Сестры-соперницы
Шрифт:
— Конечно, у тебя давно не было мужчины, — улыбнулась Ами, — но я уверена, причина не в этом. Посмотри на себя — ты стала похожа на привидение. Тощая, еле на ногах держишься. Кожа да кости.
Микки глубоко вздохнула.
— Пожалуй, ты права. Надо что-то делать. Но где взять время на все эти проклятые анализы? Ты же знаешь, какой у меня плотный график. Работа, работа, работа. А еще дома. За ними тоже присматривать надо. После гибели Бинни я ни разу не была ни в Мандве, ни в старом доме. Ума не приложу, что с этими особняками делать… наверное, придется продать. А мне так
Ами встала и решительно направилась к телефону.
— Как хочешь, а я записываю тебя к врачу. На завтра. И не пытайся меня остановить.
Лишь встав на весы в больнице, Микки убедилась, что похудела на целых двенадцать килограммов.
— Вот это да! — сказала веселая пухленькая медсестра. — Да вы тоненькая, как тростинка. Хотела бы и я избавиться от всего этого, — добавила она, ухватив себя за жировую складку на талии. — Но что делать? Я слишком люблю пиво и свиной сорпотел.
Потом Микки измерили давление, уровень сахара в крови, взяли анализы…
Алиша насупилась, когда ей сказали, что Микки ляжет в больницу «Брич Кенди».
— Зачем это? У нас есть отличный врач, который работает в прекрасно оснащенной больнице буквально в двух шагах отсюда.
Ами объяснила, что Микки сама решила обратиться именно в эту больницу и что ей предстоит сложное обследование, которое там, где работает доктор Куриен, просто не проводят. Алиша обеспокоенно взглянула на нее и кивнула.
— Не волнуйся, — сказала она. — Я тут за всем присмотрю, прослежу за слугами и за офисом.
Ами снисходительно улыбнулась: сестры были такие разные и при этом так похожи.
Лечащий врач поставил Микки диагноз «нервное истощение».
— Мисс Хиралаль нужен покой и отдых, — сказал он Ами. — Никаких волнений. Она должна отвлечься от всех проблем — и деловых и домашних. У нее был очень трудный год, и организм не выдержал напряжения. Мы, конечно же, проведем и другие обследования, чтобы исключить более серьезный диагноз. Но анемия — это не так страшно. Специальная диета поможет восполнить недостаток железа в организме. Не волнуйтесь за мисс Хиралаль, она непременно выздоровеет. Сейчас ей лучше всего сменить обстановку, уехать куда-нибудь. В Бомбее воздух очень загрязнен, и это отражается на здоровье многих его жителей.
Ами напомнила ему, что Микки уже месяц как не может избавиться от кашля, но врач был уверен, что это аллергия из-за все той же плохой экологии.
Но когда Алиша рассказала об этом диагнозе доктору Куриену, у него возникли сомнения. Впрочем, врачебная этика не давала ему возможности вмешиваться.
А Микки просто таяла на глазам. Щеки у нее ввалились, так что скулы выступали, на коже были видны голубые прожилки вен. Когда сестра увидела ее на больничной койке, она даже испугалась: такой хрупкой казалась Микки. Алиша дала ей четки.
— Пожалуйста, положи их под подушку. Даже если не веришь, сделай это ради меня.
Она рассказала, что начала ходить в церковь: заказывает
— Как ты думаешь, это ведь не та болезнь на букву «р»? — спросила Микки как-то раз у Ами.
Подруга крепко обняла ее.
— Милая, я хочу быть с тобой честной… Врачи пока еще ничего не говорят. Они хотят провести еще несколько обследований, прежде чем поставить тебе окончательный диагноз.
— Не-ет, — Микки со вздохом откинулась на подушки и прошептала: — Кто же позаботится об Алише, если со мной что-нибудь случится? Я ей нужна… у нее больше никого нет.
Ами нежно приложила палец ей к губам, присела на краешек больничной койки и взяла за руку.
— Сейчас тебе надо подумать о себе. Ты должна бороться. Это единственный способ победить хворь, какой бы она ни оказалась. И не смей даже произносить это ужасное слово. Это не та болезнь — я уверена. К тому же… я знаю, тебе это не понравится… но доктор Куриен уверен, что здешние врачи ошибаются. Он очень хочет сам тебя осмотреть… но не решается.
Микки закрыла глаза.
— У меня нет сил бороться, Ами, — едва слышно прошептала она. — Делайте, что хотите. Куриен так Куриен. Тебе я доверяю. — И она снова впала в тревожное забытье.
Ами не отходила от Микки, пока ее не сменила сиделка сестра Долорес.
— Такая молодая, такая хорошенькая… — причитала та, провожая к выходу Ами. — Иногда Господь играет с нами злые шутки. Она добрая и кроткая. Но кто знает, что задумал Спаситель?..
Ами подробно и обстоятельно рассказала Алише и остальным о том, как чувствует себя Микки. Кто-нибудь из них обязательно приходил в больницу в часы посещений, и все по очереди дежурили у постели Микки, с волнением ожидая хотя бы мельчайших признаков улучшения ее состояния.
Несколько дней отдыха и покоя совершили чудо. Спустя три недели Микки уже самостоятельно сидела на кровати.
— Давайте это отпразднуем, — предложила Алиша, лукаво подмигивая и доставая бутылку шампанского, которую пронесла в палату под сари. Она извлекла из сумочки бокалы и обняла сестру. — Если бы ты посмела серьезно заболеть, мы бы тебе этого никогда не простили.
Ами ловко открыла бутылку и улыбнулась.
— Признайся, Алиша, ты все это придумала заранее… сотрудники никогда не знают, чего от тебя ждать.
Все засмеялись и подняли бокалы. А потом Микки, пригубив хорошо охлажденный «Таттингер», сказала:
— Да, но если это не та самая болезнь на «р», то что со мной? Я счастлива, что не умираю от рака. Но хочу знать, что со мной происходит. Кто-нибудь может мне ответить?
Все молча уставились на нее, а потом переглянулись. В палате стало так тихо, что слышно было, как в шампанском шипят пузырьки. Неловкую паузу прервала Алиша.
— Только у Господа есть на это ответ, — пылко сказала она. — И Он его даст, когда придет время.