Сетевые публикации

Кантор Максим Карлович

Вспомним, что в те годы многие мечтали о легальном изменении так называемого социалистического строя.

Саньяго Коррильо, и его проект Еврокоммунизма, Есенин-Вольпин, призывавший вернуться к конституционным основам, — можно не сомневаться, что нечто схожее обдумывал и юный Чикатилло. К сожалению, Андрей Романович не смог поступить на юридический факультет МГУ именно в связи с тем, что его отец числился в «предателях Родины».

Невозможность легального сопротивления советскому режиму — стала серьезным аргументом в определении пути Андрея

Романовича.

Отныне он ставил себе только те задачи, которые мог решить сам, без опоры на строй и его фальшивые институты. Он вступил на путь одинокой борьбы.

Что мог сделать одиночка против громады? Как одному человеку биться с тоталитарной машиной? Что может единица против сплоченного Варшавского блока, оболваненной толпы, идеологии кровопийц?

Андрей Романович зрело взвесил свои шансы.

Сломать систему любой ценой! Но как?

Совершенно ясно, что любой ущерб, причиненный этому обществу, оправдан; ясно, что предать такой народ — подвиг, все это так! Но что конкретно он мог совершить — одиночка, бросающий вызов советскому монстру?

Стать генералом, возглавить армию и развернуть ее против того бесчестного организма, который иные именуют «Родина»? Но он не мог стать генералом, эта возможность была упущена. Сделать карьеру в КГБ. дослужиться до звания полковника и передать на Запад данные по разведсети, внедренной Россией в цивилизованное общество? Но он не был даже сотрудником ГБ, и тем более полковником стать не мог.

Стать видным деятелем оборонной промышленности и продать секреты ракетной техники иностранцам? Что может быть благороднее, чем лишить эту проклятую землю оборонных возможностей! Но Андрей Романович не был чиновником оборонной промышленности.

Чикатилло решил идти другим путем.

Кто-то назовет это путем индивидуального террора. Но А.Р,Чикатилло интеллектуально стоял выше народников и стратегически видел дальше, чем деятели «Народной воли». Стрелять в депутата — мелко. Убить секретаря райкома — банально.

Андрей Романович сделал свой выбор — он будет отныне уничтожать женское население ненавистной сатрапии. Ибо, что есть женщина — неумная советская баба — как не агрегат для воспроизводства воинской силы этой империи зла?

Уничтожая их, этих оболваненных производительниц пушечного мяса, Андрей Романович подрубал ноги колоссу, он лишал армию потенциальных захватчиков мира ее солдатни, его стараниями контингент захватчиков в Афганистане, Чехословакии и прочих горячих точках — становился мельче.

Следовало работать день и ночь — и тогда, возможно, придет тот час, когда призывные пункты будут пусты. Вознамерится дикий зверь развитого социализма кинуться на цивилизацию — а зубов-то в пасти и не окажется!

И Андрей Романович работал. То был в буквальном смысле слова труд подвижника, человека, отдавшего всего себя исполнению миссии. Шаг за шагом, девушка за девушкой — он двигался вперед; но цель была еще далеко.

Иногда у Андрея в буквальном смысле опускались руки. Он бросал взгляд вокруг себя

и видел: женщин все еще много! А значит, оборонная мощь империи зла еще существует! Вот они, родительницы бессердечных вояк, наймитов режима! Вот они, маршируют с авоськами и колясками — и всех ведь не выпотрошишь, нет!

Но стиснув зубы, он продолжал работу. Чикатилло стал сторонником теории малых дел: лучше честно выполнять свой долг, чем мечтать о несбыточном. Он не в силах лишить России противорактных комплексов, другие герои сделают это. Но его стараниями хотя бы на роту вояк будет меньше в этой агрессивной армии.

Дальнейшее известно слишком хорошо. Трагический путь Андрея Романовича, его ежедневный труд, его преследование, заточение.

Затем неправое судилище.

Его Голгофа.

Новочеркасский изолятор. Позорная казнь. Мы даже не знаем, где его могила.

Сегодня, когда мы вспоминаем иных героев, отдадим дань памяти также и Андрею Романовичу Чикатилло, тому кто пожертвовал жизнью за вашу и нашу свободу.

Районные будни (17.08.2012)

В советские годы в газете «Труд» была опубликована заметка — в то время журналисты еще занимались своим делом и писали репортажи, а теперь это уже ругая профессия: журналист — это тот, кто делится маленькими убеждениями. Так вот, в «Труде» опубликовали репортаж.

Дело было в семьдесят седьмом году под Волоколамском — в деревне гуляла свадьба.

Мужики перепились и двое из них сели на трактор и пустились гонять по грязным картофельным полям. Выехали на какие-то буераки и провалились в овраг — как оказалось, провалились в фашистский склад оружия, не обнаруженный до тех пор.

Пьяные дурни рассматривали шмайсеры и каски.

Потом напялили каски, взяли ржавые автоматы и вернулись в свою деревню, где свадьба еще гуляла.

Мужики в касках ввалились в прадничкый зал и заоррали: Хенде хох!

Сельчане обалдели.

И в наступившей тишине вперед вышел некий мужичок и сказал: Давно вас ждем, а вот этот — председатель колхоза!

Это реальная история, был суд, пьяниц приговорили (тогда это многие обсуждали) к двум годам, а предателя, выдавшего фашистам председателя колхоза, — к пяти годам лишения свободы. Я помню дебаты вокруг этого комичного случая.

Вчера я опубликовал заметку, пародирующую защитную речь на процессе серийного убийцы Чикатило. Сарказам заметки состоял в том, что мнимый защитник оправдывает преступления убийцы тем, что тот боролся с Советской властью. Кстати реальный сын реального Чикатило так и делает. И так же далают защитники Власова, и тп.

Легко понять, что мне эта точка зрения не близка.

Вообще говоря, я христианин, католик. Также я социалист, и борьбу с социализмом за капитализм — весьма осуждаю. Те, кто читал хоть что-нибудь из написанного мной, и видел хоть одну картину — должны были понять, что написанное мной — насмешка над эластичной моралью сегодняшнего дня.