Север&юг
Шрифт:
— У своей девушки я был, — ответил уже членораздельно, — но мы разошлись, Май. Как только я понял, во что влип, а особым умом обладать не надо, чтобы это понять, сразу же порвал с ней.
— Благородно, — улыбнулась скупо и приложила марлю с мазью к его костяшкам, поверх натягивая трубчатый бинт.
— Паршиво прозвучит, но к ней я никогда не испытывал ничего подобного.
— Зачем тогда встречаться? — хмыкнула невесело.
— А зачем ты потащилась на свидание с тем идиотом? — спросил с вызовом. — С коллегой со своим. От чувства одиночества, чтобы заполнить пустоту,
— Давай спать, — выдавила из себя очередную натянутую улыбку и поднялась, собирая лекарства обратно в коробку.
— Май, я не врал тебе. Ни на счёт происходящего, ни на счёт своих чувств.
— Блондинка? — спросила ненавязчиво.
— А есть разница? — поморщился, приподнимаясь на локтях и наблюдая за мной.
— На коврике нашли несколько длинных светлых волосков, — ответила беспечно. — Думаю, есть ли резон с ними возиться.
— Резона нет, — ответил глухо и упал на кровать, расслабившись.
Спать я так и не легла.
Приняла душ, выпила кофе, посидела истуканом, постояла над постелью, разглядывая его умиротворённое лицо, приготовила лекарства на сутки и расписала схему приёма, оставив всё на кухонном столе, оделась мышкой, стараясь не производить ни звука, и приехала на работу к восьми, без удивления обнаружив знакомую жёлтую «Хонду» на парковке у входа.
Коллеги сонно поздоровались, а я хмыкнула:
— Раз следующая смена почти в полном составе…
— Майя, я тебя обожаю! — простонала Кира, прытко поднимаясь со стула. — Я сейчас просто вырублюсь, такой тухляк всю смену!
— Поддерживаю, — промямлил ещё один коллега, приподнимая голову от стола. — Я пошёл.
— Слабаки! — хохотнул третий и добавил шёпотом, на ходу снимая халат: — Но и я не откажусь…
Через десять минут мы с Брагиным остались вдвоём, я подошла к его столу и встала за спиной.
— А ты на каком топливе? — спросил невзначай.
— На адской смеси из адреналина, дофамина и необоснованной и нелогичной ревности.
— Последнее — очень по-научному, — хохотнул криминалист.
— Вон те принадлежат незнакомой мне блондинке, которую я заранее ненавижу, — кивнула на один из пакетиков. — Можно не тратить времени.
— Если бы я так работал, то половина преступников остались на свободе, — буркнул недовольно. — Ты в курсе, что на курок может нажать и женщина? Где гарантия, что пассия опера не причастна? Где гарантия, что она единственная блондинка, побывавшая в его квартире?
— Спасибо за ещё одну проедающую мозги мысль, — скривилась, уперевшись локтями в стол и пристроив на ладонях подбородок. — Теперь вместо одной любимой девушки перед глазами целый табун.
— Ну, нет ничего ужасного, что у молодого мужчины была личная жизнь и до тебя, — отозвался невозмутимо, — не стесняйся, присоединяйся. Так значит, он у тебя?
— На ближайшие двое суток как минимум. Ему даже шевелиться не будет хотеться.
— Мы не на столько близки, чтобы делиться такими подробностями! — возмутился криминалист притворно, а я залилась краской и буркнула:
— У мужчин в любом возрасте на уме лишь
— До пятидесяти шести — точно, — не стал спорить, а я вздохнула:
— Избит он.
Пододвинула стул, занявшись другими образцами, и параллельно пересказывая события прошедшей ночи.
— Похоже, у нас возникли некоторые трудности… — Брагин разогнулся и пожевал губами, размышляя. — Придётся дожидаться, когда Третьяков сможет перемещаться в пространстве. Нужно, как минимум, взять образец ДНК у девушки, чтобы сравнить с образцами с коврового покрытия.
— У его девушки, — поправила ворчливо.
— Не принципиально для расследования. А вот что странно… у него было алиби на ночь убийства, но, когда он вернулся и увидел море крови, он предпочёл сделать ремонт, чем вызвать своих коллег. Это он не потрудился объяснить?
— Почему бы Вам не задать ему все свои вопросы лично? — съязвила, поднимая голову от стола.
— Он слишком похож на меня в молодости и страшно этим раздражает, — хмыкнул в ответ, а я вспомнила:
— Так что Вы такого натворили перед уходом?
— Подбросил улики в дело, — ответил незатейливо. — Все знали, что мерзавец виновен, но у него был слишком ушлый адвокат, выворачивающий все факты наизнанку. На самом деле, даже несколько улик. Незначительных в масштабе Вселенной и расследования, но, в совокупности с остальными, дающие однозначную картину. Начальник даже похлопал по плечу за закрытыми дверьми, очень тонко получилось. Но после такого вернуться на службу невозможно, хотя я мог бы, Софи довольно давно сделали операцию и всё разрешилось благополучно.
— Жалеете? — спросила с состраданием.
— Чего? — прыснул Брагин. — Не неси чепухи, я до сих пор горжусь собой и своим… преступлением против совести.
— По закону тоже не слишком гладко… — пробормотала себе под нос, а Брагин хмыкнул тихо:
— Не придирайся.
Ровно в десять приехал Саша. Посмотрел со значением и сказал таким голосом, как буто мы проснулись в одной постели:
— Доброе утро, Майя.
— Доброе, Александр, — хмыкнул Брагин и тот слабо поморщился, тут же протянув ему руку.
То и дело тёрся поблизости, ненавязчиво касался и дико раздражал, так что я поспешила вставить наушники, погромче включить музыку и углубиться в собственные мысли, перестав замечать окружение.
Дима начал своё расследование с убитой девушки, а оказался в клубе, через её подругу. И наверняка связывает убийство своего приятеля с тем же местом, но какой во всём этом смысл? Что такого там может происходить, что убивать начали направо и налево? Мой собственный брат неоднократно участвовал в боях, ничего предосудительного в них не видел и в целом описывал как один большой развод. Спектакль для наивного зрителя, кровавый, но уж точно не смертельный. К тому же, это мужской поединок, при чём тут хладнокровно убитая девушка? Там столько народу на трибунах сидело, сложилось впечатление, что собралась добрая половина города, своеобразное культурно-массовое мероприятие, организаторы не стали бы так рисковать. Да и, как я поняла, совершенно не доказано, что убитая девушка этот клуб, хотя бы, посещала.