Северо-восток

Жадные языки пламени алчно лизали кору старого, в два обхвата, шагай-дерева. Вероятно, когда-то в него ударила молния – ствол раскололся возле самой верхушки, и ветви давно не росли. Высохшее на корню, оно являлось лакомой добычей для огня.

Я лежал на земле в двух шагах от полыхающего, будто огромный факел, дерева и чувствовал, как лицо и спина намокают от пота. Фу, жарко.

Хотя жара для меня сейчас была не самой большой проблемой. Куда серьезней выглядел боевой тактический биоробот класса «Чинук».

Огромный

и опасный, он стоял посреди пустыря и вертел головной башней по сторонам, пытаясь обнаружить двух глупых хомо, которые посмели сунуться на его территорию. То есть нас с Иваном. А мы лежали, вжавшись в землю, с двух сторон от Чинука, под прикрытием горящих костров в надежде, что огонь поможет спрятаться от тепловизоров биоробота.

Моя позиция оказалась не самой удачной – ветер нес дым прямиком в лицо. В горле першило, а глаза слезились. Вдобавок с громким треском оторвалась подточенная огнем пылающая ветка и рухнула рядом со мной, подпалив редкую пожухлую траву.

Я хотел откатиться прочь, но Чинук внезапно повернул свою металлическую башку и уставился глазами-объективами на горящее дерево, под которым я лежал.

Неужто заметил меня? Или просто среагировал на упавшую ветку? Небось зафиксировал движение и теперь сканирует обстановку.

Я замер, боясь шелохнуться. Сердце гулко билось о ребра.

Биоробот продолжал смотреть в мою сторону и вроде как не собирался отворачиваться, а огонь подбирался все ближе и ближе ко мне. Так недолго и заживо сгореть! Надо бы сменить позицию, но, если шевельнусь или издам хоть звук, буду немедленно обнаружен, и тогда мало мне точно не покажется.

Чинук упорно пялился на «мое» дерево. И что он в нем нашел интересного, скотина бронированная?..

Дым разъедал глаза, проникал в легкие, вызывая непреодолимое желание откашляться. Я сдерживался из последних сил, чувствуя, как горло сжимается от мучительного спазма. Нет, больше не могу! Всё!

Выручил Иван. За мгновение до того, как меня окончательно скрутил приступ кашля, напарник вынырнул из укрытия сбоку от Чинука и коротко свистнул. Головная башня био мгновенно развернулась к нему. Иван прицелился из арбалета и хладнокровно спустил тетиву. Болт с разрывным наконечником вонзился в один из объективов робота. Электронный «глаз» разлетелся мелким крошевом.

Чинук взревел и сделал прыжок к Ваньке. Напарник отбросил разряженный арбалет и вскинул автомат. Пули бессильно срикошетили от бронепластин робота. Чинук взмахнул передним манипулятором. От мощного удара Иван отлетел прочь и остался лежать. Оглушенный или мертвый, я с ходу не мог понять. Био сделал шаг к нему с явным намерением добить, если человек еще жив.

Кое-как откашлявшись, я выскочил из-за горящего дерева, утирая ладонью слезящиеся глаза, и выпустил неприцельную очередь из АК, пытаясь отвлечь робота на себя.

Сработало. Бронированная громада посчитала, что Ванька уже никуда не денется, а вот я запросто могу сбежать. Отпускать же наглую двуногую органику Чинук явно не собирался.

Метательное

устройство биоробота взяло меня на прицел. Мне показалось, что я слышу, как скрипят шестеренки и распрямляются пружины, готовясь отправить в полет смертоносный диск.

Я машинально подобрался, намереваясь откатиться в сторону. Хотя шансов увернуться мало – расстояние между мной и живой жестянкой невелико.

Но Чинук стрелять не стал. Он вроде как с интересом рассматривал меня. А потом внезапно дотронулся манипулятором до бронепластины, которая закрывала левую сторону его металлической морды.

Я понял намек. Вражина заметил мой шрам. Идет он от переносицы через всю левую щеку к мочке уха. Получил я его еще малолеткой в одном из боев за Кремль – как раз биоробот класса «Чинук» метательным диском и приласкал. Не этот био – другой, но очень похожий на него стальной урод.

Мне тогда всего шесть было. Понятное дело, в таком возрасте дети в бою не участвуют. Прячут их по подвалам да кельям. Но не смог я в укрытии усидеть. Думал взрослым помочь – пистоли перезаряжать или еще чего. Вот и нарвался. Хорошо, лезвие тогда не горло распороло, а лишь щеку задело. Хотя и этого хватило. Чинукова метка украсила мое лицо на всю жизнь.

И вот теперь, четырнадцать лет спустя, очередной жестяной урод с удовольствием разглядывал ее, тыкал себя в рожу и топал ножищами. Наверное, у биоробота это равносильно смеху.

Ладно-ладно. Радуйся, живая консерва. Еще поглядим, кто станет смеяться последним…

Моя рука машинально стиснула приклад автомата. Ладонь зачесалась от желания выпустить по вражине свинцовую очередь. Но разум понимал всю бесполезность такого действия. Для Чинука обычные пули – как детская щекотка. Свинец не пробьет его мощную броню.

Био окончательно раздумал стрелять. Видно, метательный диск пожалел. Решил разобраться со мной врукопашную. Робот сделал шаг ко мне. Его манипуляторы украсились мечеобразными победитовыми клинками, способными крошить бетон. До сих пор они прятались внутри металлических лап Чинука, а теперь выскочили, словно лезвие из рукояти выкидного ножа.

Я попятился. Махаться в ближнем бою с разумной консервной банкой в мои планы на сегодня не входило. Да и на завтра тоже – уж больно весовые категории у нас с ним разные. И я бросился бежать со всех ног по пустырю к виднеющемуся неподалеку строению.

За спиной сотрясалась земля – бронированный враг нагонял, двигаясь огромными саженными шагами.

– I'll kill you… Не уйдеш-ш-шь… Сдохнеш-ш-шь… – издевательски зашипело в спину.

Чинук явно глумился надо мной. Забавлялся. Потому и не стал стрелять сразу. Решил сперва поиграть…

– Конец тебе, хомо… – продолжал выть био.

Это мы еще поглядим. Я упрямо прибавил шагу. Мой взгляд не отрывался от спасительной постройки – отлично сохранившейся трехэтажки из красного кирпича. Видно, древние строители поработали на совесть, раз дом не развалился за послевоенные двести лет.