Сгорая дотла

Ли Адриана

– Бедный ублюдок, - прошептал я. Сарказм в моих словах как нельзя лучше демонстрировал мое отношение к их расставанию.

– Не думаю, что его это особо заботило.

– Потерять тебя? Как это может не заботить?

Она пожала плечами, прежде чем ответить.

– По слухам он трахнул капитана волейбольной команды. Но мне все равно.

– Вот дерьмо. Тебя расстроила его измена?
– Я накрыл ее руку своей и переплел наши пальцы.

– Я уже говорила тебе, что между нами не было ничего серьёзного. Мы встречались всего пару

месяцев. Просто пришло время, даже несмотря на…, - она указала на пространство между нами, - все это.

– Что ж, не стану лгать, говоря, что я сожалею, - я поймал зубами раковину ее уха и легонько потянул за краешек. – Здесь у меня есть свои эгоистические интересы.

– И что же это за интересы?
– промурлыкала она и выгнула шею, открывая мне более интимный доступ.

– Ты. И все, что с тобой связано, - Оберн вздохнула, и прежде чем она успела что-то ответить, я потащил ее за собой вдоль ряда припаркованных машин вниз по маленькой тропинке, подальше от веселящейся у костра компании. Мое сердце громко стучало, а кровь пульсировала от возбуждения.
– Что бы ты сказала им, если бы они увидели нас вместе?
– прошептал я, когда мы остановились у разросшегося клена, чьи ниспадающие ветви скрывали нас от лишних глаз.

– Не знаю, - сказала она, отводя взгляд. Она явно выпила. В ее глазах было что-то еще, кроме того задорного блеска, к которому я привык. И это делало ее еще более кокетливой, сексуальной и смелой. От такой Оберн кровь в моих жилах устремилась к одному единственному месту, о котором я мог сейчас думать.

– Это заводит тебя?
– Я развернул ее лицом к костру, прижав спиной к своей груди, ее тазовые кости уперлись в гладкий ствол упавшего дерева.

– Рид, - простонала она, качая головой. Снова это невыносимо-идеальное противоречие. Ее слова говорили одно, а тело - совершенно другое.

– Думаю, эти хриплые нотки в твоем голосе означают да, - прошептал я ей на ухо, касаясь носом гладкой кожи на шее. Держа в руках ее бедра, я плавно раскачивал ее взад-вперед, давая понять, насколько сильно я был возбужден.
– Тебе не стоит находиться здесь со мной, Оберн Лоуренс.

– Ммм...
– промурлыкала она, когда я прижался своей эрекцией к ее попке.
– Поезд уже уехал, Рид.
– Она флиртовала. Иисусе. Я обожал флиртующую Оберн. Я с легкостью мог представить распутный блеск в её глазах, сопровождаемый этими хриплыми, с придыханием стонами. Она была живым воплощением греха.

Я развернул ее, не выпуская из рук, и прижал к своему телу - твердость напротив мягкости. Когда я, не в силах противостоять, запустил руку ей в волосы и потянул, мой член болезненно подпрыгнул, упираясь в джинсы.

– Посмотри на них, Оберн, посмотри. Ты должна быть с одним из них.
– Я заметил дрожь, пробежавшую по ее телу от моих слов, пока мы наблюдали за дюжиной ребят, веселившихся у пламени костра.

До нас донесся взрыв смеха, и один парень, в котором я узнал короля бала выпускников, позвал Оберн.

– Оберн!
–

прокричал он, и их компания в очередной раз зашлась в приступе смеха. Сделав пару глотков пива, он снова позвал ее, - Оберн! Ты нужна здесь! – они начали истошно вопить, после чего затихли, вероятно, переключившись на другую тему.

– Почему?
– Она развернулась, чтобы увидеть меня.

– Я – не лучший для тебя вариант, - прошептал я и поцеловал ее нежную кожу на стыке ключицы и шеи.
– Я хочу сделать с тобой очень плохие вещи. – Мой язык коснулся прохладной кожи Оберн.

– А что, если я хочу, чтобы ты сделал со мной эти вещи?
– Она выгнула шею, открывая мне лучший доступ.

– Это неправильный ответ.
– Мои руки блуждали по ее телу, изучая мягкие изгибы под хлопковой тканью. Она поддалась натиску физического желания и запустила руки мне в волосы.

– Знаешь, я верю в то, что поступать правильно, не всегда так уж важно.

– Господи Иисусе, Оберн. Мы играем с огнем, - прорычал я, в то время как мои руки сжимались и разжимались вокруг нее. Тонкие, как паутинка, нити моего самоконтроля начали медленно и методично обрываться одна за другой. Она отвела взгляд, сжав губы в тонкую линию.
– О чем ты думаешь?

Ее темные глаза встретились с моими.

– О том, как хочу, чтобы ты трахнул меня.

Каждое слово было словно электрический заряд, проникающий прямо в мои яйца. Я едва держался на ногах.

– Это последнее, что я сделаю, - прорычал я, дразня носом ее ушко.

– Почему?
– прошептала она, вцепившись пальцами мне в плечи. Я снова зарычал, когда она стала извиваться, зажатая между мной и упавшим деревом.

– Хочу быть уверен, что ты будешь трахаться со мной, а не с учителем, на которого мастурбировала с шестнадцати лет.
– Весь воздух разом покинул ее легкие, и единственным звуком в пространстве между нами был ее резкий вздох.

Ее глаза блестели от злости и ненависти, но это было невероятно сексуально.

– Ты придурок, - сказала она, оттолкнув меня.
– Как ты мог вообще подумать, что нравишься мне не за то, кто ты есть?

– Тише.
– Я мельком посмотрел на толпу за деревьями.

– Да пошел ты, - прошипела она.

– Так я и сделаю, если ты успокоишься, - рявкнул я.

– Ты высокомерный идиот, - выпалила она. – Знаешь, что? Ты прав. Нам не стоит этого делать. Все равно ничего не выйдет.

– Оберн, - я протянул руку, чтобы успокоить ее.

– Нет. Я уже и так увязла в тебе.
– Она покачала головой. – Нужно покончить со всем этим.

– Подожди!
– Я потянулся к ее руке, когда она прошмыгнула мимо.

– Нет.
– Оберн повернулась, и ее взгляд упал на мою руку, сжимающую ее предплечье. Посмотрев мне в глаза, она тихо сказала, - Мы очень близки, между нами определенно есть какая-то химия, но это все… - она опустила взгляд, прежде чем сделать шаг назад, и покачала головой, - В этом нет смысла, Рид.