Сеть созвездий
Шрифт:
– Уж постарайтесь. Если подобный инцидент повториться, я уже не смогу вам помочь. Вопрос о безопасности допуска этих людей на улицы города, будет решаться уже в обвинительном зале, а я бы никому не пожелал оказаться на троне правды.
Несмотря на свой грозный тон, выпроваживающий нас за двери стражник, выглядел очень довольным, и оказавшись на свежем воздухе, я ни как не мог поверить, что мы отделались столь легко.
– Что ты ему там наплел?
– Спросил Дронг у Идлара, и замерев не отходя далеко от выхода, первым делом принялся рыться в возвращенных нам сумках, конфискованных при аресте. Он наверняка опасался за сохранность Познания, и вздохнув с явным облегчением в голосе, похоже все таки обнаружил не заинтересовавший
– Выставил все, как ненамеренное убийство во время тренировочного поединка, - улыбнулся явно довольный собой лжец.
– И они в это поверили? Купились на такую явную чушь?
– Поразился я, припомнив труп брошенный на ступенях полного постояльцев трактира.
– С теми деньгами, которые мне пришлось им отсыпать за ваше немедленное освобождение, они поверили бы во что угодно. Даже в то, что тот несчастный, которого вы прикончили, сам с разбега бросился Хорву на меч.
– Я знал, что ты не опозоришь чести своих отцов, и вернешься, - расплылся варвар в довольной улыбке.
– Предки в небесных чертогах, пьют в твою честь!
– Он сделал для меня, то же, что и я для вас, у Тиола.
– Пристегнул свой гладиус к поясу контрабандист.
– Твой долг оплачен, и теперь вы оба можете быть совершенно свободны.
– Не скрывал Дронг своей радости, но избавиться от гладиатора оказалось не так то и просто.
– Нет, Дан Эон, - тут же отрицательно замотал головой из стороны в сторону варвар.
– Снега не раз должны успеть смениться в Данборе, прежде чем Эон Марав сможет покинуть своего Дана.
– Сообщил он, и тяжко вздохнувший Дронг совершил невозможное - помрачнел еще больше.
– Прошлой ночью ты избавился от человека, желавшего моей смерти, разве это не освобождает тебя от обязанности служить?
– Вновь попытался вразумить гладиатора он, но куда проще было уговорить небо и землю поменяться местами, чем заставить косматого Данборца прислушаться к этим доводам, если они противоречили его проклятым понятьям о чести.
– Боги мудры, Дан Эон. Они ничего не делают просто так, и если они решили свести наши дороги, на кануне твоего опаснейшего похода, я не могу оставить тебя одного.
– Хорв все равно пойдет за тобой Мрак, куда бы ты не направился, и даже если ты прогонишь его, он не отстанет, и продолжит идти по твоему следу.
– Выудив из складок своей серой рясы платок, Идлар начал протирать им вспотевшую лысину, и я невольно заметил, что руки у него едва заметно трясутся, словно бы от волнения.
– Таковы законы их предков, и Хорворн скорее умрет чем нарушит эти заветы.
– Замолкнув лишь на мгновение, словно бы собираясь с силами и набираясь решимости, он сжал платок в кулаке и быстро, словно бы читая заученную и отрепетированную скороговорку, выдохнул Дронгу на одном дыхании.
– Если Хорворн идет с вами, то и я тоже.
– Что?!
– Чуть было не подавился контрабандист возмущением. Страдающий отдышкой даже во время подъема по шестиступенчатой лестнице управления, Идлар, даже мне казался не лучшим спутником в нашем деле. Слишком старый, медлительный и неповоротливый, он совсем не годился для роли глодара, и такая компания, как и сам привязавшийся варвар, и наверняка даже я, совсем не казались опытному контрабандисту верным выбором, и не внушали ему ни какого восторга и оптимизма.
– Ты хоть представляешь, куда я направляюсь, и что может нас там поджидать?!
– Неожиданно сорвался на крик Дронг.
– Там ломаются и мрут словно мухи, даже самые опытные, умелые и закаленные в боях воины, а ты хоть раз держал в своей руке меч?! Сумеешь выстоять в схватке со злобной тварью, не обмочив штанов, и не бросившись в бегство?!
