Северо-восток
Шрифт:
Он резко дернул отворот рубахи, обнажая себе плечо. Я почти не удивился, когда увидел там наколку – овал точь-в-точь как у меня, только внутри не птица, а черепаха.
– Знаешь, что это? – Кощей впился в меня требовательным взглядом.
– Опознавательный знак. Пароль, – я вспомнил слова Олега Петровича. – Как мой Феникс.
– Точно. А для чего они нужны? – продолжал допытываться Кощей.
– Понятия не имею. А ты?
– Это – ключ к сокровищам, понял? – азартно заговорил Кощей. – Перед самой Войной, когда уже знали, что бойни не избежать,
Я молча указал на меч с клеймом «Феникса» на рукояти.
– Э, нет, – засмеялся Кощей. – В твоем случае это лишь половина ключа. А вторая половина… – Он сделал эффектную паузу. – Ты! Не веришь? Смотри.
Маркитант сунул мне под нос рукоять «Феникса» и указал ногтем на две маленькие черточки над птичьей головой. Казалось, начали рисовать корону, но не закончили.
– Ну и что? Видел это сотню раз, – отмахнулся я.
– А тебя никогда не удивляло, что на твоей наколке этих черточек нет? – прицепился ко мне Кощей. – Во всем наколка совпадает с гербом на рукояти меча, кроме этого вот пустячка.
– Ну мало ли почему, – буркнул я. – А дальше что?
– Так обозначается двойной ключ: предмет плюс человек. Ключи не всегда двойные. К примеру, моя черепаха – одинарный ключ. Бункер, помеченный этим знаком, можно открыть без меня. Нужен только кинжал с изображением черепахи.
– Ну, вообще-то надо еще знать, где именно находится бункер, – резонно заметил я.
– Правильно. Но это я знаю.
– Значит, у вас в Лосинке есть полный комплект документов? – догадался я.
– Нет. Только приложение номер один. Но именно в нем и перечислены места расположения бункеров.
– И ты, конечно, уже разыскал свой?
– Ага. Только не повезло. Во время Войны от него камня на камне не осталось. Теперь там Поле Смерти.
– Ну хорошо. А «мой» бункер где?
– Так я тебе и сказал, – хохотнул Кощей. – Хочешь узнать – пошли вместе со мной. Все честно: ты – ключ, а я знаю место.
Теперь понятно, почему он вначале не проявил ко мне интереса, – его больше интересовал мой меч. Но, заполучив «Феникс», этот кладоискатель хренов увидел две черточки и понял, что без меня не обойтись. И тогда он позабыл про месть, решив подлизаться ко мне, чтобы уговорить пойти в напарники.
«Я бы ему не доверял. Запросто ударит в спину», – поделился соображениями Лёнька.
«Согласен. К тому же не уверен, что он тут нам не врет напропалую. Ясно одно – я ему нужен. Но для чего? Вопрос остается открытым».
«А ты умнеешь прямо на глазах, – подколол меня Лёнька. – Спроси, что там, в бункере, такого особенного?»
Я озвучил его вопрос вслух.
– Понятия не имею, – признался Кощей. – Возможно, он битком забит продуктами и боеприпасами, которых хватит всем нам на сотни лет. А может, там чудодейственная установка, которая одним махом повернет время
– Нет.
Мы с отцом и в самом деле ни разу не обсуждали это. Я думаю, он и сам не знал. Мой дед по каким-то причинам не стал ему ничего объяснять. А может, все пошло с прадеда – именно он решил похоронить тайну с концами и не посвящать в нее потомков.
– Так что, Богдан? Составим команду? – поторопил меня Кощей.
– Да стремно как-то к тебе в товарищи идти, – откровенно признался я. – Ты ж небось зуб на меня имеешь? Гибель своих ребят возле Музея нам с Алёнкой и Яшкой так и не простил?
– Поможешь мне бункер открыть, прощу. И тебя, и их обоих. Будем в расчете, – Кощей настойчиво глянул на меня. – Решайся, Богдан. Оно того стоит, поверь.
– Только сначала Кремль, – твердо ответил я. – Пригони машину, тогда поговорим.
Кощей поморщился и машинально посмотрел на руины, в которых затаились нео. Они сейчас не подавали признаков жизни. Явно задумали какую-то пакость. Небось выбирались потихоньку через дальние проломы или окна, намереваясь зайти нам в тыл и застать врасплох.
Пришлось поторопить маркитанта:
– Кощей, не тяни. Дуй за машиной. Другого выхода все равно нет.
– Ладно, – решился он и скинул мне автомат: – Держи.
– Лучше «Феникс» отдай, – попросил я.
Он колебался короткое мгновение, а потом все-таки протянул меч. Оно и правильно. Без меня «Феникс» ему без надобности.
Привычная с детства рукоять фамильного клинка мягко легла в ладонь. Я невольно заулыбался во весь рот. Показалось, будто повстречал закадычного друга, которого не видел уже давно.
Кощей хмыкнул, подхватил топор убитого Брыхха и быстро исчез в темноте.
Я посмотрел на Алёнку. Ее сотрясала крупная дрожь, глаза закатились, а красные прожилки слились в единый сплошной узор. Теперь казалось, что кожа девушки покрыта свежей кровью. Я даже дотронулся пальцами до ее щеки, чтобы проверить, так ли это. Но тут же убедился, что ошибся. Кожа Алёнки оказалась сухой и очень горячей.
Я приложил к ее лбу рукоять «Феникса». Прохладный металл, возможно, хоть чуть-чуть ослабит жар. Найти бы родник, обтереть ее холодной водой…
«Бесполезно. Она умирает, – еле слышно вздохнул Лёнька и внезапно закричал: – Дан! Нео!»
Мутанты все же незаметно покинули руины и зашли сзади. Их косматые кряжистые тени вынырнули из темноты. Я даже обрадовался этой внезапной атаке. Уж лучше сражаться, чем бездеятельно сидеть возле Алёнки, ощущая полнейшую беспомощность.
– А-а-а!!! – Я завопил во всю силу легких, выплескивая в этом крике все беспокойство за Алёнку. Автомат запел в моих руках.
Очередь скосила ближайших нео, но за ними уже надвигались новые. «Феникс» сам собой выпрыгнул из ножен…