Север – это на юг

Слова Саша

– Ты работаешь на Марка?

Андрей кивнул, не удержав злую усмешку на губах. Он работает на Марка. Он, черт возьми, работает на Марка. Эта реальность обрушилась с недостижимой высоты и теперь давила кусками бетона и норовила еще резануть раскуроченной арматурой. Как? Глупое решение, потом случайность и паника… И всё, он уже здесь, и еще должен быть благодарен, что вообще пустили на порог.

Она соврала насчет далеко. Пришлось попетлять, ввинчиваясь в спальник, но не более. Угрюмая пятиэтажка затаилась среди кварталов-близнецов, которые дышали запустением. Во всех городах есть такие районы,

повеситься под депрессивный мотив округи хочется еще на подступах.

– Черт, – выдохнула она, когда они остановились у нужного подъезда.

Андрей проследил за направлением ее недоброго взгляда и угадал троих парней, которые компактно скучковались у деревянной лавки.

– Знакомые? – спросил он. – Помочь?

Она повернула голову и внимательно посмотрела на него. Наверное, руку ей протягивали не так уж и часто.

– Тут один решил, что я в его вкусе, – и она ткнула пальцем в того, что закинул ногу на лавку, будто собирался делать растяжку после пробежки. Хотя спортивный костюм он точно использовал не по делу.

– Давно?

– Достать успел.

– Почему не скажешь на работе?

Ведь она – деньги. А их охраняют.

– Со мной и так постоянно проблемы, – призналась она. – Думаешь, почему я в таком клоповнике? Это худший клуб Марка, отстойник. Тебе даже шлюху не смогли найти, у такого избалованного не встал бы, там такие красотки – еще годок и здравствуй трасса.

Оказалось, она умеет строить длинные предложения. И целыми абзацами.

– Пойдем, провожу.

И Андрей открыл дверь. Он обогнул машину и дождался, когда она шагнет к нему. Он никогда не боялся драки, слишком часто выигрывал, отработанные рефлексы и правильные гены решали дело. Хотя, конечно, потасовки после бара – другая история. Он вступил в круг света от уличного фонаря и покосился на парней, которые, как по команде, посмотрели в его сторону. Снова чужак, снова на чуждой территории.

Пришлось обласкать друг друга красноречивыми взглядами, обменявшись презрением. Они выжидали и высчитывали по зубам ли он. Нет, ни разу, другая лига… Андрей поймал ее ладонь и, крепко сжав, повел к двери. Она притихла и стала такой послушной, хорошо, значит мозги на месте, не провоцирует и не разжигает. Он уже насмотрелся на дурацкие ожесточенные драки после бабского визга, зачастую без повода.

Впрочем, он спровоцировал сам. Обернулся и заметил жадный взгляд того парня в ее сторону. Тот самый мужской блевотный взгляд. Стало противно, а следом обдало гневной волной, что вдруг наросла и затопила разум. И он отпустил себя. За неуловимое мгновение оказался рядом и ударил с размаху по лицу, пробив неуклюжую защиту. Парень повалился на асфальт, а его дружки приготовились к броску, мелькнуло лезвие…

Андрей выхватил оружие.

– Успокоились! – приказал он.

Огнестрел в его руке разом остудил весь их пыл. Они зависли, не решаясь сойти с места. Только тот, кто уже заработал сломанный нос, карабкался наверх, цепляясь за лавку. Теперь он пачкал ее кровью.

Андрей тоже замер на секунду. Стрелять он не будет. Хотя хочется, черт, как хочется… Он резко перехватил пистолет рукой и отшвырнул от себя парня с ножом, пройдясь по его челюсти стальной рукоятью, добавив для верности пару раз

кулаком. И он выкрикнул что-то неразборчивое и злое, что слишком долго зрело глубоко внутри. Третий парень вдруг сорвался в путь, не оглядываясь. Андрей же вновь отступил на безопасное расстояние, следом быстро осмотрелся по сторонам, выискивая случайных или нет зевак. Или помощников. Он в чужом квартале, в чужом городе, это нельзя выпускать из виду.

– Долго еще ждать?! – бросил он со злостью.

Хлесткие мощные удары поправили им походку, но парочка все-таки поднялась на ноги и встала на маршрут подальше отсюда.

Тогда Андрей заправил пистолет обратно за ремень. И повернулся к девушке.

– Думаю, отстанут.

По ее лицу невозможно было понять довольна она или, наоборот, раздосадована. Хотя, скорее всего, ей нужно время, чтобы осмыслить произошедшее. Экспресс промелькнул, естественно, без остановок. Он успел облапать ее, попробовать купить, нахамить, развеселить и, наконец, выручить.

– Чай? – спросила она.

– Только чай?

– Ты, конечно, старался, но…

И она качнула головой. Андрей ответил усмешкой и направился к входу.

– Мы кстати немного увлеклись и забыли самую малость, – он придержал дверь подъезда, пропуская ее вперед. – Как твое имя?

– Яна. Твое?

Свое застряло в горле. Оно осталось для других мест, для родных и знакомых, привычных…

– Придумай мне имя.

– Что?

– Мне нужно новое.

Она одарила его взглядом врача психбольницы со стажем, которого уже ничем не удивить.

– Север, – наконец, произнесла она.

Он нахмурился.

– У тебя пронзительный холодный взгляд.

– Или ты просто-напросто хочешь, чтобы я почаще сдерживался, – поддразнил он.

– Да, самообладание надо потренировать.

Первый этаж, квартира слева с сероватым ковриком.

– И исключительно в рамках тренировки можно остаться у тебя?

Она сжала ключи в ладони и явно подумала вернуть их обратно в карман.

– Я скоро вырублюсь. Честно. Можешь даже голой ходить, я сейчас соблазнюсь только на подушку.

Глава 3. Бери!

Он забыл завести будильник, но, к счастью, обмолвился ей. И через три часа она больно пнула его в плечо.

– Север, – настойчиво позвала Яна.

Он с трудом открыл глаза и уставился на нее мутным взглядом. Мозг, устав от калейдоскопа невозможного, норовил выстроить привычную картину и хотя бы на мгновение обмануться. Он успел подумать, что голова трещит после клуба и выпитого, а она не может найти выход или что-то из одежды, от которой он начал ее освобождать еще в лифте… Только какой еще Север?

– Тебе лучше не опаздывать, – ее руки бесцеремонно вырвали из-под его головы подушку. – Вставай.

Вспомнил.

– Да, – кивнул он и поднялся на ноги рывком. – Где туалет?

– Тут кроме входной только одна дверь.

Да, точно. Тесная однушка, которая хоть как-то дышала исключительно за счет того, что ее переделали в студию. Но место приятное, он сам был из чистоплюев и умел ценить порядок. Скромно и уютно, и без розовых деталей. Хотя ванна определенно девчачья, заставленная бесчисленными склянками, среди которых не развернуться.