Сфера
Шрифт:
— Ты говоришь, как Дональд Дак, — сказал Норман и засмеялся. Он и сам пищал, как Диснеевский персонаж.
— Говори за себя, Микки, — пискнул Тед.
— Я аккккуратттный… я делллаю пудддинг, — сказал Норман. Оба веселились, слыша собственные голоса.
— Кончай балдеж, парни, — сказал Барнс. — Шутки в сторону.
— Да, кэп, — сказал Тед, но его голос стал таким невнятным, что они снова заржали. Их жестяные голоса походили на звуки школьниц, шалящих в стальной трубе — гелий сделал
— Холодно? — спросил Барнс.
Они и в самом деле продрогли… Норман видел, как дрожит Тед и чувствовал, что его собственные ноги покрываются гусиной кожей. Словно бы их пронизывал ветер — вот только никакого ветра здесь не было — их охлаждал гелий.
Тед что-то сказал, но Норман уже был не в состоянии разбирать его тонкий писк.
— Пищите, как пара крыс, — с удовлетворением отметил Барнс.
Тед покосился на репродуктор и что-то пискнул.
— Переговорники под сиденьем, — сказал Барнс.
Норман открыл металлический сундучок — металл заскрипел, точно мел по школьной доске. Внутри лежали два черных пластиковых пакета с ремешками для шеи.
— Наденьте. Подушка должна находиться у основания горла.
— О'кэй, — сказал Тед и удивился. Его голос звучал несколько грубовато, но все же нормально.
— Эти штуки изменяют частоты голосовой связки, — предположил Норман.
— Не надо было хлопать ушами, — сказал Барнс. — Они делают именно это и здесь вы будете носить их постоянно — по крайней мере, если хотите, чтобы вас понимали… Замерзли?
— Да, — подтвердил Тед.
— Ну ладно, держитесь… вы почти адаптировались.
Со свистом раскрылась боковая дверь и в проеме показался Барнс с двумя легкими комбинезонами, перекинутыми через плечо.
— Добро пожаловать в ГД-8, — сказал он.
Глава 8
ГД-8
— Сейчас все в сборе и у нас есть немного времени, прежде чем мы откроем вход в звездолет, — сказал Барнс.
— Вы готовы открыть вход? — переспросил Тед. — Удивительно, я только что говорил об этом с Норманом. Первый контакт — это большая ответственность и мы должны подготовить спич.
— Еще будет время обсудить этот вопрос, — сказал Барнс, как-то странно взглянув на Теда. — Сначала я покажу станцию, — и он объяснил, что подводная станция ГД-8 состоит из пяти цилиндров: A, B, C, D и E.
— Цилиндр A — это шлюз, где мы сейчас находимся, — он провел их в смежную раздевалку. Со стен свисали пустые скафандры, в нишах лежали уже знакомые Норману водолазные шлемы сделанные из прочного пластика. На одном из них он прочитал трафаретную надпись: «ДЖОНСОН».
— Мы будем их носить? — спросил Норман.
— Конечно, — подтвердил Барнс.
—
— Со временем…
Он предложил надеть голубые полиэстеровые комбинезоны. Тед нахмурился.
— Вы не находите, что они выглядят несколько диковато?
— Может, они и не последний писк моды, — сказал Барнс. — Но по крайней мере, препятствуют испарению пота.
— Цвет самый нелестный, — придирался Тед.
— Это форма команды, — сказал Барнс и протянул легкие курточки.
Норман почувствовал в одном из карманов странную тяжесть и вытащил батарейку.
— Курточки, как и спальные мешки, снабжены электроподогревом, пояснил Барнс. — Идите за мной.
Они вошли в цилиндр B, где находилась система жизнеобеспечения и электрогенераторы — на первый взгляд, это напоминало бойлерную с разноцветными трубами и утилизаторами.
— Здесь мы производим тепло, электричество и воздух, — сказал Барнс.
— Это генератор замкнутого цикла ГЗЦ-240/110, водородно-кислородные камеры и контрольные мониторы… жидкий процессор на серебряно-цинковых элементах… а вот и крошка Флетчер… — Норман увидел здоровенную фигуру, орудовавшую посреди труб увесистым гаечным ключом. Элис Флетчер повернулась, одарила их улыбкой и взмахнула грязной рукой.
— Похоже, она знает свое дело, — сказал Тед.
— Конечно, — сказал Барнс. — Но Флетчер нам вряд ли понадобится…
Собственно говоря, станция саморегулируемая.
Он прикрепил к их комбинезонам нагрудные датчики.
— Это просто на всякий пожарный — если условия жизни окажутся ниже оптимальных, автоматически включится сирена… В каждом отсеке станции имеются свои датчики. Когда вы войдете в комнату, автоматически загорится свет и включится реле обогрева. Все системы дублируются, так что не волнуйтесь… если даже мы полностью утеряем напряжение, запасы воздуха и воды, мы продержимся сто тридцать часов.
Сто тридцать часов, или пять дней? Не очень радужная перспектива, подумал Норман.
Едва они вошли в цилиндр С, тут же вспыхнул свет.
Здесь имелись койки, туалеты и душ («к вашим услугам горячая вода»).
Барнс с гордостью показывал обстановку, словно это был шикарный отель. На полу ковры, стены и потолок обиты мягким пенопластом, что делало интерьер похожим на переполненную берлогу.
Несмотря на яркие цвета и хорошо продуманный дизайн, Норман чувствовал себя стесненно и неуютно. Крошечные иллюминаторы показывали темноту океана. И там где кончалась обивка, он видел тяжелые болты и стальные пластины напоминающие где они находятся на самом деле. Он чувствовал себя так, словно попал внутрь больших стальных легких. И он подумал, что это было не так уж далеко от истины.