Схаас
Шрифт:
Изнутри замок оказался довольно уютным. Клахар подозвал пару служанок, отдал приказания и ушел с первой; вторая провела людей в южное крыло замка. Там уже была подготовлена комната с широкой низкой кроватью, застеленной мехами, в смежной ожидали гостей две бадьи с горячей водой. Служанка жестами показала, как с чем обходиться, и удалилась.
— Идем мыться, — сказала Истер.
— Может, просто отоспимся? — предложил Длинный Лук, примериваясь, как бы повалиться на лежанкув полном доспехе.
Весь вид его выражал предельную усталость, но юная ведьма понимала, что дело не в этом.
— Хотя бы разденься, — сказала она.
— Еще чего, — хмыкнул Длинный Лук и рухнул-таки на меха. — Терять столько времени, вместо того чтобы спать!
Улыбка его казалась честной… да нет, она и была честной. Доспехи Рота не так просты, они ловко подстраиваются под хозяина и никогда не дадут ему самому заподозрить неладное. Что ж, у Истер был один безотказный способ. Нарочито сладко потягиваясь, она стянула с себя куртку и распустила тесьму на рубашке, небрежно шевельнула плечом, оголив его. Потом присела рядом с Длинным Луком и впилась в его губы страстным поцелуем.
— Дорогой, мне будет скучно мыться одной, — прошептала она.
В глазах Длинного Лука блеснул огонек. Она снова поцеловала его и легонько потянула к себе:
— Идем. Мы еще никогда не делали этого вместе, а я так соскучилась по твоему телу…
И эти слова, задуманные как ложь, вдруг перестали быть ложью.
— Помоги мне раздеться, — попросила она.
Какое-то время спустя служанка вновь открыла дверь и, старательно прогоняя с мордочки гримасу отвращения, которое вызывал у нее вид нагих людей, поставила на низкий столик у кровати поднос с дымящимся мясом, после чего, глядя в правый верхний угол комнаты, принялась усердно ломать язык:
— Хозяин, Клахар… э-э, поросил, э-э… бычь шараз чщас. Учуннь.
— Идж'бэ, — кивнула Истер. — Б'шура с'хыга н'бишу.
На мордочке служанки смешались неизбежная покорная улыбка и лютая обида, будто она намеревалась с натянутой вежливостью поинтересоваться, чего же ради она с такими трудами зубрила непроизносимую английскую фразу. Ничего подобного она конечно же себе не позволила, молча поклонилась и ушла.
— Чего там Клахар «поросился»? — спросил вожак Вольницы.
— Хозяин Клахар очень просил нас быть у него через час, — «перевела» Истер.
— Он что, приказывает?
— Нет, милый, что ты, это только просьба…
Она лежала у него на плече, ей было тепло и спокойно. Длинный Лук, глядя в потолок, наматывал на палец локон ее волос и размышлял вслух:
— Просьба, как же… Ты уверена, что он подходящий союзник? Точно ли у него есть причины повиноваться нам?
— Когда я поговорю с ним, ты увидишь, что да, — отозвалась Истер. — Этот разговор все решит, но я уже о многом догадываюсь. И если я права, то он как раз тот, кто нам нужнее всего. Именно Клахар поведет орков на землю… Когда ты приказал Зеленой Вольнице выдвигаться к Рэдхэндхоллу? — спросила она и, поднявшись, перенесла поднос с едой на лежанку.
Длинный Лук посчитал на пальцах и сказал:
— Не позднее сегодняшнего дня. Завтра они соберутся у опушки Ленгвуда, потом пройдут на юго-восток, до Дримхиллз. Это будет пятый день, и, если я к тому времени не вернусь, на шестой
— Мы должны успеть к этому времени, — кивнула Истер. — В крайнем случае войско Вольницы рассеется в Ленгвуде, а гвардия графа, уверенная в легкой победе, будет разбросана по округе.
— Ты не очень-то ценишь нашу армию, — нахмурился Длинный Лук.
— Я по достоинству ценю графа, — парировала Истер. — Да и не хочу я, чтобы Вольница теряла людей, им же лучше будет, если они вовремя отступят. Нам важно, чтобы орки быстро захватили слабо защищенный замок. Но помни: вести орков будешь ты, и ты будешь следить, чтобы они не вздумали попусту убивать людей, чтобы даже не думали о грабежах и разбое по деревням. И замок, и бонды пока что нужны нам самим.
— Вот это меня и тревожит, — позволил себе усомниться Длинный Лук. — Я даже их языка не знаю, как я смогу командовать орками? Ладно, я внушу ужас Клахару и другим вождям, какие попадутся, но как я за ними услежу?
— Сильной рукой и королевским взглядом! — улыбнулась Истер. — Вот для этого нам и нужен Клахар, и нам нельзя терять ни единой возможности узнать его получше. Так что теперь доедаем — и к нему. Слушай, а ведь недурно орки готовят, а?
И впрямь, сочное мясо обладало нежным вкусом, к тому же оно было приправлено накрошенными сухими корешками, дававшими остроту, а также тонко порезанными, частично прожаренными, частично свежими не то стеблями, не то листьями, от которых мясо делалось особенно душистым. Были там еще какие-то упругие луковицы и топленое масло, а также темные горошинки (как выяснилось, несъедобные, положенные для аромата в соус). Кроме этого блюда поднос украшали сладкие корешки и крупные ягоды — почти совершенно безвкусные, зато сочные настолько, что ими можно было напиться после еды.
Истер представила себе цену этого угощения в нищем мире и поняла, что накормили их с истинно королевской щедростью.
Стали одеваться. О чистой одежде хозяева тоже позаботились заранее: пока гости мылись, их старую одежду унесли, оставив вместо нее шерстяные штаны и рубахи, меховые накидки и обувь. Длинный Лук, как и следовало ожидать, потянулся к доспехам.
— Зачем они тебе сейчас? — изобразила недоумение Истер. — Оставь!
— Пусть не забывают, кто я такой, — ответил Длинный Лук, прилаживая наголенники.
Веский аргумент, ничего не скажешь… Истер подошла, опустилась перед ним на колени и коснулась его рук.
— Они и так знают, уж во всяком случае Клахар, ведь он видел тебя в бою. А еще он знает, как наследие Рота умеет подчинять себе владельцев. Ты прав, дорогой, нам нужно поддерживать уважение орков к себе, а лучше всего это сделать через Клахара. Я клянусь тебе: ничто так не повлияет на него, как то, что ты легко можешь обходиться без доспехов.
— Легко? — переспросил Длинный Лук. Лицо его выдавало потерянность и озлобленность одновременно, но руки к застежкам не тянулись. — В этом волчьем логове? Меня не оставляет желание ходить здесь в полном доспехе постоянно: пусть привыкают трепетать от ужаса, лишь завидев меня вдали.