Сфера
Шрифт:
Положив под голову мешок с пайками, Джек вскоре уснул и спал, пока его не разбудил среди ночи Хирш.
– О… Темно как… – заметил Джек, садясь и потягиваясь. Ощущения оказались не самые приятные, поскольку влажность была высокой и теперь сыроватая роба охлаждалась студеным ночным воздухом.
– Ой, а чего там в моих ботинках?
– Это тебе Штоллер удружил – сухой травы натолкал…
– А-а… Понимаю…
Джек вытащил за ботинок траву, потом проверил рукой и улыбнулся.
– Хорошо, а то сырые
– Это никому не нравится… – уже почти засыпая ответил Хирш.
– А ничего такого не было? – уточнил Джек, шнуруя ботинки.
– Дрон прилетал, но нас не заметил.
– Далеко?
– Совсем… – Хирш зевнул. – Совсем близко пролетал, зараза, даже свист вентилятора было слышно.
– Ну ладно, спи.
Джек обулся и, поежившись, отошел к краю площадки, чтобы отлить. Потом вернулся, сложил спальник в виде сиденья и, пошарив в мешке, достал саморазогревающийся паек.
Выдернул шнурок и, пока в стенках пакета шипели и пузырились химикаты, подошел к спящему Хиршу и осторожно забрал у него электронный бинокль.
Покрутив настройки, Джек приложил прибор к глазам и стал рассматривать расстилающуюся перед ним долину.
Ничего особенного. Там, где располагались рощи и балки, температура была пониже, на возвышенностях повыше. Дорога была хорошо видна, но никаких машин по ней не ездило, должно быть, местные избегали передвигаться здесь по ночам. Интересно, почему? Боятся парней на джипах с автоматами? А может, огромных варанов, которые в темноте выбираются ближе к дороге?
Повернувшись, Джек посмотрел в ту сторону, куда днем убрался этот хищник, но никаких тепловых отметок не заметил. С другой стороны, эта тварь наверняка хладнокровная. Но насколько хладнокровная?
Нет, будь он поблизости, бинокль бы его засек, у него чувствительность в одну десятую градуса, тут можно не сомневаться.
Подняв бинокль, Джек посмотрел на дерево, где днем сидели птицы. Они все еще были там – должно быть, в гнезде. Тепловая матрица устойчиво определяла их в градации желтого и красного цветов.
Оставив наблюдения, Джек вернулся к своей еде, и, распечатав коробку, недовольно сморщился. В темноте он ошибся и вытащил «жареного карпа с пюре» вместо «тушеного тунца с помидорами».
Впрочем, все блюда из пайка были похожи, однако в любом случае в разы лучше той пищи, которую производил конвертер на десантном боте.
Поев, Джек попил воды из бутылки, свернул упаковку от пайка и спрятал под камень возле стены.
На сытый желудок стали приходить мысли о прочих излишествах. В частности – о савоярках и в особенности о тех, что попались им в городе. Хорошо бы завести такое знакомство на постоянной основе, но Джек понимал, что солдатское везение не бывает долгим.
Так, перекидывая мысли туда и обратно, он изредка прикладывал
Задумавшись в очередной раз и просидев так какое-то время, Джек обратил внимание на то, что у дороги как будто стало немного светлее.
Он приложил к глазам бинокль, но тепловой режим ничего не давал, однако стоило опустить прибор, и как будто становилось виднее. Да! Теперь Джек точно видел струящийся над дорогой туман, но тек он не как обычно – фронтом белой дымки, а как будто был упакован в гигантскую прозрачную трубу, такую широкую, что в ней поместился бы и двухэтажный дом. Приглядевшись, Джек начал замечать, как по «трубе» волнами проходили слабые бело-голубые сполохи.
«Труба» двигалась в сторону Венцеля, Джек теперь отчетливо видел, что она перекрывала собой всю долину слева направо, становясь еще шире, при этом ее свечение все усиливалось. Джек уже хотел вскочить и разбудить своих товарищей, когда на его плечо легла рука Штоллера.
– Тихо, Джек… – сказал он, садясь рядом и накрывая Джека своим спальником.
– А что происходит? – шепотом спросил Хирш, оказываясь с другой стороны и тоже прячась за спальником.
– Это джавер, энергетический паразит, – сказал Штоллер.
– О… Никогда о таком не слышал… – признался Джек.
– Почему мы скрываемся от него за спальником, он может нас увидеть? – спросил Хирш.
– Не знаю, я сделал это интуитивно, – признался Штоллер. – Я в третий раз вижу эту тварь, но первый раз на поверхности планеты.
– А прежде где видел?
– В космосе. Только там они были больше, километра полтора в длину, а этот метров на триста потянет, не более.
– Это из-за него здесь по ночам никто не ездит? – догадался Джек.
– Скорее всего. У местных на хуторах даже специальные антенны стоят, чтобы джаверов отпугивать, но раньше я думал, что они экономят на счетах за радиосвязь.
– А теперь не думаешь?
– Теперь не думаю, слишком уж огромные антенны для обычного радио.
Между тем червь продолжал двигаться, проплывая мимо, как какой-нибудь прибывающий в порт пароход. Кое-где на его теле начали вспыхивать крохотные искры. Где-то часто, а где-то совсем редко.
– Насекомые, – прошептал Штоллер.
– Насекомые? – не понял Джек.
– Да. Их несет ветром и они попадают в джавера, как в сеть.
– И сгорают?
– Можно и так сказать. Точно так он может рассосать даже космический корабль.
– Металл жрать будет?
– В космосе – да, а здесь охотится только на мягкую добычу из-за разности энергетического потенциала здесь и в космосе.
– Понятно, – прошептал Джек, хотя ничего не понял. – А почему он траву не жрет? Тоже из-за потенциала?
– Нет, из-за спектра…