки.
Теперь ко мне, как начальнику штаба полка, стекалась вся информация из подразделений о боевых действиях, поэтому я был всегда в курсе событий и знал обо всех отличившихся в схватках с врагом бойцах, командирах, политработниках.
Высокой похвалы заслуживали бронебойщики полка. Мы воочию убедились, что советские противотанковые ружья - эффективное средство в борьбе с вражескими танками. Умело командовал ротой противотанковых ружей лейтенант П. Овчинников. Каждый бронебойщик отлично знал слабые, уязвимые места вражеских танков. Особенно отличились в этих боях красноармейцы Данилевский, Березовский, Гусейнов, Коврышкин. На их счету было по нескольку подбитых вражеских машин.
Пять суток почти без перерывов шли бои. Гитлеровцы яростно сопротивлялись. Некоторые населенные пункты не раз переходили из рук в руки.
При штурме села Кисели в тяжелом положении оказался 1-й стрелковый батальон. На него навалились, атакуя во фланг, два батальона вражеской пехоты, поддерживаемые танками. Но комбат Николай Абухов, только на днях получивший звание "старший лейтенант", не растерялся. Он быстро развернул роты и сам ударил во фланг гитлеровцам, что было для них полной неожиданностью. Воспользовавшись замешательством фашистов, воины ворвались в село и, не давая противнику опомниться, овладели его северной окраиной.
Затем полку была поставлена задача продвинуться на северо-восток, выйти на правый берег Северского Донца и освободить населенный пункт Геевка. Батальоны сосредоточились в урочище Плоском. Бойцы залегли в глубоком снегу. А мороз ударил под тридцать градусов. И только мы собрались двинуться вперед, как в небе появилась дюжина немецких пикирующих бомбардировщиков Ю-87. С воем они круто пикировали, сбрасывали бомбы, выходили в горизонтальный полет метрах в 200 - 300 от земли и поливали нас из пулеметов. Правда, летчики вели огонь больше для устрашения, а бомбы сбрасывали тоже не особенно точно, поэтому потери в полку были сравнительно небольшие.