Сгорая дотла

Ли Адриана

Четвертого июля я попросил ее встретиться со мной на берегу. Приехав, она посмотрела на недавно вычищенный участок на вершине холма с видом на залив и перевела на меня вопросительный взгляд.

– Я решил построить нам дом, - сказал я, усмехнувшись, и достал из заднего кармана план дома, развернув его. Ее рот открылся, и она устремилась ко мне.

– Ты с ума сошел?
– Взяв мое лицо, Оберн поцеловала меня.

– Да, сошел. Из-за тебя, - пробормотал я между поцелуями. Покусывая губы Оберн, я исследовал руками плавные изгибы ее тела, желая по-настоящему почувствовать ее после истощения последних шестнадцати недель. Опустившись на колени, я потянул ее за собой, не прерывая поцелуя. Мне было плевать

на слабость мышц и усталость, плевать на потерю тринадцати фунтов и болезненную реакцию на солнце. Каждый раз оказываясь под яркими лучами, я чувствовал, как тысячи иголок вонзаются в мое истощенное тело, несмотря на слой солнцезащитного крема и рубашку с длинными рукавами.

– Рид?
– спросила она, когда я толкнулся своей эрекцией ей между ног.

– Ты нужна мне, - пробормотал я, целуя ее шею.

– Ты готов?
– произнесла она, гладя меня по голове.

– Я был готов еще семь месяцев назад, - прорычал я, просовывая руку между нами и дотягиваясь до шва ее шорт. Отстранившись, она посмотрела мне в глаза, ища в них что-то, и очевидно найдя, подарила мне поцелуй и выскользнула из под меня.

– Ложись, - промурлыкала она, снимая майку и демонстрируя свою полную грудь, скрытую под красным кружевом лифчика. Мой член болезненно дернулся, когда ее соски, обдуваемые легким ветерком, напряглись под прозрачной тканью.

Я лег на траву, и Оберн подползла ко мне с горящими похотью глазами, которую скрывала от меня последние месяцы для моего же блага. Каждый раз, выходя из душа в одном полотенце, она убивала меня, в то время как мой член был слишком слаб, чтобы даже мечтать о чем-то большем. Но теперь я был готов.

Оберн скользнула вверх по моему телу, расстегивая ширинку, и запустила руку под грубую ткань моих джинсов. Когда она коснулась члена, мое тело взорвалось смесью отчаянного удовольствия и пульсирующей боли. Я протянул к ней руки, расстегивая пуговицу на ее шортах и спуская их вниз по бедрам. Никаких трусиков.

– Как красиво, - простонал я, скользя руками вниз-вверх по ее шелковистой коже. Скинув шорты, она стянула с меня джинсы и освободила твердую, как камень, эрекцию. С улыбкой на губах Оберн ласкала мой член, наблюдая, как он отвечает на ее прикосновения. Оставив нежный поцелуй на головке, она дотянулась до моих губ. Я запустил руки ей в волосы и крепко прижал к себе, исследуя языком ее рот. Расположив мой член у себя между бедер, она целовала меня, едва опускаясь на него и потираясь клитором о головку. Эти дразнящие прикосновения сводили меня с ума.

– Ты взял презерватив?
– прошептала она между поцелуями, упираясь своим горячим входом в мою плоть.

Я покачал головой, задыхаясь от того, что все может прекратиться, когда я так отчаянно желал соединиться с ней.

– Доктор сказал, что химия снижает количество жизнеспособных сперматозоидов.
– Я выгнулся, толкаясь в нее бедрами.
– Думаю, мы в безопасности.

– Ммм...
– простонала Оберн, продолжая скользить бедрами взад и вперед, пока я не поймал ее, заставляя остановиться, чтобы, наконец, войти в нее. Моя голова откинулась назад, а из горла вырвался низкий стон. Эндорфины атаковали мой мозг, пока она двигалась сверху, ее руки обвились вокруг моей шеи, а губы скользили вдоль горла. Намотав на кулак ее волосы, я заставил Оберн откинуться назад, чтобы заполучить вид на обнаженное тело, по которому так сильно скучал. Мои бедра двигались в карающем ритме, трахая ее быстро и жестко и делая с ней то же, что и всегда. Положив руки мне на грудь, она наклонилась к моему уху.

