Сезон солнца
Шрифт:
В тот вечер Зарабет рано легла в постель, но долго не спала, прислушиваясь к тяжелым шагам Олава. У нее было тягостное предчувствие. Сегодня старик наверняка потребует свое… Зарабет притворилась спящей, когда Олав отодвинул шкуру, отделяющую их с Лотти спальню от его комнаты.
– Зарабет, время пришло. Я знаю, ты не спишь. Пойдем со мной, я научу тебя кое-чему, что тебе понравится.
Девушка обреченно поднялась, понимая, что ее хитрость не удалась. На ней была только ночная рубашка, которая едва прикрывала колени. Она чувствовала себя несчастной и беззащитной. Олав взял ее за руку и повел к себе. Его огромная
– Я постараюсь наконец стать тебе мужем. – С этими словами Олав поцеловал ее.
Зарабет заставила себя вытерпеть это. Она старалась не думать о Магнусе, но викинг неотступно был рядом, в ее сознании, в ее сердце. Зарабет надеялась, что со временем его образ превратится в тень, что в любом шорохе она перестанет слышать его еле уловимый шепот, перестанет искать в других мужчинах его легкую улыбку и мимолетный взгляд. Но Магнус все еще был жив в ее душе.
– Распусти волосы. Мне не нравится, когда женщина заплетает косу.
Зарабет развязала кожаный шнурок и стала медленно расплетать косы, пропуская пряди сквозь пальцы. Олав не вытерпел и принялся торопливо помогать ей.
– Мягкие, – прошептал он, прижимая ее пряди к щеке. – И огненно-красные, как закат перед ночным ураганом.
Олав перебирал ее локоны дрожащими пальцами. Зарабет словно окаменела.
– Мне нужно возбудиться, потому что я давно живу без женщины. Болезнь подорвала мое здоровье и ослабила тело. Я сяду здесь, а ты будешь раздеваться передо мной. Это вернет мне мужскую силу, Зарабет.
Олав сел на кровать и, скрестив руки на груди, стал наблюдать за ней. Его сердце билось ровно и глубоко. Ему почти всегда было холодно, поэтому огонь в очаге горел постоянно. Зарабет стояла перед ним в свете пламени, и на ее лице было написано желание умереть.
– Я не могу, Олав.
– На этот раз ты не посмеешь отказать мне. Тогда я не мог быть тебе мужем, но теперь совсем другое дело. Ты хорошо ухаживала за мной, и я поправился. А теперь сделай так, чтобы я снова ощутил себя мужчиной.
Что она могла сделать? Как бы ей хотелось снова стать бесчувственной и равнодушной ко всему, такой, какой она была все это время, с тех пор как потеряла Магнуса! Но страх и стыд мешали ей вернуть утраченный покой. Девушка поймала себя на мысли о том, что жалеет о выздоровлении Олава. – Ну же, Зарабет.
Ее руки неуверенно потянулись к бретелькам ночной рубашки. Она развязала их, и рубашка скользнула вниз. Зарабет успела подхватить ее на груди. Олав выжидательно смотрел на нее, затем вдруг поднялся и приблизился. Он коснулся ее груди, затем взялся за край рубашки и с силой рванул вниз. Олав провел ладонью от груди к животу, и Зарабет испугалась, что он заметит отвращение у нее на лице. Но жадный взгляд Олава не поднимался выше ее груди.
– Клянусь Тором, ты прекрасна. Я и не предполагал… что ты такая нежная и белая. – Он глубоко вздохнул и ткнулся ей в грудь, обхватив обеими руками за талию.
Зарабет стояла как ледяная статуя. Она закрыла глаза и положилась на волю судьбы. Его жаркое дыхание обжигало, а от прикосновения языка к груди ее бросило в холодную дрожь. Олав начал тяжело и быстро дышать и крепче прижал ее к себе, наслаждаясь долгожданным триумфом.
– Ты красива, – шептал он, глядя в побелевшее от страха лицо молодой жены. –
Олав быстро снял одежду. Зарабет смотрела, как он трогает себя, стараясь возбудить маленькую, сморщенную, безжизненную плоть. Но все его старания были тщетны.
В этот момент Олав поднял глаза и увидел взгляд Зарабет, полный презрения и отвращения. Ярость и обида наполнили его сердце.
– Этот проклятый викинг показывал себя? Может быть, ты трогала и ласкала его? Ну и что, большое у него копье, а, Зарабет? Да, он красив и силен, но молодой не всегда может овладеть женщиной, уверяю тебя. Потрогай же меня, черт побери!
Зарабет отшатнулась и в ужасе прикрыла обнаженную грудь руками.
– Прошу тебя, Олав, не заставляй меня. Я никогда не видела голого мужчину, ни викинга, ни кого бы то ни было другого. Я не могу сделать то, что ты хочешь.
Олав тоскливо посмотрел вниз. Все бесполезно! Он увидел, как Зарабет торопливо натягивает ночную рубашку, и вдруг рассмеялся и над самим собой, и над иронией судьбы.
– Красивая жена… юное тело, белое и нежное, грудь и ягодицы округлые, мягкие. А я не в состоянии… я могу только смотреть на тебя. Да, Зарабет, ты девственна, и вид моей беспомощной плоти оскорбителен для тебя. Иди к себе. Я хочу спать. Но знай, пройдет время, и мужская сила вернется ко мне. Я овладею тобой, как подобает супругу, и ты будешь покорна моим желаниям. Ты никогда больше не увидишь меня в таком жалком виде.
Зарабет выбежала из спальни Олава ни жива ни мертва от страха и радости.
Магнус стоял на вершине высокого холма неподалеку от своей фермы Малек и любовался видом долины Гравак. Летом на полях много работы. Скоро наступит горячая пора, и он выйдет в поле наравне со своими слугами и рабами и будет собирать урожай от зари до заката, а потом валиться в постель, ничего не чувствуя от усталости.
Магнус восхищался красотой поросших пихтой крутых холмов, возвышающихся на противоположной стороне фьорда. Зелень леса ярко выделялась на фоне кристально голубой воды. Здесь был его дом, и никакого другого он не хотел. Магнус всегда искренне радовался, когда возвращался в долину, где провел детство. Эта земля принадлежала его далеким предкам, но теперь здесь появилось и много новых людей. Норвежцам с кровью викингов передавалось стремление захватывать землю, ибо только она могла прокормить человека. И грядущие поколения, возможно, уже его сын, оставят эту плодородную долину ради того, чтобы отвоевать новые земли, обосноваться на них и установить там свои порядки.
С того момента как Магнус вернулся домой, его капитал сильно вырос, но это не приносило викингу радости. Гнетущая пустота и бешеная ярость попеременно овладевали его душой. Не находя покоя, он бродил вдоль обрыва, который отделял ферму от долины. Магнус чувствовал, что не может избавиться от боли и гнева, захлестнувших его.
Что же оттолкнуло от него Зарабет? Неужели она сочла его слишком высокомерным и самонадеянным? Или он не настолько красив, что ей была отвратительна сама мысль о близости с ним? Возможно, девушка побоялась оставить родной дом и уехать с ним в чужую далекую страну. Возможно, она недостаточно доверяла ему для этого, А возможно, просто лгала, играя его чувствами.