Сезон дождей

Павлович Мария

Александр усмехнулся.

— Это не передается через прикосновение, если у тебя все в порядке с иммунитетом.

— А если нет? Моя бабушка была врачом, я видел картинки из медицинской энциклопедии.

— Здесь это нормально. Это не последний прокаженный, которого ты увидишь.

— Хорошо, — Александр развернулся и пошел обратно. Нищие расступились и притихли. Александр шел прямо к прокаженному, глядя в его вздутое, покрытое язвами лицо. Приблизившись, он протянул ему десять долларов. Стоявшие рядом люди одобрительно загудели.

Скрюченные пальцы больного неуверенно разжались, принимая деньги. Александр вновь ощутил прикосновение скользкой чешуи к своей коже, но сдержался и не отдернул руку. Прокаженный взял деньги и отступил в глубь окружившей его толпы.

Они заплатили по доллару и зашли в Ват-Пном по восточной лестнице, охраняемой львами и мифическими змеями нагами.

— Существует поверье, — сказал Гарри, — что если здесь помолиться, то удача никогда не оставит тебя.

— Ты пробовал?

— Да.

— Ну и как?

— Ну, «никогда» еще не закончилось. — Гарри бросил на Александра веселый взгляд. — В целом я счастливый человек Это алтарь тетушки Пень, — он остановился напротив статуи пухлой улыбающейся женщины. — Можешь попросить ее о чем хочешь.

— А это кто? — Александр кивнул в сторону кхмерских старушек, собравшихся возле алтаря.

— Это предсказательницы судеб.

Не успел Гарри договорить, как одна маленькая сгорбленная фигурка отделилась от группы и направилась к ним.

Александр попятился:

— Скажи ей, что я не гадаю!

Не обращая внимания на протесты, старушка ловко схватила его руку и быстро-быстро залопотала, давясь собственными словами.

— Она не гадалка, а предсказательница, — поправил Гарри, — и она говорит, что ты здесь не случайно.

Проходившие мимо монахи бросали на них смущенно-любопытные взгляды.

— Что еще мне придется пережить, чтобы просто осмотреть храм? — спросил Александр, тяжко вздыхая.

Женщина, воспользовавшись его замешательством, перевернула руку ладонью вверх и прижала ее к своему лицу. Александр закатил глаза. Предсказательница замерла, беззвучно шевеля губами. Выпустив руку, она принялась громко причитать. Александр попытался уйти, но старушка обняла его обеими руками, не давая сделать ни шага. Остальные предсказательницы облепили его со всех сторон, норовя прикоснуться к руке, дотянуться до волос, пощупать его одежду.

Гарри присвистнул.

— Как сделать так, чтобы они прекратили этот цирк?! — Александр попробовал высвободить руки и достать деньги. Но предсказательницы еще энергичней повисли на его локтях, не прекращая бормотания. — Что они говорят?

— Они называют тебя спасителем.

Гарри что-то сказал на кхмерском, обращаясь к их предводительнице. Она замолчала и перевела взгляд своих узких глаз с Александра на него. Остальные почтительно склонили головы. Старушка повернулась к Александру и отвесила длинный, проникновенный поклон до самой земли.

— Попроси не начинать заново! — взмолился он.

Едва Гарри

открыл рот, женщина начала говорить тихим, но твердым голосом. Она обратилась к собравшимся вокруг них.

— Она говорит, что ты спасешь мир — уничтожишь нечестивых и восстановишь чистоту, — перевел Гарри. — Она говорит, ты связан с ним дружбой.

Он переспросил что-то у прорицательницы. Александр нетерпеливо переминался с ноги на ногу.

— Ты связан с ним дружбой! Это очень важно! — повторил Гарри, пряча улыбку.

Александр предпринял попытку пробраться к выходу. Старушки еще плотнее сомкнули свое кольцо. Гарри поднял правую руку, призывая всех к тишине. Он отчетливо произнес несколько слов, которые гулко прозвучали под сводами храма.

Прорицательницы расступились.

— Что ты им сказал? — спросил Александр на бегу к выходу.

— Я сказал, что если ты и есть тот спаситель, то они должны пропустить тебя и не мешать делать дело.

Александр рассмеялся. Они выбрались за пределы храмовой территории и с наслаждением закурили, выпуская густые струи дыма в застывший воздух.

— Что я должен теперь делать, чтобы не разочаровать кхмерский народ?

— Ну, для начала можешь рассказать мне, зачем приехал в Камбоджу.

— Если бы я знал… — Александр мечтательно посмотрел на небо, затянутое тонким кружевом облаков. — Я бы тебе сказал.

* * *

Солнце почти скрылось за горизонтом. Гарри, пригнувшись, несся вниз по узкой петляющей дороге. Он развил максимальную скорость, обгоняя рикш и пеших паломников. Чудом вписавшись в крутой поворот, он заставил Александра зажмуриться от страха. Перед ними открылся относительно прямой участок дороги, зажатый между заросшим травой холмом и оврагом. Гарри обернулся на вжавшегося в сиденье пассажира и демонически расхохотался.

Порыв ветра вынудил Александра вновь закрыть глаза, ему было смешно и страшно одновременно. Гарри не мог скрыть удовольствия от езды, он беспрестанно гудел, распугивая редких водителей.

Александр устал трястись на мопеде, как мешок с яблоками, привязанный к багажнику. К концу прямого участка он начал всерьез опасаться, что старая колымага развалится прямо под ними.

Он не сразу понял, что произошло. Услышал, как пронзительно заскрипел песок под колесами, потом крик, похожий на визг… и он полетел.

Он мог поклясться, что видел сверху Гарри, лежащего рядом с перевернутым мопедом… видел двух монахов в оранжевых одеждах недалеко впереди. Он успел осознать, что его там нет, прежде чем его тело с глухим неприятным стуком опустилось в траву.

Он заскользил вниз, царапаясь о камни и корни деревьев. Кто-то ужалил его в колено. Он пытался цепляться за землю, хватался за высокую траву, вырывая ее пучками.

Наконец он остановился, открыл глаза и выдохнул. Все тело ныло, но больше всего жгло под коленом левой ноги. Он посмотрел вниз и в ужасе замер.