– Мой меч вполне сможет прикрыть нас обоих, Дан Эон. Идлар не станет тебе помехой, я обещаю.
– Влез в разговор варвар, но Дронг не желал его слушать.
–
– Послушай меня, мальчик, - неожиданно проявив казавшуюся напрочь отсутствующую в его дряблом теле, железную твердость, шагнул к Мраку Идлар.
– Хорворн не просто мой лучший и единственный боец. Он мой друг, с которым я странствую по Сети уже ни один год. Вместе мы с ним успели пройти через многое, побывали в таких заварушках, которые тебе и не снились, и если он идет с тобой в Мертвый мир, то ты не сможешь оставить за бортом и меня!
– Тебе так не терпится сдохнуть, старик?! Ну что ж, хорошо, если все на этом проклятом острове выжили из ума, и решили покончить с собой с моей помощью, то пусть именно так оно и будет! Я уже устал повторять людям, как это опасно, и больше не стану никого отговаривать!
– Развернувшись, Дронг зашагал прочь от управления стражи, и нам всем не оставалось ничего иного, как последовать в след за ним.
Замыкая наше торопливое шествие, и украдкой поглядывая на неожиданно вернувшегося распорядителя, я не мог отделаться от стойкого ощущения, что с ним явно что-то было не так. Так старательно навязываясь в невыполнимое для него дело, которое, еще вчера, не считал разумной идеей, он вел себя слишком странно. Его плешивая голова, не смотря на царившие вокруг нас прохладу и свежесть, постоянно покрывалась крупными бисеринками пота. Руки, сжимающие насквозь промокший платок, продолжали дрожать, а маленькие поросячьи, жадные глазки избегали смотреть контрабандисту и гладиатору прямо в лицо. Он, словно чего-то постоянно боясь, не отрывал своего стыдливо прикованного к земле взгляда от камней мостовой, и заметно нервничал, волнуясь словно невинная девица, перед своей первой брачной ночью. Мое никогда не подводившее меня прежде предчувствие, неустанно советовало держаться от него подальше, и жалея, что оставшись без дара, я не мог залезть к нему в голову, и узнать все хранимые им секреты, я мог лишь надеяться, что ничего плохого он все же не замышляет, а нервничает и волнуется лишь от предстоящего нам всем рискового спуска.
Буртшулла, демон высших кругов.
Установленная с Вырджустом связь лопнула словно слишком сильно натянутая струна, с тихим звоном. Буртшулла почувствовала это столь явно, словно бы эта незримая сила стала настолько плотной, что оказалась физически ощутимой. Демонесса готова была поклясться, что успела увидеть, как эта неведомая нить растворяется, рассеиваясь в окружающем их пространстве, хотя даже для ищейки, подобное было совсем невозможно. От рождения не способные даже на самое простенькое волшебство, низшие демоны никогда не могли видеть плетения заклинаний. Даже ищейки чувствовали лишь присутствие силы, или ее отголоски, но никогда бы не смогли рассмотреть магию во всех ее гранях. Она была для них столь же невероятной, как цвета для слепого, и списав все на последствия своего воскрешения, когда разум еще не успел прийти в норму, Буртшулла тут же устремила свой яростный и полный ненависти взгляд на сестру, столь быстро сдавшую ее хозяину при первой возможности.
Еще совсем недавно демонесса на ее месте поступила бы точно так же, трусоватая натура ищеек не позволила бы ей скрыть правду от своего господина. Желая выказать свою преданность, она рассказала бы ему все но теперь подобное поведение вызвало в ней лишь бурю ненависти и призрения к собственной сестре и всей стае разом.
Неожиданно для себя Буртшулла обнаружила, что все прочие порождения пламени все еще стоят на коленях и с трепетом смотрят прямиком в потолок. Они, совсем не заметившие как лопнула тонкая струна ментальной связи, и кажется даже не догадывались, что Вырджуст больше не следит за ними, не тратит на них свое драгоценное время и больше не может услышать ни единого их слова.