Шрифт:
Предисловие
Каждый из нас появляется на свет крохотным младенцем, по внешнему виду которого в момент рождения невозможно определить, кем мы станем, когда превратимся во взрослых людей. Только намного позже, потом, постепенно взрослея день за днём и познавая наш многосложный мир, мы и только мы сами решаем, какой дорогой пойдём и какую сторону, добра или зла, выберем.
А теперь представьте, что мы с вами перенеслись на двадцать пять лет назад и наблюдаем только что родившегося мальчика, издающего забавные крики, как и положено новорождённому, при знакомстве с незнакомой ему обстановкой, показавшейся
Большие карие глазки, милый курносый носик, минимум волос на голове. «С виду обычный мальчик обычных родителей!» – скажете вы. Но я позволю с вами не согласиться, сразу уточнив, что в истории, которая изложена ниже, пойдёт речь о человеке насколько противоречивом, настолько и обладающем удивительными способностями творить невозможное для нас, простых смертных. Человеке, искушаемом намного больше, чем мы с вами. Человеке, всегда находящемся у невидимой развилки добра и зла. Человеке-маге.
Вы скажете, что волшебства не существует, ведьм и колдунов давно уже нет, а мир драконов придумали мечтатели. И я соглашусь с вами насчёт драконов и о волшебстве спорить не стану, просто расскажу одну историю, в которую кто-то поверит, а кто-то нет!
Я не стану выдумывать особенный мир волшебства и магии, а поделюсь историей жизни того самого человека, рождённого двадцать пять лет назад, который, возможно, сейчас живёт с вами по соседству, здоровается с вами каждое утро, и кого вы встречаете, не догадываясь о его способностях, стоя в очереди возле кассы магазина или прогуливаясьпо аллее в парке.
Возможно, он так же, как и мы с вами, спешит утром на работу и уставший возвращается обратно домой в переполненном людьми общественном транспорте, мечтая о скорейшем наступлении отпуска; кого-то любит, а кого-то ненавидит, ему тоже бывает радостно и грустно.
Но совершая ежедневно знакомый нам выбор между добром и злом, сообразным его особенным талантам, наш герой точно знает, что никто из нас не рождается монстром, потому что, это только наш выбор кем нам быть: добрым волшебником или злым колдуном.
Рассуждая о вечном, он незаметно для себя доезжает до своей остановки и спешит поскорее укрыться у себя дома, где на пороге его встречает некто, с любовью и заботой вглядываясь в его уставшие глаза, даря ту крохотную искорку тепла, которой магу достаточно, чтобы назавтра вновь устремиться в людском потоке навстречу судьбе, даря людям надежду.
Итак, провинциальный город, наши дни, канун прошлого или позапрошлого лета…
Часть первая. Нелюбимая работа
Глава 1. Светлана «Крабовна»
Деловая жизнь Иннокентия, двадцатипятилетнего кареглазого шатена среднего роста с невполне выразительной внешностью, протекала в основном размеренно, не считая времени наступления ежемесячных отчётов, когда шеф и по совместительству хозяйка агентства оказания «не совсем понятных» услуг – Светлана Марковна —вызывала его в свой кабинет, где раз в месяц, как уже многие из вас могли догадаться, устраивала ему «выволочку», по долгу отчитывая молодого специалиста и заодно повышая его профессиональный опыт.
Вот и сегодня, когда очередной календарный месяц года близился к завершению, Иннокентий ещё одним, дарованным ему чувством ощущал приближение нового урагана, которому безуспешно силился присвоить уровень сложности, понимая, что его «месячные деяния»,
– Иннокентий, немедля к Светлане Марковне! —молодой человек услышал повергшие его в шок и трепет слова прежде, чем увидел вбежавшую в их кабинет запыхавшуюся очаровательную Софи, секретаря директора агентства.
– Софи, у меня тут пару важных звонков нужно сделать, это займёт всего пять минут! – он пытался отстрочить неизбежное, но взгляд Софи был неумолим, ведь в эти секунды решалось, кто: он или она —попадут под неумолимый, как асфальтный каток, гнев Светланы Марковны. – Ладно, сейчас, – обречённым голосом пробормотал Иннокентий, как можно медленнее поднимаясь со своего рабочего места. Он ещё раз с надеждой посмотрел на своих коллег-девушек, но те по-прежнему продолжали делать вид, что заняты какой-то очень срочной работой. И тогда молодой человек, выйдя следом за Софи в коридор, неуверенным шагом побрёл по нему в сторону тупика, где впереди замаячила вывеска, выбитая белыми буквами на чёрном, словно могильный обелиск, граните: «Смелее, как же я вас уже заждалась!»
Парень с сожалением подумал о скоротечности быстро закончившегося коридора до дверей с гранитной надписью, а Софи, тем временем тихонько постучав в дверь и услышав «железное» «Да!», приоткрыла дверь и чётко, почти по-военному, сообщила хозяйке кабинета об ожидании в приёмной вызванного директором работника, после чего впихнула не особо желавшего попасть внутрь Иннокентия и стремительно, со вздохом облегчения закрыла за ним дверь снаружи, оставив того наедине со своей судьбой.
Светлана Марковна – молодая красивая «жгучая» брюнетка тридцати с небольшим «хвостиком» лет, одетая в деловой костюм чёрного цвета и кипенно-белую блузку, стояла возле большого окна, через которое с непроницаемым лицом наблюдала кипучую жизнь внизу на проспекте возле делового центра. И, когда она увидела вошедшего с виноватым и чуть испуганным выражением Иннокентия, лицо Светланы Марковны как-то сразу преобразилось, наполнившись блаженством в предвкушении незабываемой встречи с подчинённым. Её ноздри начали нервно непроизвольно, подрагивая, расширяться, словно у вороного жеребца в ожидании стремительной скачки, тонкие длинные брови поползли вверх, а в бездонных карих глазах брюнетки заполыхал такой жаркий огонь, чья плавильная работа сейчас могла с лёгкостью «растопить» не одну тонну разной степени драгоценности металла.
– Иннокентий, ангел наш сизокрылый! А я уже все глаза проглядела! Где же ты?! Вот и Софи говорю: «Уж, не соизволит ли мой многоуважаемый подчинённый, наконец, осчастливить своего руководителя и заглянуть в эту скромную обитель?!» Ну что ты такой нерешительный, скорее присаживайся, может, кофе?! – нежным, почти бархатным голоском произнесла Светлана Марковна, с участием обратившись к сотруднику своего агентства, что послужило для Иннокентия сигналом неторопливо, почти как в замедленном видеоповторе, совершить попытку приземлиться на один из стоящих рядом со столом директора стул.