– Ты в порядке? – прошептала она. Я готов был бросить собственное сердце к ее ногам. Она волновалась, что мое тело может не выдержать таких нагрузок после химии. Я же волновался, что мое тело не выдержит и дня без нее.

– Лучше не бывает.
–

Я провел губами по ее уху, опустив руки ей на талию. Мои ладони прошлись по ее спине и остановились на бедрах. Она стала двигаться медленнее, и, почувствовав напряжение в мышцах от такой интенсивной нагрузки впервые за долгое время, замедлился и я. Она кружила мягкими губами вокруг моих сосков, обводя пальцами заметно выступающие бедренные косточки. Моя рука скользнула ей между ног, и я принялся массировать маленький бугорок, пока она целовала меня, двигаясь в чувственном ритме. Вскоре ее ноги напряглись, руки сжались в кулаки, и она стала сжиматься вокруг моего члена медленными сладкими волнами, приближая меня к собственному оргазму. Со слезами на глазах, я излил всю любовь, пульсирующую в моем теле, в ее лоно. Она вдохнула в меня жизнь, и наконец я мог ответить ей тем же. Сейчас мои надежды на совместное будущее с Оберн были сильнее, чем когда либо.

Я бесконечно любил ее. И эта любовь заполняла каждый уголок моего окрыленного сердца. Она научила меня ценить каждое мгновение, наполняя его жизненным смыслом.

Эта мысль привела меня в ювелирный магазин неделю спустя. Именно по этой причине я купил ей кольцо.

Наконец-то, наше время пришло.

Глава 30

 

Одним влажным августовским утром мы с Оберн с нетерпением ждали подрядчика, который должен был вспахать наш небольшой уютный участок в форме треугольника. На часах было девять утра, когда мы, затаив дыхание, смотрели на экскаватор, готовый вырыть первую траншею. Зубы массивного механизма вгрызлись в мягкую землю под наши радостные возгласы и аплодисменты. Оберн провела рукой по моей колючей голове, целуя меня и улыбаясь сквозь слезы. Я крепко обнял ее в ответ, слегка покачнувшись.

– Ты в порядке?
– Она схватила меня за руку, пронзительно глядя мне в глаза.

– Лучше не бывает.
– Я поцеловал ее в кончик носа.
– Просто нужно немного воды. Эта влажность меня убивает, - сказал я, вытирая пот со лба.

– Вот.
– Она протянула мне бутылку с водой.
– Выпей все, у тебя должно быть обезвоживание.

Я улыбнулся, открыв крышку.

– Чему ты улыбаешься? – спросила она, упираясь рукой в бедро.

– Просто подумал, что ты однажды станешь прекрасной мамой. – Я подмигнул ей, поднося к губам бутылку с прохладной водой.

– Оу, - удивилась Оберн, и ее рот очаровательно округлился. Я пил большими глотками, наблюдая, как она отворачивается, склонив голову.
– Значит... дети, ты хотел бы детей?
– Она медленно перевела на меня взгляд своих глаз.

Допив, я сделал шаг к ней, сокращая дистанцию между нами.

– Я жду не дождусь, когда у нас появятся дети, - прошептал я, кладя руку на ее плоский живот. Она на мгновение опустила глаза, прежде чем медленная улыбка озарила ее лицо. Ноющая боль появилась в моей груди, но я продолжал с растущей улыбкой смотреть, как солнце омывает загорелые щеки Оберн, заключая ее шелковистые волосы в радужный нимб.

Мир вокруг покачнулся и завораживающие карие глаза Оберн с ужасом распахнулись, когда тишину взорвал треск пластиковой бутылки в моем кулаке. Упав на колени, я схватился за грудь, и мое сердце охватило адское пламя.

– Рид!
– Она упала следом за мной, держа мое лицо в ладонях и вглядываясь мне в глаза.

– Вызови скорую, - прошептал я, и мое сердце замедлилось до неестественного ритма.

– Дыши, просто дыши, - повторяла она, ища телефон.
– Просто дыши. Я так сильно люблю тебя, пожалуйста, дыши. Просто дыши.
– Это были последние слова, которые я услышал, прежде чем мои мышцы расслабились, и я понял, что падаю. Но это было не то чувство легкости, что я испытал, когда она снова вернулась в мою жизнь, это было падение в никуда.