Север
Шрифт:
– И кто это мне говорит про странности!
– фыркнула я, окинув многозначительным взглядом его обнаженную фигуру, до талии, и поспешно отвернувшись, когда услышала приглушенный смех и фырканье трех оборотней, что занимали все свободное пространство в доме.
– Я могу прикасаться к нему?..
– быстро кивнула я на Синеглазого, который начинал метаться в берду, вздрагивая и стискивая крепкие белые зубы до скрежета, - раз ваш главарь дал добро....
– Разве ты не трогала его до этого? Делай все, что посчитаешь нужным, только
Я бы улыбнулась на попытки Осеннего шутить, если бы дело не обстояло так плачевно.
Рана была глубокая и с рванными неровными краями.
Когти зверей не отличались особой стерильностью. Ко всему прочему, он потерял очень много крови. Его жизнь была в моих руках и полностью зависела оттого, как я смогу применить все то, чему меня учил дедушка всю мою жизнь.
Боже! Ведь он не был человеком! Как я смогу определить необходимую дозу, когда буду готовить отвар?! Я не знала совершенно ничего о том, кем он являлся и как сильно они отличались от нас...
Новый приступ тошноты скрутил живот с такой силой, словно мне дали пинок под ребра.
– Мы будем на улице.
Голос одного из близнецов привел меня в относительное чувство, когда мужчины быстро покинули дом, сверкнув своими голыми задами, и яркие глаза Осеннего уставились в ожидании на меня.
– Ну?...
– Мне нужна вода, лекарства и травы...
– время было самым дорогим в нашем случае, и я ринулась к выходу, увидев, как белый медведь и два черных мирно лежали у дома, словно огромные песики, вылизывая свою окровавленную шерсть, и заледенев у порога, как только холодные голубые глаза впились в меня, подобно двум кинжалам.
– Тебе лучше оставаться в доме, - напряженно произнес за моей спиной Осенний, покосившись в сторону белого медведя, который сидел, не шелохнувшись, но разъедая нас глазами.
– Но мне нужно в сарай...
– Что там?
– Там ящик с травами и аптечка...
– Я принесу, а ты зайди в дом и закрой дверь.
Это было явно здравой идеей, учитывая, что желание Белого разорвать меня на мелкие части читалось даже на этой постной медвежьей морде.
Осенний запихнул меня за порог, мелькая обнаженным стройным задом и захлопывая дверь, когда я поморщилась, подумав о том, что если эта медвежья компания собиралась находиться здесь и дальше, то стоило их попросить прикрывать хотя бы ПЕРЕД! Не факт что они послушают, еще больше я сомневалась, что они сделают это, но попытаться нужно было...
– Я не знаю, как твое имя, и вообще мало что знаю о тебе, но, по крайней мере, теперь я знаю, что ты меня можешь понимать, - разговаривала я с Синеглазым, бегая по дому в поисках чистого белья, и пытаясь собраться с мыслями, - так вот я хочу, чтобы ты услышал меня, и уяснил одну простую вещь - ты не умрешь! Даже не думай об этом! И если увидишь светлый туннель или...берлогу...то беги от нее как можно дальше, хорошо? Дедушка говорил, что когда человек находится без сознания, то он все-равно все слышит. Ты
Наш дом был выстроен по старинке. В нем не было электричества. Была связь, и это было единственным атрибутом современной жизни в глухом лесу, но она ловилась только если залезть на дерево повыше.
Мы готовили на огне в печи, а еду хранили подполом.
Вот и сейчас я быстро разводила огонь, чтобы согреть воду и начать приготовления к операции.
– До чего же вы длинные..
– пробормотала я, подставляя пару табуреток под ноги Синеглазого, которые просто не помещались на кровати дедушки, - и жутко тяжелые....
А еще невероятно красивые....
Осторожно укрыв мужчину простыней, краснея от его красивого тела и зажмуриваясь, чтобы случайно не посмотреть в область бедер, я осторожно смывала куски грязи и крови, мысленно восхищаясь тем, как он выглядел. Все они. Сплошные мышцы и ни грамма лишнего жира, как положено мишкам. Помимо синих глаз, у этого оборотня были длинные черные ресницы и черные чуть вьющиеся волосы. Вообще-то он был настоящим красавчиком - правильные черты лица, широкие скулы, волевой подбородок.
– Я все принес!
Я даже не слышала, как влетел Осенний, поставив у моих ног большую коробку с засушенными травами и большую аптечку, где был минимальный набор таблеток, микстур и уколов, которыми дедушка категорически не любил пользоваться.
– Ты меня напугал!
– приложив мокрую окровавленную труппку в груди, где колотилось сердце, я запрокинула голову, заглядывая в лицо Осеннего, на что мужчина сконфуженно улыбнулся, чуть дернув плечом:
– Прости, я хотел постучаться, но обе руки были заняты!
– ...сказала бы я тебе, чем именно ты мог бы постучать....
– пробормотала я, надеясь, что он не услышит или не поймет, но, кажется, у оборотней был неплохой слух, потому что он прыснул от смеха, озорно сверкнув своими солнечными глазами:
– В следующий раз так и сделаю!..
Потоптавшись, Осенний перевел свой взгляд на меня, вмиг став серьезным:
– Ты справишься?...
– Да. Я должна.
– Будет лучше, если я буду на улице с парнями...но если тебе нужна еще помощь..
Я покосилась на распахнутую дверь, продрогшим копчиком ощущая, что ледяные глаза Белого смотрели на нас даже сквозь бревна дома.
– Нет, все в порядке, теперь у меня есть все необходимое.
– Хорошо. Если я понадоблюсь, просто свисни.
Я чуть улыбнулась, подумав, что не умею свистеть, но все-таки кивнула, обернувшись, когда Осенний уже зашагал к выходу:
– С тобой будет все в порядке?...
И от нескольких минут, проведенных в обществе Белого, становилось очевидным, что этот тип не прощает никого, а идея о моей помощи не была воспринята им на ура.