Сезон соблазна
Шрифт:
– Добрый день. Чем обязана удовольствию видеть тебя?
– Разве нам нужна причина для того, чтобы видеться? – наигранно-весело спросил Джеймс.
Луиза, не приняв игры, выжидательно уставилась на него.
– Ну хорошо. Я пришел сообщить, что уезжаю в поместье.
– Стрелять куропаток? Или просто боишься попасть под огонь метких шуточек тетушки Эстеллы?
Джеймс не ожидал, что Луиза его раскусит, поэтому пробормотал:
– Скажем, и то и другое, хотя есть и третье.
Луиза покачала головой:
– Не делай глупостей, Джеймс: вам все
– Скорее всего она просто озабочена мнением окружающих о себе. Если леди Ирвинг будет торчать в межсезонье в Лондоне, в свете подумают, что никто не желает приглашать ее к себе погостить, – проворчал Джеймс.
– Прости, что ты сказал? – спросила Луиза тихим нежным голосом.
Джеймс знал, что это всего лишь уловка и сейчас на него обрушится буря негодования, поэтому поспешил успокоить невесту:
– Нет-нет, ничего.
Вообще-то Джеймс имел немалый опыт общения с обладательницами сложных характеров; достаточно сказать, что к этой категории с полным правом можно было отнести его матушку, однако не ожидал, что столкнется с такими здесь, в сельской глуши. Нет, это уж слишком!
– Хорошо, – сменила тон на примирительный Луиза, и выражение ее лица смягчилось. – Думаю, будет неплохо, если ты съездишь в поместье и подготовишь усадебный дом к нашему визиту. Уверена, что тетя Эстелла с удовольствием поедет с нами, чтобы посмотреть место, где я буду жить после свадьбы. Я тоже, конечно, хотела бы взглянуть на наше семейное гнездышко. Ты, наверное, и сам сгораешь от любопытства: не терпится увидеть, как продвинулся ремонт за время твоего отсутствия.
Уголки ее рта дрогнули, и Джеймс позволил наконец себе расслабиться, даже расплылся в улыбке.
– Да, мне было бы очень интересно взглянуть, как преобразилась старая усадьба и много ли успели сделать за время моего отсутствия.
– Советую не ждать слишком уж больших изменений, чтобы не разочароваться. Кстати, когда все осмотришь, назначь, пожалуйста, дату нашего визита. Если, скажем, обнаружишь дыры в полу или что-то в этом роде, то тебе нужно успеть все исправить к приезду тетушки.
– Это вовсе не обязательно, – пробормотал Джеймс под нос.
Луиза бросила на него удивленный взгляд и добавила:
– Тетушка всегда берет с собой камеристку, француженку, довольно привередливую девицу, которая очень кое-кого мне напоминает. Я конечно же имею в виду твоего слугу.
Джеймс так обрадовался, что Луиза в хорошем расположении духа, что с удовольствием ей подыграл, вскинув руки вверх: мол, сдаюсь.
– Все, ты выиграла! Делани помыкает мной, а твоя тетя – самый страшный человек, которого я когда-либо встречал в своей жизни, даже страшнее моей матушки. – Заметив выражения крайнего недоумения на лице Луизы, Джеймс поспешно продолжил: – Не думай обо мне плохо: я вовсе не хочу, чтобы под твоей тетушкой провалился прогнивший пол, и вообще не желаю зла никому из твоих родственников.
Несмотря
– Спасибо, успокоил. Теперь мы будем со спокойной душой ждать поездки в твое поместье, зная, что ты далек от мысли подвергнуть нашу жизнь опасности.
Раздался громкий стук в дверь, и в комнату, не дожидаясь разрешения войти, ворвалась растрепанная и запыхавшаяся от быстрого бега Джулия.
– Луиза, ты не поверишь!.. О, привет, Джеймс. Прости, если помешала… то есть, конечно, я не имею в виду, что вы занимались чем-то таким… и я вам помешала…
Джулия осеклась, красная как рак, и замолчала, и тогда Джеймс, которого развлекла эта сцена, решил прийти ей на помощь.
– Ты что-то хотела сказать? Или, может, пришла поговорить с сестрой? Так я могу оставить вас наедине.
Джулия с благодарностью посмотрела на него, почему-то вдруг побледнев, и выпалила:
– О господи, нет, это касается нас всех. Тетя Эстелла уже приехала!
Глава 6
Все охвачены страхом и трепетом
– Вздор! – разнесся по дому низкий, но очень громкий женский голос, когда Джулия и Луиза, а вслед за ними и Джеймс, вошли в холл.
Там их взорам открылось необычное зрелище. Повсюду на мраморном полу беспорядочно стояли сундуки, а один лежал набоку с открытой крышкой, и его содержимое вывалилось на пол, причем очень смахивало оно на… камни. Среди сундуков, сложив руки на груди и раздраженно поджав губы, стояла стройная черноволосая горничная с горделивым профилем в шикарном черном одеянии.
Сама леди Ирвинг, в платье из пурпурного атласа, расхаживала вокруг сундуков, яростно жестикулируя, так что желтые страусовые перья на ее голове подпрыгивали в такт шагам. Сидевший на плече пожилой леди маленький зеленый попугай, не обращая внимания на царившую вокруг суету, пытался клюнуть рубин в ее серьге.
От крика леди Ирвинг у Джулии закладывало уши, и, наблюдая за попугаем, она сказала себе, что никогда не допустит, чтобы эта птица кому-то досаждала.
Между тем леди Ирвинг продолжала кричать зычным голосом, размахивая руками:
– Разве так встречают гостей?! Особенно родственников! Что это за лакеи, которые бросают сундук только потому, что он слишком тяжелый! Вы должны быть благодарны мне за то, что раскрываю вам глаза на недостатки прислуги!
Только теперь Джулия заметила родителей, которые стояли, буквально вжавшись в стену. В глазах матери плескалась тревога, а лорд Оливер и вовсе не смел поднять взгляд на старшую сестру, только пробубнил:
– Но зачем тебе эти камни, Эстелла? У нас здесь своих предостаточно. Ты же знаешь, именно камни дали название нашему поместью. – Лорд Оливер вымученно улыбнулся, но жена в отчаянии сжала его руку. – Э-э, я сожалею о причиненных тебе неудобствах. Мы распорядимся, чтобы твои вещи снова упаковали и отнесли наверх. А пока слуги будут заниматься багажом, может, сходим в конюшню и я покажу тебе лошадей?