Севернее Рая
Шрифт:
– Ну уж нет, этим я уже сыта по горло!
Та хотела было возразить, но в дверь постучали, и вслед за этим в комнату вошел плотный доктор во фраке, которого Анна действительно когда-то видела. Ну неужели хоть одно знакомое лицо!
– Добрый день, княжна Анна. Рад встретиться с вами вновь, – доктор подошел к кровати и кивнул девушке.
– Здравствуйте. Кажется, вас зовут Кирилл Сергеевич, верно?
– Да, так оно и есть. Очень рад, что вы запомнили. Когда мы виделись в последний раз, вы были гораздо младше, – он чуть улыбнулся. – Итак, что вас беспокоит?
Анна молча подняла руку, по которой все также плавно растекалось
– Это ведь невозможно исправить, да? – глухо спросила Анна. – Никогда.
– Понимаете, княжна, – вздохнул доктор, водрузив на нос пенсне. – Ваше тело слишком слабо, оно не справляется с тем, что находится внутри вас.
– И как скоро…? – Анна быстро моргнула. – Как скоро оно сломается под натиском? – взяв себя в руки, закончила свой вопрос девушка.
– Кто знает. Я не могу сказать этого наверняка, Анна, прошу прощения. Я всего лишь старый придворный доктор, – он достал фонендоскоп. – Я, мои коллеги – мы единственные знали о вашей болезни. Но до сих пор мы не представляем, как сдержать ту силу, что находится внутри вашего организма. Мне жаль, но в отличие от вашей сестры, вам досталась довольно слабая оболочка, – старый доктор сочувственно покачал головой, а затем нащупал пульс и начал прослушивать сердце.
– А Леон, он тоже не знал, как меня вылечить?
Мужчина вздрогнул и покосился на княжну.
– Господин Леон знал очень много вещей, которые неподвластны разуму обычного человека. Но я уверен, если бы он мог вас вылечить, то сделал бы это.
– Да, верно, – Анна отвернула голову, чтобы незаметно подавить судорожный вздох.
– Сейчас, – воодушевленно произнес доктор, – я сделаю вам укол, и вы проспите до самого вечера. Вам полегчает, княжна, обещаю, – он достал шприц и маленькую ампулу с прозрачной жидкостью. – Главное для вас – это спокойствие и никакого перенапряжения, – доктор аккуратно перевязал худую руку Анны и мягко ввел иглу в пульсировавшую вену.
– Понимаю, вы не должны мне говорить, даже если захотите, – сонно начала Анна, – но я-то знаю, что, как бы Владимир ни старался, мое время здесь ограничено. Его амбиции этого не изменят. Сообщите мне, если узнаете, когда… – фраза оборвалась на полуслове, и княжна провалилась в глубокий сон.
***
Анна действительно очнулась ближе к вечеру. Баночка с нашатырным спиртом стояла совсем рядом, на тумбочке, и княжна не преминула ею воспользоваться. Через пару мгновений она поняла, что находится здесь не одна. В кресле подле разожженного камина сидела Саша, на коленях у нее покоилась черная мордочка Умки. Видимо, они все это время охраняли ее глубокий сон. Анна подняла взгляд на одну из икон, которых в этой комнате было более пяти, и мысленно попросила Богородицу дать ей сил, чтобы пережить этот вечер.
– Как долго я спала? – спросила она хранителей.
– Почти весь день, – Саша обернулась к ней через плечо, а Умка подняла морду и в два широких прыжка оказалась на кровати.
– Как себя чувствуешь? Тебе лучше?
– Кажется, да, – неуверенно произнесла княжна и вытянула руки. Вены на них выглядели точно так же, как на руках любого другого человека. Анна слабо улыбнулась.
– Тогда не стоит задерживаться. Горничная принесла для тебя платье, но я сказала, что ей нет смысла ждать твоего пробуждения вместе с нами, – Саша кивнула на воздушное кремовое облако, что покоилось на соседнем кресле.
– Мысль верная, хватит с меня на сегодня
– Ты похожа на балерину, – заметила она.
– Вовсе нет, это Мария похожа. Я слишком неуклюжа для танцев, – Анна потянулась к изящной коробочке, что стояла на камине, и извлекла оттуда жемчужный браслет, а затем вопросительно посмотрела на Сашу.
– Не думаю, что кто-нибудь будет против, – ответила та на немой вопрос, – ведь все здесь формально принадлежит тебе и твоей семье. И если уж советники пожелали увидеть княжну Романову во всей красе, то не стоит скромничать.
Этот ответ удовлетворил Анну, и она застегнула браслет на своей тоненькой ручке. Затем Саша потушила камин, и вся комната погрузилась в полумрак. Они вышли в коридор, освещенный светом факелов, и двинулись в сторону главного зала. Скрипы и стоны, то и дело доносившиеся сквозь завывания ветра, насторожили княжну.
– Что это такое?
– Призраки, – с готовностью ответила Умка. – Они сегодня не на шутку разошлись. Все утро кряхтели, разогнали своим шумом детскую экскурсионную группу, пока ты спала. Сейчас уже нет никого, а они все не уймутся.
– Хорошо, что вы пришли, а то у меня мурашки по коже от этих темных коридоров, – сказала Анна и сделала шаг сквозь стену под тем самым гобеленом, сквозь который вчера проходили члены Совета. Княжна испытала дежавю, когда вошла внутрь и поняла, что с прошлого дня здесь не изменилось ничего, кроме времени суток. Даже семь глав Совета сидели на прежних местах. Правда, общий тон был взволнованным, и сама атмосфера еще больше давила на девушку. Анна уже хотела вежливо поздороваться со всеми и пройти к своему креслу, как дорогу ей преградила Ольга Ивановна. Как и раньше, эта женщина была не намерена скрывать как себя, так и свои убеждения.
– Княжна, милая княжна! – она обхватила Анну за плечи своими цепкими руками и быстро обняла. – Мы все были крайне обеспокоены вашим состоянием этим утром. Все в порядке, дорогая?
– Благодарю, все более чем прекрасно, – сухо отрезала Анна, которая вовсе не была настроена любезничать. Девушка прекрасно понимала, что ее здоровье интересует всех присутствующих ровно до тех пор, пока они не найдут Марию. Потому что единственной зацепкой к ее исчезновению была она – Анна. Как только они сделают это, княжна автоматически станет лишним претендентом в борьбе за власть.
– Ольга Ивановна, к чему вы прячете от нас лик княжны? – спросил Лев громко. Он скрестил руки перед собой и даже не удосужился встать со своего места. – Ну что же, Анна, вы поработали над тем, о чем мы беседовали с вами в прошлый раз? Или вы так сильно расстроились от, возможно, слегка резковатых слов председателя? Уверен, Владимир и понятия не имел, что вы столь ранимая натура.
– Не говорите глупостей, Лев. Нам стоит забыть об этом прискорбном инциденте, – председатель улыбнулся. Ему, судя по всему, казалось, что Анна была не кем иным, как маленькой актриской, которая пожелала привлечь своим представлением внимание к собственной персоне. Он даже примерно не предполагал, насколько в действительности ухудшилось состояние Анны.